LostGhost Опубликовано 30 июня, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 30 июня, 2012 Глава вторая, в которой я представлю вам администрацию Города. Создавая Город, люди стремились не только воплотить здесь все доступные им технологии, сделав Город не только своеобразным местом жительства, но и чем-то вроде выставки. Эстетика, красота и гармоничность тоже сыграли свою немалую роль. Устав от мрачных стен подземных бункеров, создатели Города попытались в виртуальной реальности воссоздать облик земной природы - такой, какая она была до чудовищных войн. Именно поэтому повсюду в Городе, даже в центре его, росли самые разные деревья, на окраинах его были широкие леса, а под каждым домом был густой ярко-зелёный газон. И каждый дом, каждая скамейка в парке, каждый автобус, несмотря на свою высокотехнологичность, отчасти напоминали какой-нибудь этакий диковинный природный объект. Здания администрации не были исключением. По внешнему виду зони больше всего напоминали скопление красивых изящно огранённых кристаллов с тонкими острыми коническими шпилями. Три вспомогательных здания образовывали собой треугольник, а в центре стояло самое главное и самое высокое. Солнце, уже давно бывшее в зените, отражалось от каждой грани, отчего вся площадь вокруг зданий, казалось, светилась холодным белым светом сама по себе, отчего у каждого зашедшего сюда возникало чувство некой торжественности и благоговения. Каждое из зданий было огранено так, что с течением суток это самое отсвечивание смещалось незначительно. Вспомнив, скольких трудов ему стоило выстроить сначала голографическую модель этих зданий, затем - воплотить это всё в макете, учтя при этом и красоту, и практичность, и эту светоотражающую способность, Джейк даже мысленно похвалил себя. Никто в Городе больше не собирался браться за усовершенствование старых зданий администрации, и потому Джейку, никогда не бывшему архитектором, пришлось перестраивать всё самому, стараясь не упускать ни эстетические, ни технические детали. В своё время эта работа заняла у него только три месяца, ещё четыре ушло на их постройку. Он конструировал их, находясь в уже полностью отстроенном Городе, и, как он прекрасно помнил, это был один из его самых первых проектов, по сути, положивший начало его карьере и один из первых проектов, целиком разработанных и воплощённых в виртуальности. До его вмешательства администрация представляла крайне убогое, с его точки зрения, зрелище - четыре чёрных матовых полушария разного размера с короткими тонкими антеннами-шпилями, строения, больше всего напоминавшие бункеры, но никак не подходящие для центра идеального мира свободы. И потому, поборов собственную необщительность в то время, Джейк смог найти в себе силы отправиться к главе Города, которого все называли просто Мэр, предложить ему свои услуги, узнать сроки сдачи проекта и справиться со своей задачей вовремя. "Но я ведь смог это, - подумал Джейк, глядя на то, как нижняя грань центрального кристалла словно бы растворилась, пропуская его внутрь здания. - Добился того, чего желал, путём тяжёлого труда. Так почему я не смог поступить так же с телепортом, оттягивая всё до последнего? Неужели я... теряю хватку?" Продолжая размышлять в таком же безрадостном духе, Джейк пошёл в сторону лифта - по форме чем-то напоминавшей его прототип телепорта платформе, только выполненной целиком из металла. Встав на почти плоский металлический диск, Джейк стал ждать, пока перед ним не появится голограмма выбора этажей. - Добро пожаловать в администрацию Города, - произнёс синтетический голос. - Выберите пункт назначения. По-быстрому взглянув на голограмму, чтобы освежить в памяти, что на каком этаже находилось, Джейк ответил: - Кабинет Мэра, этаж триста сорок пять. Моментально пространство вокруг лифта подёрнулось лёгкой рябью, чуть более плотной, чем та, что образуется при развёртывании голограммы. Но то была не голограмма, а силовое поле - мера предосторожности, чтобы пассажир случайно не свалился с лифта. Но не успела рябь исчезнуть, что свидетельствовало о стабилизации поля, как лифт рванул вверх, словно пуля, выпущенная из пистолета самой последней модели. "Какой чёрт сконструировал этому лифту такой плохой амортизатор?" - думал Джейк, который за всё своё немаленькое время проживание в Городе так и не смог привыкнуть к лифтам в администрации. Ему почему-то всегда казалось, что другие учёные, коих было не так уж и много, во всём работают намного хуже, чем он. Вот взять, к примеру, этот лифт. Кто-то, изобретавший его, явно решил принести удобство в жертву скорости. Но поставь он хоть немного более мощный амортизатор и уменьши скорость в пятую часть, он бы смог создать куда более приятный лифт! В мэрию ведь путь открыт был абсолютно каждому, любой горожанин мог прийти и высказать свои пожелания непосредственно администрации Города. Представив себе, каково приходится тем несчастным, кому придётся впервые прокатиться на этом лифте, где его резкий отрыв от площадки просто сбивает с ног, Джейк даже поморщился. - Этаж триста сорок пять. Кабинет Мэра, - вывел его из раздумий голос автоматики. - Желаем вам приятного дня. С трудом удержавшись чтобы не высказать свои пожелания лифту, Джейк пошёл вдоль по коридору. Кабинет мэра, находившийся в самом центре здания, был полукруглой формы, но войти в него можно было только с одной стороны - непосредственно с центра, где и сидел сам мэр. Стены вокруг были сложены из с виду полупрозрачного больше всего по внешнему виду напоминавшего лёд материала, а на полу каждая плита, на которую наступал Джейк, моментально подсвечивалась тем же белым сиянием, что и окружало здания администрации. Джейк прекрасно знал, чего ему можно ждать от мэрии Города. Ещё бы, ведь именно он тестировал всех искусственных интеллектов, помнил все их версии, включая самые ранние, знал, чего и от кого из них можно ждать. Но тем не менее, почему-то всегда, когда он входил в кабинет главы Города, он чувствовал себя на редкость неудобно - словно бы его собственные детища в самом деле имели какую-то власть над ним. Этакий рефлекс чинопочитания, заложенный во всех людях уже почти что на генетическом уровне. Взглянув на Мэра, который сейчас разбирал какие-то документы, висевшие над его столом, Джейк как можно более твёрдым голосом начал: - Доброе утро, Мэр. Я бы хотел обсудить с вами кое-что насчёт моего телепорта. В ту же секунду Мэр заставил все висевшие над ним голограммы исчезнуть и встал из-за стола. Ничего в его внешности не говорило о том, что он - не более чем фантом, оболочка, имеющая в своей основе не физическое тело, а лишь набор нулей и единиц. Мэр выглядел как сухопарый подтянутый человек лет пятидесяти, с короткими русыми чуть тронутыми сединой волосами, мудрым и сосредоточенным взглядом серых глаз и аккуратными усами над верхней губой. Одет Мэр был в красивый серый костюм, из-под которого была видна идеально белая рубашка, а на его шее висел серый галстук в тон костюму. Увидев Джейка, Мэр легко улыбнулся и протянул ему свою руку для приветствия: - Рад видеть вас, Создатель. Подойдя поближе к Мэру и пожав ему руку, Джейк по привычке, не спрашивая разрешения, уселся на гравикресло, висевшее напротив Мэра. Устроившись в нём более-менее комфортно, он отвёл глаза в сторону огромного окна кабинета, желая понять, с чего же лучше будет начать. Но, решив, что всё-таки вечно тянуть время он не сможет, Джейк тяжело вздохнул, а затем начал выкладывать то, с чем пришёл: - Работа с телепортом продвигается медленнее, чем я думал. Я очень боюсь, что мне потребуется дополнительное время на её завершение. - Но почему? - спросил Мэр обескураженным тоном. - Всего три недели назад вы показали мне ваши блестящие расчёты и чертежи. Неужели эксперименты в самом деле идут так плохо? Джейк тяжело вздохнул, борясь с навязчивым желанием снова отвести взгляд в сторону. Взгляд Мэра, устремлённый прямо на него, почему-то, как казалось самому Джейку, сулил мало хорошего. - На деле всё куда сложнее, чем на бумаге. Думаю, Мэр, мы оба знаем, что из себя представляет Город - по сути, это сверхтехнологичное и одновременно сверхреалистичное подобие компьютерной игры. Единственная вольность, которую разработчики в своё время себе здесь позволили, - это отсутствие ограничения в ресурсах. Сруби дерево - завтра же на его месте будет новое. Возьми руду из рудников - её залежи восстановятся в тот же вечер. Но во всём остальном здесь всё так же, как и в реальном мире. Здесь нет всесильных, здесь нельзя обойти никакие природные законы, в том числе и законы физики. Расщепление объектов до мельчайших частиц, которое и составляет принцип работы моего телепорта, гораздо проще осуществить теоретически, чем практически, и в этом-то вся проблема. В процессе переноса частиц мой телепорт теряет часть из них. Услышав последнюю фразу, Мэр даже отшатнулся назад и удивлённо вскинул брови: - Что вы имеете в виду, Создатель? - Если говорить простым языком, то даже при переносе на малые расстояния телепорт сохраняет только половину объекта. Не думаю, что жителям Города захочется остаться без обеих рук, ног, а то и вовсе без внутренних органов. По сути, сейчас я должен работать над тремя проектами одновременно - над улучшением ускорителя, созданием протонного расщепителя и, собственно, доработкой телепорта. Сказав это, Джейк замолчал, ожидая, что Мэр скажет ему ещё хоть слово. Но тот лишь молчал, постукивая пальцами по столу - совсем как человек. Тогда Джейк в отчаянии добавил: - Вы понимаете, что даже самая совершенная машина не сможет быстро и аккуратно завершить эту работу. Что уж говорить обо мне - я никогда ничего настолько глобального не изобретал. Пожалуйста, дайте мне ещё шесть месяцев на завершение работы. Мэр снова поднял свои бесстрастные глаза на Джейка: - Хорошо, - сказал он спокойным, но несколько разочарованным тоном. - Конечно, жаль, что вы не предоставите телепорт в ранее оговоренный срок, Создатель, но вы же сами знаете - против таких вещей я противиться не могу. Я разрешаю вам сдать проект тогда, когда он будет готов. Джейк чувствовал, как чувство торжества