Чёрный как ночь корабль неторопливо проплывал между заснеженными скалами. Судно белого цвета было бы более незаметно в вечных метелях Севера, но капитан не хотел прятаться. Капитан хотел, чтобы его корабль было видно издалека. Черные с красными полосами паруса были надуты ветром, а на фок мачте, над вороньим гнездом, гордо развевался флаг. Капитан прекрасно понимал, что флаг– одна из важнейших вещей на корабле. Боевой дух, смелость, жестокость команды хоть немного, но зависят от флага. Он вдохновляет и воодушевляет. Поэтому на него капитан не поскупился. На полотне из чёрного шёлка, на фоне языков огня, была серебром вышита когтистая лапа, сжимающая багряно-красное сердце. Это был флаг Гламрунга Разорителя которого всё чаще в последнее время называли Гламрунгом Серебрекогтем. Капитан корабля, носящего устрашающее название «Нетопырь», стоял на мостике, попеременно то окидывая взглядом крысу-рулевого, умело управляющегося с резным штурвалом из красного дерева, то выжидающе вглядываясь в горизонт.
В отличии от жившего давным-давно самозванца в волчьей шкуре, Гламрунг мог называться лисоволком, потому что действительно был сыном волка и чернобурой лисы. Исполинский угольно-чёрный лис с пронзительными глазами цвета янтаря и почти волчьей силой и безжалостностью– родившийся во льдах Гламрунг внушал ужас и уважение своей команде. Воины Гламрунга представляли собой разношёрстную орду из крыс, хорьков, ласок, горностаев и прочих хищников. Объединяла их лишь кровожадность и свирепость, а также чёрная одежда, являющая отличительной чертой команды «Нетопыря». Капитан был одет в отороченный мехом плащ и тяжёлые сапоги. Правая лапа лиса покоилась на лапояти тяжёлого тесака, а левая, раздробленная барсучьей булавой много сезонов назад, была закована в латную перчатку из серебра. Каждый палец перчатки заканчивался изогнутым лезвием, превращая её в поистине смертоносное оружие и заставляя застрять слова в горле у любого, кто назвал бы Гламрунга калекой. Скелет того злополучного барсука, выкрашенный в золотой цвет и покрытый лаком, теперь служил носовой фигурой «Нетопыря», давая понять всякому, имевшему несчастье встретиться с Гламрунгом в море, какая участь ожидает врагов чёрного корабля.
Это был двухпалубный и двухмачтовый корабль. В плавании Гламрунг больше полагался на паруса, но на нижней палубе был гребной отсек со скамьями и веслами, на случай штиля, или если потребуется совершить резкий рывок с дополнительным ускорением. Трюм был довольно большой, ведь никогда не знаешь сколько будет добычи, а для боеприпасов, о которых речь пойдёт далее, был отдельный склад. Для команды тоже вполне хватало места
Так как обретались Гламрунг и его головорезы на обледеневшем острове Бладрог, кораблю был необходим инструмент, способный проламывать ледяную корку на пути. И, как приятное дополнение, разбивать в щепки борта торговых кораблей. Под килем «Нетопыря» был надёжно закреплён массивный таран из морёного дуба, обитый железом и заточенный настолько хорошо, насколько позволяли его размеры. Развив достаточную скорость, чёрный парусник мог буквально разрезать вражеский корабль пополам или, хотя бы, оставить в нём такие пробоины, которые уже не заделаешь.
Однако, таран-ледокол не был единственным оружием «Нетопыря». Вдоль бортов были выставлены восемь камнемётных баллист– по четыре штуки на каждый борт. Они не были очень большими, но благодаря этому легко умещались на корабле Гламрунга, да и вообще, в море почти никто не обладал огневой мощью серьёзнее лука. Так что эти орудия давали недюжинное преимущество в любом сражении. Заряжались они, естественно, камнями, также кошмарный эффект на живую силу противника производили корзины с гравием, и, конечно, гордостью Гламрунга был Адский Огонь, то, чего больше не было ни у одного капитана. Пропитанные этой смесью войлочные или сделанные из сухой спрессованной травы шары, окутывали вражеский корабль пламенем, которое нельзя было потушить водой. Как раз сейчас капитан наблюдал, как стройная фигура в сиреневой мантии пристально следит за каждым движением двух ласок, аккуратно опускающих заготовку для снаряда в чан с ужасным зельем, готовясь обрушить на бедолаг все громы и молнии при малейшей ошибке.
Лисица Викс, судовой алхимик и лекарь, была настоящим сокровищем. Благодаря её умениям, «Нетопырь» из простого отличного быстроходного корабля превратился в исчадие ада, о котором рассказывали страшные истории своим детёнышам жители прибрежных районов. Сейчас она была холодной, педантичной и уверенной в себе профессионалкой, но капитан отлично помнил их первую встречу, когда почти лисёнок, чьего учителя-алхимика только что убили головорезы Гламрунга, захлебываясь слезами обещала выдать все его секреты, если её оставят в живых и не будут отрезать ей второе ухо.
Викс дала Гламрунгу не только Адский Огонь. На корме «Нетопыря» были установлены две направленные вверх трубы, которые извергали из себя клубы чёрного дыма. Гламрунг не помнил, как называется порошок, дающий этот эффект, но когда «Нетопырь» в облаке мрака выплывал из-за скалы на ничего не подозревающее торговое судно, команда торговца порой сдавалась без боя, бросая оружие и падая на колени. Викс считала, что внешний вид и первое впечатление играют огромную роль, и капитан не мог с ней в этом не согласиться. «Нетопырь» налетал из мрака и во мраке же исчезал, оставляя за собой мертвецов и догорающие остовы кораблей, что привело к тому, что корабль Гламрунга стал страшной сказкой, легендой, в чьё существование верили не все. Но даже скептики перед выходом в море молились о том, чтобы высшие силы отвели от них беду, и чёрный корабль не встретился на их пути. Гламрунга это забавляло: ведь чем менее доверчиво звери относились к байкам об адском корабле, тем в большем изумлении и ужасе они были, когда внезапно воочию видели «Нетопыря».
Корабль обогнул каменистый остров, и внезапно морду Гламрунга исказил торжествующий оскал. На горизонте совсем близко маячил маленький кораблик под белыми парусами, а значит, запахло кровью и наживой.
– Добыча, мои воины! Баллисты готовь! Полный вперёд! – рявкнул лис, выхватывая тесак.
– Отнимем их богатства и вырвем их сердца!!! Бей их!
– Бей! Бей! Бей! – торжествующе заревела команда.
Заряжающие засуетились у баллист. Из медных труб ударил вверх чёрный дым. Стремительно разрезавший чудовищным тараном водную гладь «Нетопырь» вновь выходил на кровавую охоту, и команде белопарусного корабля вскоре предстояло убедиться в том, что кошмарные легенды порой могут быть куда реальнее, чем о них думают.