и спокойствия медленно его покидает. Уж лучше бы он сейчас начал бы ругаться с Мэром, упорно доказывая ему свою правоту. Эти простые слова согласия прозвучали для него подобно удару плети. Однако, он не рискнул показывать переполнявшее его разочарование и даже какую-то обречённость Мэру. Встав со стула, он коротко кивнул ему: - Благодарю вас. И до свидания. Мэр снова не сказал ему ни слова вслед - так, словно бы и в самом деле издевался над изобретателем. И тут Джейк, всё-таки отчасти выведенный собственным изобретением из себя, сказал ему резким тоном: - А ещё я бы очень хотел видеть того, кто тут конструировал лифты. Хотелось бы выразить ему свою безграничную признательность. Уже выходя из здания мэрии и проходя мимо горожан, несколько удивлённых плохому настроению случайного прохожего, Джейк уже чётко знал, что он будет делать. Слова Мэра были восприняты им как что-то близкое по значению к "Убирайся отсюда!", а такого Джейк допустить не мог никогда. Изобретатель чувствовал себя виноватым перед отчасти собственным изобретением - какое же отвратительное чувство! Быстрым шагом выйдя с главной площади, Джейк направился в сторону своего дома. Сейчас он даже несколько укорял себя за то, что пошёл к Мэру и лишь потерял драгоценное время. Сейчас изобретатель чётко знал, как он будет выходить из создавшейся ситуации. "Что там Мари говорила про человеческий фактор? - думал он с мрачной радостью. - Он, значит, влияет на скорость работы? Отлично, тогда я снижу его до минимума!" Подойдя к своему дому, Джейк поднял свою руку, позволяя системе охраны считать отпечатки пальцев. Еле заметный бледно-жёлтый луч скользнул по его ладони, а вместе с ним дом, висевший над землёй в полуметре, медленно начал опускаться, каплеобразное сооружение, блестя на солнце, повернулось к Джейку немного другим краем, в котором тут же образовался разрез-дверь. Не дожидаясь, пока она откроется полностью, изобретатель вскочил в дом и моментально начал говорить: - Мари, рассчитай мне, сколько займёт у меня работа над компонентами телепорта без учёта человеческого фактора. Тишина послужила ему ответом. Уже почти полностью разозлённый, Джейк хотел было запустить в стену первым попавшимся ему под руку предметом, но всё-таки смог взять себя в руки и переспросил: - Так ты чего молчишь? Неужели это так сложно? - Несложно, - раздался ответ искусственного интеллекта, - но я не вижу смысла в этом. Вы не машина, хозяин, и избавиться от человеческого фактора не сможете никогда. - Я не прошу сейчас давать мне советы, - резко ответил Джейк, быстрым шагом подходя к своему прототипу телепорта, - а прошу дать точный расчёт. Представь себе на минуту, что я машина, и ответь мне: сколько времени я в таком случае затрачу на эти чёртовы компоненты? - По месяцу и десять дней на каждый. Но следует помнить... Джейк мрачно улыбнулся, заново открывая свои расчёты: - Прекрасно. Ты ведь тоже понимаешь, что это значит? Мари снова предпочла не отвечать своему хозяину. Но Джейка уже это мало заботило. По-быстрому что-то исправляя на последнем листе, он продолжал свой разговор, по сути, в пустоту: - Похоже, Мэр теперь считает меня неспециалистом. Что же, придётся доказать, что я хоть чего-то да стою... а потому я соберу телепорт даже раньше прежнего срока - за четыре месяца. Сказав это, Джейк одним взмахом руки заставил все листы с расчётами переместиться к стене. Он прекрасно понимал, на что идёт. Бессонные ночи, минимум возможностей выйти из дома, отдача всего свободного и несвободного времени работе - таково было его будущее на ближайшие четыре месяца. Но сейчас изобретатель сам себе поставил такую цель, ради которой он был готов на любые жертвы. - Какие будут указания, хозяин? - снова подала голос Мари. Ещё раз внимательно вглядевшись в чертежи, словно бы что-то запоминая, Джейк произнёс: - Извлекай из телепорта ускоритель частиц и положи его на стол. Будем повышать его характеристики. Глядя, как тонкий свисающий с потолка трёхпалый манипулятор осторожно переворачивает телепорт, развинчивает винты на герметичной крышке основания, а затем - бережно достаёт оттуда ускоритель, Джейк в самодовольстве скрестил руки на груди. В этот раз он не мог ошибиться, и сейчас он приложит все усилия, чтобы воплотить сухие цифры и формулы, написанные перед ним на сорока трёх листах во вполне материальное и работоспособное приспособление как можно быстрее. И когда манипулятор, которым управляла Мари, бережно положил миниатюрный ускоритель частиц, больше всего похожий на катушку от удочки, на стол Джейка, изобретатель даже волей-неволей подумал, что этот день так или иначе станет решающим во всей его судьбе. То, что это будет одновременно и так, и не так, Джейк сейчас просто не мог предугадать. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 30 июня, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 30 июня, 2012 Глава третья, в которой я расскажу вам кое-что о реальном мире. А тем временем такая близкая, но такая далёкая от Города реальность на планете Земля доживала свои последние годы в агонии. Меньше чем за столетие Землю сотряс едва ли не десяток мировых войн, большинство из них - с применением ядерного оружия, которое фактически выжгло всю флору и фауну планеты. На небе уже давно не было видно солнца - лишь тяжёлые облака, грозящие урановым дождём, или, что того хуже, чёрные проплешины - верный признак того, что атмосфера планеты медленно улетучивалась в вакуум космоса. Вся поверхность Земли превратилась в однородную чёрную каменистую массу, схожую отчасти с той, что была на Луне. Те немногие, что выжили после всех катастроф и не решились отправиться в Город, сейчас в основном прятались в подземных убежищах, стараясь даже не думать о том, чтобы вылезти на Землю. Никому не хотелось выходить на израненную поверхность планеты; все и так понимали, что ещё столетие, а то и вовсе пять десятилетий - как от атмосферы планеты не останется ровным счётом ничего. Но, однако, был тот, - а, точнее, та, - кто хотел изменить ситуацию, пусть она и слабо представляла, как у неё это выйдет. Это была молодая девушка лет семнадцати на вид. Её мать погибла в одной из последних войн, так что её и её брата, на пару лет младше её самой, воспитывал их отец - человек с трудом и опаской принимающий любую новизну, а потому с некоторой опаской относившийся к проекту Города и старавшийся привить такие же взгляды и детям. И если сын полностью разделял взгляды отца, то девушка словно бы пропустила все его речи мимо ушей. Сама же Ребекка - а именно так её и звали - была далеко не красавицей. Её светлые волосы, некогда пышные и вьющиеся крупными завитками, сейчас уныло свисали с её головы давно не чёсаными патлами. Лицо её, - некрасивое, округлое, с большими странно свисающими щеками и серыми водянистыми глазками, прячущимися в мясистых складках кожи, - казалось, было взято у старухи и по какому-то злому велению судьбы приставлено к телу молодой девушки. Ребекка носила чёрно-белый свитер, который явно был ей велик, - так она скрывала почти полное отсутствие фигуры у себя - широкие штаны и совершенно не сочетавшиеся с её несколько неопрятным обликом изящные туфли на каблуках. А на шее её висела золотая цепочка с массивным металлическим медальоном. Внутри него не было ничего, а сам медальон достался ей от матери. Ребекка носила его якобы в память о ней, хотя ей всегда было наплевать на покойную. По правде говоря, она даже не могла в точности воспроизвести имя родной матери. Подарив Ребекке не самую приятную внешность, Природа явно не стала даже стараться скомпенсировать это хоть как-то. С самого детства Ребекка роста истеричной эгоисткой, начинающей рыдать и швыряться вещами в каждого, кого угораздило в этот момент оказаться рядом с ней. Она всю жизнь ненавидела и отца, и брата, притворяясь любящей дочерью и сестрой лишь тогда, когда ей от них было что-то нужно. И её что внешнее, что внутреннее уродство не скрашивалось ничем - Ребекка была абсолютно бесталанной. Единственное, к чему лежала её душа, были скандалы и высказывание собственного мнения в довольно грубой форме. Но сегодняшний день на удивление начался удивительно спокойно. Юная скандалистка не смогла найти ни единого повода, чтобы закатить истерику. Но достаточно было лишь взглянуть на неё, чтобы стало понятно: она уже не первый час ищет причину, и умей она хоть немного думать - скандал бы уже давно развязался. Особенно на фоне того, что её единственная подруга, каким-то неведомым образом терпевшая её выходки целый год, несколько дней назад вместе со своей семьёй ушла в Город. Нетрудно было догадаться что, лишившаяся своей единственной слушательницы, скандалистка опять захочет переключиться на семью. И вот Ребекка, взглянув сначала на отца, работающего за довольно старым компьютером, ещё обладавшим тонким монитором вместо современной голографической панели, а затем - на брата, мирно читавшего электронную книгу, плаксивым тоном завела: - Почему вы никогда со мной не разговариваете? Вы вообще видите, что я здесь? Брат Ребекки, на секунду поднял глаза, а затем снова вернулся к чтению. А отец, не отрываясь от своей работы, сказал: - Да. Но извини, мы оба сейчас заняты. Вздохнув с притворным сожалением, Ребекка поправила воротник своего свитера и откинулась на привинченной к стене кушетке: - Вы всегда заняты... - протянула она. - Как ни захочу с вами поговорить - у вас обоих всегда дела. А Энн всегда могла найти время для меня! Услышав имя бывшей подруги своей дочери, отец Ребекки тут же оторвался от работы. Закрыв программу, в которой он работал, мужчина внимательно посмотрел на юную скандалистку уже, похоже, заметившую, из чего в этом разговоре можно будет раздуть истерику. - Мы не можем с тобой говорить постоянно, - сказал он делано спокойным тоном. - Твой брат занимается, чтобы стать историком, я работаю. И трепаться с тобой постоянно, как твоя подруга, ушедшая в... Отец на секунду замолчал, пытаясь подавить собственную неприязнь, но всё же смог совладать с собой и несколько раздражённым голосом добавил: - Город... мы не сможет. - А я не понимаю, папа, - хитрым тоном продолжила девушка, - почему ты так не любишь Город и его жителей. Тут, в реальности, похоже, остались только мы, его обслуга и ещё парочка таких закостенелых как ты, пап. Почему мы должны жить отщепенцами? В разговор вмешался брат Ребекки. Отложив в сторону книгу, он медленно произнёс: - Ты не права, - сказал он осторожно. - На самом деле, в Городе живёт примерно столько же людей, сколько и здесь, в бункерах. Я только вчера смотрел статистику, - поспешно добавил он, увидев в глазах сестры недоверчивый огонёк. Он знал, что слова её же родных ничего не значили для Ребекки, но вот мнение со стороны она принимала как истину в последней инстанции. Однако сейчас это правило не сработало. - Не верю я твоим данным, - довольно злобно буркнула Ребекка себе под нос. - Кто их вообще составляет? Они видели, как всё на деле? Да здесь семь из десяти бункеров пустые стоят! Одни мы, как брошенные, сидим тут. - А тебе-то какое дело до того, брошенные мы или нет? - несколько раздражённо ответил ей отец. - Живёшь ты нормально, небогато, но и не хуже остальных. Что тебе вечно неймётся? В ту же секунду Ребекка отвела взгляд, не в силах больше смотреть на отца, и закрыла глаза. И в ту же секунду по её щеке потекла слеза - точный знак того, что на достигнутом истеричка останавливаться не хочет. Взглянув на это, её брат тяжело вздохнул и сам прикрыл лицо рукой - от стыда и желания хотя бы не видеть очередной скандал. - Потому что... потому что я хочу жить как нормальные люди! - выпалила она, ненавидяще глядя то на отца, то на брата. - Гулять, общаться, жизни радоваться! А у меня ничего и никого нет! - Все сейчас так живут! - отрезал её отец. - С чего это ты решила, что ты в чём-то хуже остальных? - Как в могиле... - тихо прошептала Ребекка и в ту же секунду опустила голову на колени и мелко затряслась, рыдая. Однако, её вымученный плач продолжался недолго - уже через полминуты истеричка подняла голову и начала говорить нарочито спокойным тоном: - А ведь я знаю, как люди жили раньше. Всё это описано всё в тех же твоих любимых книгах,- с этими словами она презрительно кивнула в сторону брата. - И в той же Сети, где сейчас Город, лежат архивы. Неужели это и в самом деле светлое будущее? Будущее без завтрашнего дня? Будущее без надежды? Будущее, где всё, что ты можешь, это замуровать себя заживо? - Ну и что ты предлагаешь? - несколько апатично спросил у неё брат, всё ещё не отрываясь от чтения. - Город в реальный мир не перенести, если бы это было возможно, - это уже давно сделали бы. Прошлого тоже не вернуть, уж как вышло - так вышло. Ну что ещё сказать, будем надеяться, что те немногие, кто предпочёл остаться тут, всё-таки смогут хоть ненадолго задержать разрушение атмосферы... Брат Ребекки рассчитывал, что его слова смогут хоть ненамного успокоить сестру. Но похоже, что лучше бы он просто решил сохранить молчание. После его слов в девушку словно бы вселился бес. Резко вскочив с кушетки, она пробежала через всю комнату и встала прямо у двери - так, чтобы смотреть сразу и на отца, и на брата. Её лицо перекосилось от злобы, по щекам текли слёзы, а колени тряслись. - Вы всегда были такими! - злобно выпалила она, потрясая кулаком. - И именно из-за таких, как вы, мы сейчас и живём в таком кошмаре! Что же, вы можете жить в нём и дальше, а я отправлюсь в Город! Отец смотрел на неё с мрачной решимостью, брат - с некоторым чувством сожаления в глазах. А Ребекка, решившая, что в этот момент настал её звёздный час, одним махом вытерла слёзы со своих толстых щёк и как можно более торжественно провозгласила: - Что, не верите мне? - прищурилась она. - А я и вправду возьму и уйду туда. Здесь я никому не нужна, а там хотя бы моя подруга, которая всегда меня понимала! Выдав сию тираду, Ребекка довольно прищурилась. Но разозлённый отец и брат, который уже явно просто устал от истерик Ребекки, отреагировали совсем не так, как ей хотелось. - Ну попробуй, - меланхолично сказал он. - Кто тебя только пустит туда. Они с отцом мыслили явно в одном направлении. Услышав последнее заявление Ребекки, её отец сразу же забыл про свой намеренно спокойный тон и, зло сверкая глазами, уставился на неё: - Я запрещаю тебе отправляться в Город! - рявкнул он на дочь, уже совершенно не заботясь о том, какой эффект произведут на Ребекку его слова. - Если ты хоть на долю секунды появишься в виртуальной реальности - то считай, что у тебя больше нет семьи. И никогда не будет. Но истеричка лишь нагло расхохоталась. - Знаешь, что? - презрительно фыркнула она. - Плевать я хотела на твои запреты. Я буду делать то, что сама считаю нужным! С этими словами юная скандалистка резко развернулась, нажала на кнопку открытия дверей и стала ждать, пока две свинцовые пластины со скрипом разъедутся в разные стороны. Всё это время Ребекка нервно переминалась с ноги на ногу и сжимала кулаки, а в душе она строила планы отпора на тот случай, если отец или брат задумают её остановить. Однако, они даже и не думал это делать. Ведь нечто такое происходило в их семье не раз и не два, правда, до этого Ребекка никогда не упоминала Город. Столь неприятная её отцу тема была своего рода негласным табу у всех троих. Но сейчас, устав от недостатка внимания, она рискнула высказаться и на его счёт, пусть и сейчас её несколько терзала совесть за подобную резкость. И в то же время ей в этот раз хотелось по-настоящему показать всем, что она способна не только воздух сотрясать. Едва дверь успела полностью открыться, как Ребекка, даже не прощаясь, пулей вылетела из её с родными личного убежища и побежала куда-то вдаль по коридору, довольно громко топая по металлическому полу. Но вскоре даже этот звонкий отзвук её шагов рассеялся. - Глупая, - припечатал её младший брат, перелистывая страницу в своей книге. Отец ничего ему не ответил, а лишь устало махнул рукой, снова усаживаясь за компьютер. По правде говоря, он никогда не связывал с Ребеккой особых надежд - девушка никогда не отличалась ни умом, ни каким-либо компенсирующим его нехватку талантам. Но это в то же время для него было лишним поводом не беспокоиться: вряд ли у Ребекки хватит даже ума, чтобы дойти в одиночку до ближайшего центра Перемещения, что уж там говорить о самом походе в Город. Да и кто будет связываться с несовершеннолетней девушкой, желающей переместить свой разум в виртуальность без согласия родителей?.. В общем, он не особо переживал по поводу очередной истерики дочери. Покричит немного - и успокоится. А если же нет - то представительство Города очень быстро отправит её домой. Насколько помнил отец Ребекки, то несовершеннолетних без родителей отправить туда просто не могли. - Принимающее устройство нестабильно, стабилизаторы энергии выходят из строя, - подала голос Мари. - Если телепортация не будет остановлена прямо сейчас, то велика вероятность взрыва. Пол под ногами трясся, свист улетучивающегося из вакуумного туннеля воздуха на этот раз звучал громче, чем обычно, а из-под принимающего телепорта уже показался дым, но Джейка, безопасности ради отошедшего подальше от телепортов, похоже, это ни капли не останавливало. По-быстрому взглянув на табло с показателями различных величин, данные которых менялись с каждой миллисекундой, а затем - снова переведя взгляд на телепорты, Джейк тут же отдал команду: - Мне всё равно. Отправляй! Пол затрясся ещё сильнее, свист воздуха начал звучать как-то особенно пронзительно. Нервничая, Джейк отёр выступившую на лбу испарину и немигающим взглядом уставился на лежащее на передающем телепорте яблоко, уже почти исчезнувшее в ярком свете. А в ушах у него звучал голос Мари, постоянно информирующей своего хозяина о новых неполадках: - Внимание: сильное падение напряжения на принимающем телепорте. Разность превышает допустимую норму на четверть. Внимание: система охлаждения вышла из строя, вероятность перегрева девяносто восемь процентов. Внима... Дальше Джейк дослушать не успел. Лишь стоило его несчастному яблоку исчезнуть в ярком свете, как тут же раздалась целая серия мелких хлопков - будто бы кто-то разом запустил штук пять петард. Пол прекратил трястись, а в воздухе запахло гарью. Тот телепорт, на который Джейк собирался отправить яблоко, сейчас был почти целиком покрыт копотью - пострадала даже передающая поверхность. Из-под него валил густой чёрный дым, а весь пол под шестиугольной металлической установкой стал чёрным - будто бы на этом месте произошёл небольшой взрыв. Но Джейк огорчался недолго, лишь стоило ему увидеть телепортированное яблоко, вся кожура которого сейчас тоже стала почти чёрной. И на этот раз у яблока была аккуратно, словно ножом, срезана лишь где-то четверть верха. - Ну уже получше, - довольным тоном заявил Джейк, понимая, что неделя фактически без сна отчасти стоила того. - Мари, скажи мне, какова была плотность вакуумного туннеля. - Семьдесят шесть целых тридцать две сотых, - не замедлила сообщить ему искусственный интеллект. Довольно улыбнувшись на секунду, Джейк подошёл к своему устройству, сел на корточки и перевернул пострадавший телепорт на бок, внимательно осматривая его дно. Поморщившись от запаха гари, изобретатель достал из кармана миниатюрную лазерную отвёртку и стал раскручивать винты на корпусе, желая заменить повреждённые детали. - Передающее устройство вступило в конфликт с нейротранслирующими сетями Портала, - тут же прокомментировала проблему Мари. - Отсюда вышел переизбыток энергии, с которым стабилизатор энергии принимающего телепорта не способен справиться. Плюс, охлаждатели, позаимствованные вами у вашей же старой модели телепорта слишком слабы. Джейк тем временем внимательно рассматривал сгоревшие детали своего изобретения. Поставить новое охлаждающее устройство было парой пустяков, равно как и увеличить его мощность. Но что делать со стабилизатором энергии, который так просто и быстро не доработаешь? И как избежать противодействия между сетями Портала и телепортом? Определённо, решение одной проблемы тащило за собой множество других задач, куда более сложных. Мрачно нахмурившись, Джейк аккуратно опустил повреждённый телепорт на пол, поднял валявшееся на полу яблоко и быстрым отточенным движением отёр покрывавшую его копоть футболкой. Затем он снова достал из кармана лазерную отвёртку, осторожно счистил с оголённой мякоти верхний чёрный слой, сбросил его в стоявший неподалёку аннигилятор, а затем - откусил от яблока большой кусок. - Дай мне характеристики Портала, - проговорил Джейк с набитым ртом. В тот же миг перед ним в центре комнаты появились голограммы больших чертежей, вычислений, формул, моделей того, что в Городе называли Порталом - устройства, через которое и проходил разум всех тех, кто решил раз и навсегда сбежать от реальности в виртуальность. Огромное устройство, располагавшееся на окраине Города, вдали ото всех административных объектов, и по виду похожее на гигантскую усеянную огнями пирамиду, внушало всем без исключения уважение и даже некий трепет. Всем - кроме Джейка, который собирался использовать главные ворота Города, действующие лишь в одну сторону, в своих целях. - Очень-очень жаль, что тут больше работали нейропсихологи, чем я, так что я не могу сказать точно, как работает эта штука, - говорил себе под нос Джейк, откусив от яблока в очередной раз, - но работа моего телепорта в какой-то мере схожа с работой Портала... пусть и сходство несколько грубоватое. - Вы неправы, - вмешалась в его рассуждения Мари. - Портал, по сути, не может переносить ничего, данное ему название слишком абстрактно. Он отвечает лишь за полное погружение людей в иллюзию Города, но никак не за перемещение чего-то материального. Если вы не помните, то напоминаю, что погружение в виртуальную реальность вовсе не означает отрыв разума от физического тела, а Портал, грубо говоря, переправляет всех только в один конец - сюда. Обратная перенастройка невозможна. По сути, отвечает он лишь за завершение обмана чувств, и назван Порталом лишь затем, чтобы обеспечить полную и достоверную картину перехода отдельно взятой личности в виртуальность. - Я прекрасно знаю, что такое Портал, - холодно ответил Джейк. - Но моя идея состоит несколько в другом. Раз Портал входит с телепортом в противодействие, то надо выяснить, где именно проблема и устранить её. А заодно не помешало бы снять данные о его стабилизаторах и поработать на их основе. Я хочу, чтобы ты сняла мне их точные технические показатели, и я на их основе буду улучшать имеющиеся у меня приборы. - В работу Портала запрещено вмешиваться, кому бы то ни было, - укоризненно заявила Мари. - Даже вам. Вы сами знаете, что любое вмешательство в неё просто парализует устройство. Перед тем, как ответить, Джейк откусил от яблока ещё один большой кусок. А затем - поспешно развернул поворотом кисти прямо на своём столе голографическую панель стереофона и начал набирать какие-то цифры: - Тогда я прямо сейчас выйду на связь с Мэром и постараюсь уговорить его пойти на одну небольшую уступку. Глядя на приветливо сияющую надпись "Идёт ожидание второго абонента, подождите, пожалуйста", Джейк думал о разном - но только ни о том, на что ему придётся пойти ради такого эксперимента. Сейчас, чётко поставив перед собой цель - предоставить работающий портал уже через четыре месяца, - он был готов парализовать работу всего Города, только бы добиться своего. А где-то там, на самой окраине Города, Портал в очередной раз вспыхнул голубым светом, пропуская вновь прибывших в идеальный мир свободы, существовавший везде и нигде одновременно. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 30 июня, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 30 июня, 2012 Глава четвёртая, в которой рассказывается о подготовке к отключению Портала. Дверь, ведущая к криокапсулам и к центру подготовки к переходу в виртуальность, резко контрастировала со всей остальной бывшей в бункерах техникой. Словно бы в противовес мрачным свинцовым стенам и морально устаревшим раздвижным дверям с датчиком движения, представительство Города в реальности от реальности же было отгорожено силовым полем, подобным тем, что заменяли двери в самом Городе. Но на этом контраст не заканчивался - за полупрозрачным полем, больше всего по виду напоминавшим плотную стену ярко-голубой воды, виднелся и пол - тоже совершенно не такой, как был в бункерах. Полупрозрачная плитка, из которой он был сложен, сияла ярким холодным белым светом. Эти залы, являвшиеся своего рода переходом между виртуальностью и реальностью, сразу настраивали на определённое настроение и в какой-то мере давали понять, что же примерно из себя представляет Город. Неподготовленных людей такой контраст поначалу несколько шокировал; некоторые могли стоять в ступоре где-то минут пять, рассматривая силовое поле и дивясь полёту мысли некоторых по-настоящему умных и талантливых людей. Но Ребекку, которая пусть до этого и знала о Городе фактически только со скудных слов своего отца, это не смутило никак. Не задерживаясь ни на секунду и даже не рассматривая особо силовое поле, она уверенно подошла к нему и поднесла свой палец к сенсорному датчику, надпись над которым гласила: "Нажмите для регистрации". В ту же секунду за силовым полем, прямо напротив Ребекки, появилась голограмма девушки. Её красивые светлые волосы были собраны в конский хвост, на носу сидели аккуратные очки с квадратными стёклами, а в ушах висели изящные серёжки. На губах девушки играла лёгкая приветливая улыбка. Одета она был в простой серый строгий костюм, а в её руках был электронный блокнот с прикреплённым к нему планшетом. - Добро пожаловать в проект "Город", - приветливо, но с некоей долей наигранной радости начала она. - Меня зовут Элизабет, и я рада быть вашим проводником сегодня. Пожалуйста, представьтесь, сообщите свой возраст и место проживания. - Ребекка Салливан, семнадцать лет, - заученно ответила ей Ребекка, привычным жестом заправив волосы за уши. - Живу в эмм... подождите секунду... какой там номер-то был... Элизабет, всё так же улыбаясь, терпеливо ждала, пока её не шибко умная собеседница вспомнит свой точный адрес. А Ребекка тем временем сосредоточенно хмурилась и почёсывала толстый подбородок, пытаясь припомнить хотя бы примерные цифры. Но вот, наконец, серьёзность сошла с её сосредоточенного лица, которому совершенно не шло думающее выражение, а после этого её лицо всё-таки озарилось глупой улыбкой: - А! Вспомнила! Бункер пять тысяч девять-е! Услышав это, Элизабет взяла блокнот поудобнее, сняла с него планшет и по-быстрому сделала какие-то заметки на электронной бумаге: - Подождите секунду, - тем же несколько слащавым тоном сказала она. - Начата проверка данных. Она займёт меньше минуты. От невозможности ждать хоть столь малую толику времени, Ребекка тяжело вздохнула и уселась прямо рядом со стеной. По правде говоря, она представляла себе вход в Город несколько иным. В её фантазии это была несколько другая картина - гнетущая тьма в коридорах бункеров - и тут же словно бы дыра, разрез в свинце, за которым виднеется ярко-синее небо и нежная зелёная травка. Один шаг - и вот ты уже в городе-мечте. И сейчас она была даже несколько разочарована. - Мисс Салливан? - неожиданно раздался голос Элизабет. - Эмм... да-да? - спросила Ребекка, неуклюже поднявшись с пола и снова вставая напротив девушки-голограммы, чей взгляд сейчас был куда более серьёзен, чем в начале. - Прошу прощения, мисс Салливан, - сказала Элизабет уже не таким слащавым тоном, как раньше, - но так как вам ещё нет исполнилось двадцати одного года, мы не можем отправить вас в Город без согласия ваших родственников или опекунов. Мы подали запрос вашему отцу, мистеру... - Нет! Не смейте! Немедленно отмените запрос! - выпалила Ребекка, с ненавистью глядя на Элизабет. Ещё чего не хватало - чтобы какая-то голограмма разрушила ей жизнь, её прекрасное будущее! Собрав в кучу всю свою скудную фантазию, она посмотрела прямо в глаза Элизабет через силовое поле и как можно более жалобно произнесла: - Мой отец психопат. Он любит только брата, а меня всегда бил и ненавидел. Я терпела долго, но теперь решила, что в Городе мне будет лучше... - Мои датчики показывают мне, что вы лжёте, - всё тем же тоном сказала Элизабет. - Я всё же настоятельно рекомендую вам дождаться совершеннолетия. Сказав это, девушка-голограмма снова уткнулась в свой блокнот, но в этот раз планшет она уже не взяла. А Ребекка явно не собиралась так просто сдаваться и уходить назад, откуда и пришла. Не ради ведь того, чтобы просто уйти отсюда, она сбегала из дома! Ведь должен, должен же быть какой-то способ! Вот только... какой? - Мисс Салливан? - неожиданно снова подняла голову Элизабет. - Ну что ещё? - недовольным тоном буркнула Ребекка, наматывая прядь своих волос на палец. - Пришёл ответ от вашего отца. Голос голограммы звучал всё так же серьёзно, но от следующих её слов Ребекка почувствовала, как ей словно становится легче: - Он пишет, что если ваше желание отправиться в Город - правда, то он даже и там найдёт и накажет вас за непослушание. Судя по всему, с моими детекторами лжи какая-то проблема... "Проблема-проблема, однозначно!" - довольно подумала Ребекка, глядя, как медленно перед ней растворяется силовое поле. А затем, лишь ступив на полупрозрачный сияющий пол и осторожно, нерешительно - уж очень хрупким он казался! - следуя за Элизабет, Ребекка про себя подумала, что ей, пожалуй, стоит научиться врать несколько более правдоподобно. Видеофантом Мэра недовольно нахмурился: - Создатель, вы ведь понимаете, что отключение Портала, пусть и кратковременное, фактически парализует его работу и на пару последующих дней? Но Джейк явно его немного пессимистичного настроя не разделял. Выбросив и то, что осталось от яблока, в аннигилятор, изобретатель заново начал свои объяснения: - Я всё рассчитал. Думаю, моему искусственному интеллекту хватит и двадцати секунд, чтобы снять нужные мне характеристики, а затем Портал будет вновь запущен. Такое кратковременное отключение не вызовет особых помех, разве что в течение ближайших суток я бы не рекомендовал отправлять новых людей большими группами в Город - дадим когнитивному ретранслятору снова набрать нормальную мощь. - К чему такая спешка, Создатель? - пытался сопротивляться Мэр. - Я дал вам год на доработку телепорта, зачем же вы теперь из кожи вон лезете, ставя какие-то бессмысленные рекорды? Не проще ли будет работать медленно, не спеша? Спокойно доработаете ваши стабилизаторы, и совсем не нужно... - Я сказал, что соберу телепорт за четыре месяца, и я выполню своё обещание, - холодно сказал Джейк, глядя прямо Мэру в глаза. Если вы не отключите портал, то я велю Мари немедленно переместиться к Порталу и начать снимать показатели, и мне будет наплевать, что произойдёт. Цель оправдывает любые средства. Мэр тяжело вздохнул: - Вы выкручиваете мне руки, честно говоря. Но я не могу пойти против воли того, кто меня создал, и потому мы выполним вашу просьбу. Мы сообщим вам, когда начнётся временное отключение Портала. Сказав это, Мэр моментально закончил разговор. Его видеофантом растворился в воздухе так же быстро, как и появился до этого, не успел изобретатель даже сказать и слова. А сам Джейк тем временем отключил и свою панель стереофона и тем временем обратился к Мари, вертя в руках свою отвёртку: - Я был прав, сказав, что тебе хватит и двадцати секунд? - По правде говоря, - несколько укоризненным тоном ответила та, - мне бы хватило и трёх с небольшой долей погрешности. Вы преувеличили, и сильно, Хозяин. - Ничего страшного, - с мрачной решимостью ответил Джейк. - Лучше, если всё же у нас будет время про запас. Сказав это, изобретатель снова подошёл к своим чертежам и начал быстро их листать, ища в их кипе нужный. Но уже в скором времени он нашёл то, что искал. Отточенным жестом заставив его зависнуть прямо над столом, Джейк внимательно посмотрел на отвёртку, словно бы оценивая, не повредилась ли она, когда он носил её в кармане, или, что намного хуже, чистил ей яблоко, и снова обратился к Мари: - Нет смысла терять времени зря. Дай-ка мне пока расщепитель. Комната, в которую Элизабет отвела Ребекку, от скромных жилищ людей под землёй отличалась мало чем. Лишь на кушетке лежали мягкие подушка с одеялом, пол и стены светились всё тем же необычным светом, а на столе стояла ваза с фруктами, выращенными под землёй, а оттого и просто издевательски маленькими. Но всё это и раньше не внушало Ребекке никакой радости, а теперь и вовсе просто раздражало. Ещё бы, ведь в её комнате помимо неё находился ещё один человек, парень на пару лет её самой постарше. - Интересно, они не могли хотя бы разбить эту комнату на две? - нарочито громко возмущалась она. - Жить в тесноте я привыкла, с этим бы смирилась... Но почему я должна опять сидеть с каким-то... идиотом? Неужели они так и не поняли, что всё, что мне нужно, - это побыть одной?! Молодой человек, отсевший уже чуть ли не в самый угол комнаты, тяжело вздохнул. До этого дня он никогда не видел девушек, которые так любят поскандалить по пустякам. Но, прекрасно зная, что истеричным людям лучше не перечить, он спокойно отмалчивался, в душе надеясь, что неожиданный всплеск эмоций у его временной сожительницы вскоре пройдёт. Однако, Ребекка так просто сдаваться не собиралась: - А это ещё что такое? - спросила она, с презрением уставившись на фрукты. - Неужели они думают, что это... красиво? Как могут быть красивыми такие уроды?! Не успело эхо от её крика стихнуть в комнате, как истеричка моментально опрокинула вазу с фруктами и с презрением наступила на неосторожно попавшийся ей под ноги банан, который тут же лопнул, своей мякотью испачкав Ребекке туфлю. Разозлившись ещё больше, но не желая орать на и без того раздавленный фрукт, она повернулась к несчастному парню: - А ты что уставился? Пошёл вон отсюда! К чёрту! Убирайся!!! В последний раз взглянув на неё с жалостью, молодой человек, который ещё за секунду до этого хотел было попытаться заговорить с Ребеккой, предпочёл выйти из комнаты быстрым шагом. Но перед тем, как закрыть комнату силовым полем, он успел краем глаза увидеть, как скандалистка уселась на диван и спрятала лицо в ладонях, мелко трясясь от плача. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 1 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 1 июля, 2012 Глава пятая, в которой мы посмотрим на первое в истории Города отключение Портала. - Как же голова болит... - простонала Ребекка, выходя из центра подготовки к когнитивной ретрансляции, где её сознание готовили к полному погружению в Город. - Они не могли усовершенствовать свою технологию так, чтобы это было хоть немного менее больно?! Тот самый парень, что вынужден был жить с ней в одной комнате, лишь тяжело вздохнул, беспомощно посмотрев по сторонам, признав уже окончательно, что с таким человеком говорить будет просто бессмысленно. А вот другой мужчина - высокий, плотный, с густыми, как у моржа, усами, - всё же попытался заговорить с ней: - Так было бы кому работать над этим. Радуйтесь, что мы вообще имеем хоть такую возможность попасть в Город. - А я не вас спрашивала! - зло выпалила она, аж топнув ногой. - Вот побываю в Городе, а затем приду сюда и скажу, стоит он таких мучений, или нет! В скудной толпе тех, кому вместе с Ребеккой в скором времени предстояло попасть в Город, послышался едва сдерживаемый смех. Даже её сосед по комнате, ничуть не боясь того, что может последовать за этим, закрывал рот рукой и склонил голову вниз, хотя по нему было видно, что если бы не элементарная вежливость и воспитание, - он бы хохотал во всё горло. Взрослая на вид девушка, обладающая разумом пятилетнего ребёнка, - такое нечасто приходилось видеть. И нелепый пафос её слов просто не мог вызвать другой реакции. - Скажет она... - утирая выступившие от смеха слёзы сказал тот самый мужчина с густыми усами. - Да как ты их вернёшь-то, если в Город все приходят, но никто назад в реальность не выходит? Эта штуковина, - он махнул рукой в сторону отгороженного силовым полем коридора, где и были криокапсулы и когнитивный ретранслятор, - пока что только всех в Город отправляет, но назад-то её никто людей возвращать не научил! Эти слова произвели на Ребекку в точности такой же эффект, какой был бы, если бы её внезапно облили холодной водой. Брезгливо-презрительное выражение исчезло на глазах, толстое лицо вытянулось от удивление и стало чуть менее отвратительным, а сама она застыла, будто статуя. - К... как это никто не возвращается? - уже без прежних истеричных ноток спросила она, жалостливо смотря на окружавших её людей в поисках поддержки. Но ни на чьём лице не было ни грамма сочувствия. Все смотрели на неё с брезгливой жалостью - примерно так же глядят на умалишённого, но ни на чьём лице сейчас не было ни соболезнования, ни даже понимания. А некоторые до сих пор улыбались, поскольку постоянные истерики Ребекки за последние сутки уже успели всем надоесть, и сейчас кто-то испытывал даже мрачное торжество, глядя на то, как просто незнакомец сбил спесь с противной девицы. - Ведь может же разговаривать нормально, - тихо подал голос тот самый живший вместе с ней парень. А полный мужчина лишь махнул рукой: - Да вот так. Не доработали технологию, и выход из виртуалки невозможен. Вроде бы, в Городе они там работают над чем-то, ну да кто их знает, пока они там всё это изобретут... - Нет!!! Расталкивая всех кулаками и не обращая ни на кого внимания, Ребекка кинулась в свою комнату. Однозначно, это был совсем не тот Город, о котором она мечтала, однако и обратной дороги у неё тоже не было. С лёгким сухим щелчком изображение на голографической панели сменилось. Теперь вместо самого строения Портала - высокого грандиозного строения из ярко бликующего металла и сияющего тысячами синих огней, которое было сделано в форме пирамиды со скруглёнными углами, там была его центральная панель управления. Как и всё в Городе, она вызывала благоговейный трепет и осознание всей мощи высоких технологий, которые, может быть, были бы задействованы и на Земле, сложись её судьба иначе. Вычислительный центр Портала, помещение, по своей величине ничуть не меньше трёх кабинетов Мэра, было доверху напичкано различными сенсорными панелями, голограммами с данными, даже морально устаревшими кнопками. Пол и стены там были точно такие же светящиеся как и во всех административных зданиях Города. А одна стена представляла собой почти полностью прозрачное силовое поле, за которым было видно ядро Портала, его сердце, которое и впускало вновь прибывших в виртуальную реальность. - Нагнетатели отключены, - раздался голос Мэра. - Начинаем рассеивание имеющейся энергии. Джейк сделал вид, будто бы эти слова были адресованы кому угодно, только не ему. На его столе сейчас лежало то, что ещё недавно было молекулярным расщепителем - корпус, каждая из четырёх деталей отдельно друг от друга, целая связка проводов в сверхпрочной оболочке, предварительно деактивированный миниатюрный молекулярный реактор и ещё какие-то детали, по виду больше всего напоминавшие просто железки. В руках у изобретателя сейчас был миниатюрный лазер, которым он очень осторожно сейчас пытался тот самый реактор и вскрыть. "Этот реактор, если я в своё время сделал свою работу хорошо, самый маленький и далеко не самый плохой из действующих, - с присущей ему холодностью думал Джейк, глядя как лазер просто разрезает металл, не оставляя даже некрасивых оплавленных краёв. - И если я заставлю молекулы сталкиваться друг с другом, то я заставлю в тоже время дробиться их на более мелкие частицы. Другого выхода у меня нет." - Создатель! - неожиданно громко и резко крикнул Мэр, поняв, что его предыдущая реплика до ушей Джейка так и не дошла. - Мне необходимы ваши указания насчёт предупреждения людей в реальности. Любой бы вздрогнул от такого неожиданного и громкого возгласа. Любой - только не Джейк, отвлечь которого от работы мало что могло. Не особо отвлекаясь от реактора и стараясь держать руку прямо, чтобы вдруг лазер не повредил чего-нибудь важного, он процедил сквозь зубы: - А насчёт чего их предупреждать? От удивления Мэр вскинул брови: - Новые жители приходят в Город каждый день. Вдруг кто-то задумает отправиться сюда сегодня? Вы же прекрасно знаете, что этого делать нельзя, но зато этого не знают наши будущие жители. Мы будем информировать их об этом, или вы предпочтёте надеяться, что никому не захочется в эти двадцать секунд воспользоваться Порталом? Пока Мэр говорил, Джейк успел полностью вскрыть реактор. Сделав пару глубоких вдохов, чтобы снять напряжение, он положил лазер на стол и повернулся к Мэру: - Портал будет работать в ограниченном режиме где-то двое суток после отключения, - поправил он Мэра. - И дело в том, что его в эти два дня не стоит использовать часто - неизвестно, что может произойти, и как долго мы это будем расхлёбывать. Предупредите всех об отключении Портала и скажите, что лучше не отправлять в Город больше четырёх людей за день. Просто от греха подальше. - Сделаем, - уверенно ответил изобретателю Мэр, но вскоре понял, что слова его опять не были услышаны. Отложив в сторону лазер, Джейк взял в руки другой небольшой инструмент, больше всего похожий на Г-образный крюк, и стал им быстро, но осторожно дотрагиваться до разных деталей реактора, словно бы проверяя их на прочность. В своей комнате Ребекка рыдала уже битый час. Тот самый парень, её временный сосед, успел уже забыть про свою неприязнь к ней и сейчас осторожно пытался утешить рыдающую скандалистку: - Почему они сразу не сказали? - трагичным шёпотом говорила она, совсем как плохая актриса дешёвых стереофильмов. - Почему они молчали о том, что из Города нельзя выйти? - Извини, если вдруг что, - робко попытался сказать молодой человек, - но об этом было довольно широко известно. Когда Город был только создан, вышла большая статья. И там было написано, что из Города назад никак не вернуться. Ребекка посмотрела на него своими красными от слёз глазами. Сейчас, заплаканная, она представляла собой куда более жалкое зрелище, чем обычно. Остатки косметики размазались по лицу, и без того узкие глазки превратились в щёлки, нос стал красный, а щёки покрылись уродливыми пятнами. - Почему они обманывали нас?! - в свойственной ей манере провизжала она и резко вскочила с дивана. - Кто им мешал объявить это громко?! Например, как... Свою речь она закончить не успела. Пару раз взвыла сирена, словно бы призывая людей к вниманию, а затем - раздался голос Элизабет. Он звучал не гулко и отчётливо, совсем не так, как объявляли что-то важное в бункерах, словно бы девушка-голограмма стояла рядом, но в то же время куда громче, чем обычно. - Внимание всем, желающим отправиться в Город! Только что поступило извещение от Мэра о том, что в связи с техработами сегодня Портал Города будет отключён на двадцать секунд, а в следующие два дня будет работать в безопасном режиме. Исключительно из-за соображений безопасности сегодня, завтра и послезавтра в Город разрешено отправлять не более четырёх человек в сутки. Все остальные отправляются туда на свой страх и риск. Это временная мера, принятая из-за соображений безопасности и только. Спасибо за внимание. Выслушав это, Ребекка некоторое время стояла в замешательстве, пытаясь переварить полученную информацию. Но затем, видимо, к каким-то умозаключениям ей всё же прийти удалось, и потому она задала вопрос несколько глуповатым тоном: - Эм-м... а это значит, что сегодня я в Город не попаду? Парень на диване пожал плечами: - Ну, если тебя не позовут, - нет. Хотя... - Ну уж нет! - крикнула она уже порядком надоевшим всем голосом с истеричными нотками. - Я отправлюсь в Город сегодня же! Хватит, и так долго ждала... - Не хочу тебя расстраивать, - тихо ответил ей собеседник, - но у тебя не выйдет ничего... Но Ребекка уже была в своих, привычных ей условиях, в которых она прекрасно знала, как стоит себя вести. Подавив навязчивое желание запустить в глупого парня своей туфлей, она подошла к информационной консоли, вмонтированной в стену. - Та-ак... когда там у нас сегодняшнее отправление в Город? Ага! Двадцать часов тридцать минут!.. А это ещё что такое? Список отправляющихся?.. Два Смита... Дрейк... Ва... Ви... да чёрт бы с ним... Стоп! А я где?! Разозлившись, Ребекка хотела было употребить свою обувь и против консоли, но потом поняла, что так она только лишит себя единственной возможности узнать, когда же будет и её черёд отправляться в Город. Вместо этого она снова вернулась к спискам отправляющихся, особое внимание обращая на тех, кто и должен был отправиться в Город в ближайшем времени. Но ни в списке отбывающих на следующий день, ни через два дня, ни через три, она свою фамилию найти не могла. В бессильной ярости листая список за списком, она понимала, что в лучшем случае реальный мир ей удастся покинуть только через две недели. Естественно, так долго она ждать не могла. Убедившись, что канал связи с Мэром временно перекрыт, - так, как он сам и просил, - Джейк левитатором подцепил разрезанный реактор, прищурился, стал пристально вглядываться в него, а затем, не отрываясь от работы, обратился к Мари: - Когда поступят данные об отключении Портала, ты знаешь, что делать. И постарайся по возможности оставить минимум следов своего пребывания... не там, где хотелось бы. - Вы зря сомневаетесь во мне, - ответила Мари. - Я всегда знаю, что делаю. Покачав головой и недовольно скривившись на секунду, Джейк перевернул реактор другой стороной и снова потянулся к Г-образному приспособлению, которое на деле было просто одним из современных паяльников. Установить в стенках миниатюрного реактора специальные адаптеры, разгоняющие частицы до сверхскоростей и заставляющие их дробиться на более мелкие, ударяясь о стенки устройства, было задачей крайне непростой. Ведь, даже находясь здесь, в Городе, где все условия были максимально приближены к идеальным, Джейк продолжал оставаться всего лишь человеком, и у него тоже могла дрогнуть рука в самый неподходящий момент. И именно этого сейчас он и боялся. Одно неверное движение - и в придачу к уже имеющимся проблемам добавится и создание нового реактора. - Открой канал связи заново, - приказал изобретатель. Стоило ему это сказать, как тут же голографическая панель, на которой ещё секунду назад не было ничего, кроме помех, снова вспыхнула ярким светом. Прямо посреди неё было встревоженное лицо Мэра, который, увидев Джейка, пусть и стоящего к нему спиной, тут же начал говорить: - Прошу прощения, Создатель, тут были неполадки со связью. - Ничего страшного, - поспешно ответил Джейк. - Что там с отключением Портала? Взгляд Мэра тут же стал мрачным: - Для его полного отключения всё готово. Но помните, как мы и договаривались: двадцать секунд - и мы возобновляем его работу. Джейк довольно улыбнулся своей лёгкой и так редко играющей на его губах улыбкой. По правде говоря, он был одним из тех людей, кому улыбаться не шло абсолютно. Уж куда привычнее его было наблюдать с его сосредоточенным несколько отрешённым и почему-то словно пропитанным неприязнью ко всему подряд лицом, чем вот таким, кажущимся даже излишне радостным. Однако, эта улыбка сползла с его лица так же быстро, как и возникла. - Мари, отправляйся к Порталу. - Готова начать снятие характеристик хоть сейчас, - ответила та спустя несколько секунд. - Вы забыли о том, что в Городе искусственным интеллектам путешествовать между сетями куда проще? Мысленно выругавшись на себя за собственную глупость, Джейк отдал один короткий приказ - сразу и Мэру, и Мари. - Вперёд. Тут же картинка на экране стала стремительно меняться. Сияющие сенсорные панели стали стремительно терять свои краски и даже словно бы исчезать прямо на глазах. Голографические панели пропали вовсе, а холодный свет полов и стен, этакая визитная карточка Города, тоже рассеялся, и теперь было видно, что полы и стены в панели центрального управления Порталом самые обычные - просто созданы были из полузеркального металла, отражающего и мягко рассеивающего свет. Теперь Портал казался далеко не высокотехнологичным, а несколько странным и даже каким-то заброшенным сооружением. А его ядро, ещё какую-то долю секунды назад яркое и светящееся, сейчас потухло и представляло собой вполне заурядную на вид арку, пусть и сделанную из того же зеркального металла. Джейк несколько нервничал, боясь, что Мари не успеет записать всего нужного ему, и в работе над своим будущим проектом он затратит больше времени, чем хотел бы. Подвернувшуюся возможность исследовать Портал нельзя было упускать никак, особенно, на фоне того, что Джейк мечтал узнать о том, как именно он работает, с того самого дня, как впервые оказался в Городе. В том, что он делал сейчас, он видел никак не кражу технологий у других изобретателей, но лишь избавление себя самого от мучительно долгих и ненужных шагов. При всей своей жажде создавать новое, Джейк терпеть не мог повторять уже имеющееся. - Работа Портала возобновляется через десять секунд, - отчитался по-быстрому Мэр. Джейк немного покрутил в руке паяльник. Если бы что-то пошло не так, Мари бы обязательно сказала ему об этом. Но она молчала, и потому Джейк видел лишь всё тот же повод для лёгкой тревоги - неизвестность. Секунды, во время работы пролетавшие незаметно, сейчас тянулись как минуты, не меньше. "Было бы неплохо изобрести что-то вроде зрительного сенсора, способного видеть всё, что угодно..." - невольно подумал Джейк, но закончить свою мысль не успел. Коротко кивнув кому-то, кого не было видно на экране, Мэр сказал: - Ваше время истекло. Работа Портала возобновляется. Джейк уже было открыл рот, намереваясь ответить ему, как тут раздался ещё один голос: - Технические показатели стабилизаторов были успешно сняты, хозяин, - вежливо сказала Мари. - Проблем в ходе считывания не возникло, сам Портал стабилен и восстановит свою работу полностью примерно через полтора-два дня. - Людей мы предупредили, надеюсь, ничего страшного не случится, - добавил Мэр. Джейк скупо кивнул в знак одобрения: - Спасибо. А теперь, если вы не против, я отключу канал связи и позволю вам спокойно вернуться к работе. Едва лишь голографическая панель словно бы растаяла в воздухе, как Джейк быстро спросил: - Что тебе удалось скопировать? - Тридцать два процента всего устройства, - бойко отчиталась Мари. - Если вы позволите, я всё разложу на отдельных листах. Объём данных всё же слишком велик. Даже для вас. Изобретатель почувствовал, как его сердце сжимает тревога. Желая развеять свои сомнения, он поспешно спросил с деланным спокойствием в голосе: - Среди этих данных есть хоть что-то о ретрансляции сознания и том, как именно происходит его "отрыв" от мозга человека? - Да. - Отлично, - скупо похвалил свою помощницу Джейк, однако, в его голосе отчётливо звучала радость. - А теперь я бы и в самом деле хотел увидеть все эти данные на листах. Поглядев где-то с минуту на то, как искусственный интеллект создаёт большие полупрозрачные панели, которые потом практически моментально покрывались самыми разными графиками, чертежами, формулами, знаками, Джейк уселся в своё гравикресло. Это был первый раз, когда он вообще позволил присесть себе за этот день. Однако, долго отдыхать он не смог, несмотря на успех его в высшей степени опасного и даже немного дерзкого эксперимента, работы ему оставалось много. А потому, снова взяв паяльник и левитатор, изобретатель продолжил усовершенствования своего расщепителя. Где-то сверху, на израненной и доживающей свои последние годы Земле, сейчас наступал бы вечер - красивый, с ярко-алым закатом и тёплым ветром. Но вместо этого над Землёй летали лишь всё те же серые урановые облака, изредка обнажавшие бреши в атмосфере, а где-то под землёй, там, где находился центр подготовки к когнитивной ретрансляции, было чрезвычайно тихо. Людей, обычно толпившихся в ожидании своей очереди, сейчас почти не было - лишь четыре человека сидели на выкидной кушетке, ожидая своей очереди. Никто ни с кем не разговаривал, все четверо сидели странно тихо, ибо сегодня переход в Город был не самым обычным. Впервые с момента создания Города его Портал был отключён из-за не известных никому целей и сейчас, как говорили искусственные интеллекты, работал немного нестабильно. Произойти могло всякое, вплоть до гибели отправляющихся. Как же тут было не бояться! - А ну, в сторону! - неожиданно раздался противный женский голос. Все те, кто ждал своего перехода, - трое мужчин и одна женщина, - тут же обернулись туда, откуда этот голос доносился. Малоприятное зрелище предстало их глазам. Молодая, но совершенно не красивая девушка лет шестнадцати-семнадцати на вид спорила с искусственным-интеллектом-охранником: - Мне плевать, что там с вашим Портом, или как его там называть-то, - истеричным тоном сказала она. - Я должна попасть в Город сегодня же, и я плевать хотела на ваши меры предосторожности! - Но мисс!.. - попытался было вяло возразить охранник. Девушка презрительно плюнула в его сторону: - И нам говорили, - хитрым тоном продолжила она, - что все желающие отправиться в Город в ближайшие два дня отправляются туда на свой страх и риск. Так вот, я уверена, что со мной ничего не будет, и потому я прошу отправить меня туда. Немедленно! Один из мужчин тяжело вздохнул. Он прекрасно помнил эту скандальную девицу, которую что-то в этой жизни не устраивало постоянно - он видел её на одной из подготовок к переходу, и ещё там она запомнилась всем своим противнейшим характером. Решив, что ей лучше будет всё же пройти, а не то иначе скандалистка начнёт ещё, не приведи Бог, драться и крушить всё вокруг, он наклонился вперёд и сказал охраннику: - Да, предупреждение о том, что сегодня все желающие идут в Город на свой страх и риск, было. Искусственный интеллект, явно тоже не блещущий особым умом, лишь вежливо кивнул: - Проходите. Ребекка, снова заправив волосы за уши, быстрым шагом подошла к кушетке и попыталась сесть на неё. Но, убедившись, что там места для неё в любом случае не хватило бы, она лишь махнула рукой и сказала: - Видали идиота? Неужели он думал, что сможет остановить меня? Вы уж помяните моё слово... Но Ребекке не удалось договорить и в этот раз. Прямо сзади неё возникла Элизабет и вежливым тоном сказала: - Всех отбывающих в Город прошу пройти в комнату с криокамерами номер два. Вас ожидают. Как по команде, люди поднялись со своих мест и пошли за Элизабет, стараясь не отставать. Одна лишь Ребекка вела себя так, будто бы весь подземный город был её вотчиной. Лениво шаркая ногами, обутыми в туфли на высоком каблуке, что, естественно, красоты ей вовсе не прибавляло, Ребекка плелась следом за всеми, надеясь, что хоть тут Город её надежды оправдает. Ведь должны же быть где-то ворота в этот Город - именно такие, какими она их и представляла!.. Но реальность на деле была куда прозаичнее. В комнате с криокамерами всё тоже было совсем не так, как в нелепых мечтах Ребекки. Это было точно такое же помещение с сияющими стенами, но круглой формы, и вдоль стены стоял ровный ряд чего-то, больше всего похожего на гигантские футуристические батареи. Они светились холодно-голубым светом, намного ярче, чем стены или пол, у них было металлическое дно и верх. Те, что были уже закрыты, внешне выглядели как самые обычные цилиндрические выступы в стенах. Стеклянная же на вид стенка их, та самая, которая и излучала свет, была абсолютно непрозрачной, понять, что за ней творилось, было невозможно. Сверху же стенки была ещё и металлическая перегородка, делавшая капсулы сливающимися со стенами почти полностью. - Номера ваших капсул - три, четыре, пять, шесть и семь, - ответила Элизабет, вставшая посередине комнаты. - Сейчас я прошу вас снять всю вашу одежду и войти в любую из названных мною капсул. В этот момент Ребекка едва не задохнулась от возмущения: - Раздеваться? Перед... этими? Да за кого вы меня принимаете?! Но в этот раз никто её уже успокаивать или даже просто перечить ей не стал. Один из мужчин, тот, что пришёл сюда с женой, довольно злобно взглянул на неё и резко сказал: - Ты никого тут не интересуешь хотя бы из-за своего веса, девочка. Так что не рыпайся и делай, что велят. Все даже затихли, ожидая в этот момент бури негодования со стороны Ребекки. Однако на удивление скандалистка никак не отреагировала на это, а лишь тяжело вздохнула и стала снимать свой свитер через голову. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 1 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 1 июля, 2012 Глава шестая, в которой я покажу вам, как наказуема поспешность. В последний раз перевернув реактор и по-быстрому дотронувшись до него паяльником, Джейк довольно откинулся на гравикресле: - Так, намеченное за вечер я выполнил, минут пять отдохну. Мари, как движется перенос данных в письменный вид? - Остался двадцать один процент из имеющегося, - незамедлительно отреагировала его помощница. С некоторой долей самодовольства Джейк посмотрел на лежавший перед ним разобранный телепорт, который он даже и не думал отереть от копоти и пыли с того момента, как он взорвался. Сейчас, чётко представляя тот путь, которым он пойдёт, доделывая своё изобретение, Джейк чувствовал себя в своей тарелке. До чего же это хорошее чувство - отчётливо представлять себе, что делать и как именно, в буквальном смысле ощущая у себя твёрдую почву под ногами! Чем больше Ребекка узнавала о том, как на самом деле люди попадают в Город, тем больше она жалела о своей затее, хотя виду старалась не подавать. Капсула, в которую она, стыдливо прикрываясь руками, попыталась залезть, была крайне тесна ей, и Ребекка была вынуждена стоять, плотно прижав руки к телу. Но всё это было полбеды, куда хуже ей стало тогда, когда ей на голову надели что-то вроде большого тяжёлого металлического шлема, который был ей явно сильно мал и сдавил череп до боли. И в ту же секунду Ребекка ощутила уже совсем другую боль - колющую, вгрызающуюся, словно бы назойливо сверлящую череп. От неподготовленности у Ребекки потемнело в глазах, а ей самой начало казаться, что она прямо тут, в ещё не работающей криокапсуле, потеряет сознание. А техника тем временем продолжала свою работу. В вены на руках Ребекки тут же воткнулись иглы - система питания. Прочный металлический обруч обхватил её талию - чтобы она твёрдо стояла в капсуле, неожиданное падение могло вызвать всё, что угодно, а к проделанным в её черепной коробке разъёмам тем временем подключались всё новые и новые провода - именно они и отвечали за обман всех чувств человека и создание иллюзии Города перед его глазами. Тёмная пелена ещё не успело исчезнуть с глаз Ребекки, как прочное стекло криокапсулы, сейчас сдвинутое чуть в сторону, стало возвращаться на своё место, отгораживая криокапсулу от реального мира раз и навсегда. И едва оно пришло в движение, как снова раздался голос Элизабет: - Отправление произойдёт через пятнадцать секунд. Желаем вам удачи. От напряжения Ребекка даже стиснула кулаки. Отчего-то в душе у неё росло несколько странное чувство: ей казалось, что Города ей всё равно не увидеть никогда. Но, списав это всё на свои же слабые нервы, Ребекка лишь несколько раз быстро моргнула, желая прогнать неприятные прыгающие перед глазами чёрные пятна, и уставилась пустым взглядом в стекло криокапсулы. Подогнав поближе гравикресло к столу и склонившись над ним так низко, как он только мог, Джейк начал ощупывать свой стол в поисках лазера. Но ничего даже похожего на него на ощупь он найти не мог. - Мари, где мой лазер? - по привычке спросил он. Та несколько помедлила, прежде чем ответить: - Он скатился со стола и сейчас лежит недалеко от первого телепорта, хозяин. Чертыхнувшись, Джейк встал с гравикресла, подошёл к тому телепорту, который сейчас был цел, и внимательно сощурился. И в самом деле, рядом с ним лежала миниатюрная лазерная установка. Изобретатель даже несколько удивился, как это он мог так проглядеть его, но времени на пустые чувства и размышления он тратить долго не собирался. Подняв лазер с пола, он снова по-быстрому вернулся в гравикресло, лёгким движением пальца перевёл лазер в режим бесшовной сварки металла и принялся закрывать реактор. - Перенос данных в письменный вид завершён, - тем временем добавила Мари. - Желаете ли вы ознакомиться с ними прямо сейчас? Джейк, снова сосредоточенный, хотя сварка давалась ему обычно куда легче, чем разрез, ответил несколько отвлечённым тоном: - Давай пока про нейротранслирующие сети. Остальное посмотрю попозже. Стоило ему это сказать, как сзади раздался писк и лёгкий шелест - те самые звуки, с которыми перемещались голографические листы. А Джейк тем временем снова взял левитатор, ненамного приподнял реактор над столом и принялся заваривать его корпус дальше. - Надеюсь, характеристик коллайдера хватит хотя бы на то, чтобы расщепить органику хотя бы на протоны без особого для неё ущерба. Если же нет, то ночь придётся потратить на повторное улучшение... - Простите, что перебиваю, хозяин, - неожиданно снова заговорила Мари, - но спать по три часа в день, как вы делаете это сейчас, крайне вредно для организма. Не забывайте, что всё, что происходит с вами тут, в Городе, так или иначе сказывается и на вашем физическом теле. Джейк презрительно посмотрел куда-то в сторону: - Меня одновременно радует и пугает эта твоя внезапная забота, - хмыкнул он, осторожно поворачивая левитатор, по внешнему виду отчасти напоминающий рогатку, чуть в сторону. - Ты забыла, что я говорил тебе насчёт телепорта? Если я хочу собрать его за четыре месяца, сном придётся пожертвовать. Но, однако, как бы сейчас он ни пытался казаться бодрым, Джейк понимал, что Мари права. Долгие ночи почти без сна, да ещё и полные не самой лёгкой работы, сейчас изматывали его. Полусонное состояние, с которым ему бороться было весьма непросто, стало его постоянным спутником. А сам про себя Джейк нехотя думал, что в самом деле попытался прыгнуть выше головы и сейчас отчасти завидовал искусственным интеллектам, которым сон был в принципе не нужен. Ах, если бы только... - Ваши стремления достойны похвалы, - учтиво ответила Мари, - но всё же я советовала бы вам хоть немного отдохнуть. Джейк даже закусил губу, чтобы не выразить в открытую своё бессилие и злость на самого себя. Вместо этого он тяжело вздохнул и ответил: - Хорошо. Через четыре часа напомни мне ещё раз об этом. Но встану я в полшестого, так что разбудить меня тоже не забудь. Любому другому жителю Города даже такой сон показался бы над собой издевательством. Но Джейк, решивший использовать данные им самому себе три часа по максимуму, даже несколько переживал, а не является ли пятичасовой сон отчасти даже излишней роскошью для изобретателя. В ушах звенело, перед глазами всё плыло, а мозг, казалось, начал давить на череп изнутри. Однако голос Элизабет, неожиданно въедливый и какой-то даже непривычный, отчётливо звучал где-то рядом, перекрывая собой всё остальное. - Все системы подключены. Начат переход в Город. Капсула два, приготовьтесь. Ребекка, которой досталась последняя, седьмая капсула, снова почувствовала, как в её груди поднимается ненависть ко всему живому. Ну почему именно её отправят позже всех? Однако, истерику она закатывать не рискнула, хотя бы потому, что вокруг не было никого, кто мог бы её выслушать. Ведь отчасти своими вечными скандалами она лишь пыталась привлечь к себе внимание. Вся эта ненависть была куда больше чем-то вроде спектакля, привычки, но никак не настоящими чувствами, за злобой Ребекка привыкла прятать настоящую себя - ранимую маленькую девчонку, которая почему-то с детства считала, что мир никогда не примет её такой, какая она была. - Капсула три, готовьтесь, - снова сказала Элизабет. А Ребекка лишь ещё раз тяжело вздохнула, понимая, что ей как никогда раньше хочется попасть в Город, и что с каждой секундой она всё больше ненавидит тех людей, что оказались впереди её самой. "Ну ничего, в Городе я вам всё выскажу!" - мрачно подумала она. А Элизабет тем временем уже велела готовиться капсуле четыре. Мэр и его заместитель, такой же искусственный интеллект, внимательно смотрели на экран, находившийся с краю кабинета главы Города. На этом экране отражались далеко не данные о любом объекте Города и его состоянии - это был один из немногих индикаторов во всём Городе, на котором отражались данные из реального мира. Здесь было отмечено ни что иное, как информация о том, сколько людей прибывает в Город, когда, и насколько стабильна работа Портала. "Вы это тоже видите?" - спросил Мэр у своего Заместителя по закрытому сетевому каналу связи. Межу собой искусственные интеллекты чаще всего общались именно так, затрачивая меньше ресурсов и позволяя своим диалогам быть полностью приватными. Для людей же схожую возможность пока что воплощать не собирался никто. "Да, - ответил тот. - Люди отправляют в Город пятерых, вместо оговоренных прежде четырёх." Мэр мрачно посмотрел на него и покачал головой - опять же, подражая создавшим его людям: "Создатель говорил, что больше четырёх отправлять опасно. По данным видно, что уже на четвёртого человека энергии может не хватить, но предупредить их мы не успеем." "Тогда остаётся только ждать." Ждать. Какое простое, и какое же в это время сложное слово. Сейчас, глядя на то, как люди из реального мира отправили в Город уже третьего человека, Мэр отчасти даже понимал то, что движет Джейком, желающим довести до ума телепорт досрочно. Бессилие перед никак не зависящими даже перед ним факторами несколько тревожило даже искусственный интеллект. - Седьмая капсула, готовьтесь! - как-то на редкость твёрдо сказала Элизабет. - Желаем вам удачи. "Не нужна мне ваша удача!" - хотела было в свойственной ей манере крикнуть Ребекка, как вдруг что-то словно бы откинуло её назад - а затем - резко потащило вперёд, через стену криокапсулы, стену бункера, землю. Всё перед глазами превратилось в один лишь чёрный туннель, ведущий, как казалось, в никуда. Тупая сжимающая череп боль начала рассасываться, проводки, опутывающие всё её тело и голову, не чувствовались, а где-то там, впереди, уже виднелось что-то светлое. Прищурившись, благо со зрением у неё тоже было не особо хорошо, Ребекка стала вглядываться вдаль. Да, это и был вход в Город - такой, каким она его себе и представляла! Вон она уже может видеть ярко-алый закат, металлическое плато, созданное, кажется, из того же материала, что и полы в центре подготовки, мягкую травку за ним, и даже, кажется... Но рассмотреть что-то ещё Ребекка не успела. Неожиданно всё её сознание пронзила резкая вспышка боли - куда более страшная и резкая чем даже была при установке разъёмов в её черепной коробке. Её череп, казалось, словно дробится на мелкие части изнутри, а мозг тянет куда-то назад, в тёмную глубину туннеля, к реальности. Перед глазами потемнело, все чувства словно бы притупились опять, но одно она ощущала чётко - боль, бесконечная боль, с каждой секундой становившаяся всё сильнее и пронзительнее. Теперь к чувству, будто бы её череп раскалывается на части, добавилось ещё одно - ощущение, что задняя часть её мозга словно бы отрывается от всего остального. А картина Города впереди тем временем стремительно исчезала. Но тут неожиданно пришло осознание. С каким-то неведомым ей доселе холодным ужасом Ребекка поняла, что когда боль в задней части черепа заполнит всю её голову, то произойдёт нечто ужасное. Пытаясь избавиться от чувства, будто бы ей разрывают мозг, она попробовала схватиться за голову, но руки отказались её слушаться, повиснув вдоль тела безвольными плетьми. А перед глазами тьма становилась всё гуще и гуще, словно бы заползая внутрь глазниц и помогая болевым вспышкам дробить череп на всё новые и новые осколки... Около арки Портала стояли четыре человека - всё ещё голые, несколько ошарашенные, идущие нерешительно - сознание ещё никак не могло привыкнуть к виртуальной реальности. Ноги отказывались их слушаться, во всём теле ощущалась странная лёгкость, а еле заметно светящийся воздух изнутри создавал иллюзию такого спокойствия, что как-то все сомнения отпадали сразу. - Добро пожаловать в Город, - вежливо произнёс подошедший к ним молодой парень в строгом костюме - такой же искусственный интеллект, как уже знакомая им Элизабет. - Позвольте, я проведу вас к гардеробам, куда уже доставлена ваша одежда. Единственная женщина в этой группе смущённо улыбнулась, а один из мужчин поджал губы - как хорошо сработали учёные, и не отличишь ведь от реальности! Босые ноги чувствуют холод металлического пола, от лёгкого вечернего ветерка по коже пробегают мурашки, а если бы вновь прибывшие не знали заранее, что всю работу в Городе делают только искусственные интеллекты, они бы никогда не догадались, что этот молодой стройный гладко причёсанный парнишка, стоящий перед ними, всего лишь фантом!.. - Секундочку, - неожиданно робко спросил молчавший до этого мужчина, переминаясь с ноги на ногу. - А разве нас не было пятеро? - И вправду, - сказал тот, что был с женой. - С нами была ещё девушка, толстая такая, шумная. А где она? И стоило ему лишь произнести последнее слово, как арка Портала снова вспыхнула ярким холодным светом, словно бы в подтверждение её слов. В арке уже начали появляться чьи-то очертания, но они казались какими-то странными, расплывчатыми, но в то же время резкими, и стоило лишь возникнуть одной части тела - как исчезала другая. Всё это куда больше напоминало плохо работающую голограмму, чем живого человека. Каждый раз, когда та или иначе часть тела появлялась и исчезала, раздавался дикий треск - такой, какой бывает, когда старый низкой мощности и защищённости провод опустишь в воду и пустишь по нему ток. Люди, до этого никогда ещё такого не видевшие, стояли, не в силах вымолвить ни слова. Очевидно, когда в Город переправляли скандалистку, что-то пошло не так. Кто-то с надеждой посмотрел на стоявшего рядом искусственного интеллекта, но тот тоже молчал, сосредоточенно глядя в сторону Портала. Очевидно, и у него происходящее не вызвало ничего, кроме тревоги. Но вот громкий треск раздался в последний раз, а затем постоянно появляющиеся очертания девушки и вовсе растворились в воздухе, будто бы и не было ничего. Но это словно бы послужило сигналом к действию для искусственного интеллекта. Выйдя чуть вперёд, так, чтобы люди видели его опять, он сказал: - Я прошу прощения, но у нас произошли серьёзные проблемы. Все искусственные интеллекты будут задействованы в её решении, и потому не смогу сопровождать вас. Гардеробные у нас находятся в правой двери, и мне очень жаль, но я боюсь, что не смогу показать вам Город. На выходе, - с этими словами он показал куда-то вперёд, - вас уже ждёт автобус. Он отвезёт вас куда угодно. Сказав это, искусственный интеллект тут же исчез в воздухе - как будто бы его и не было. А люди, которые всё так же не могли и слова произнести, многозначительно переглянулись между собой. О том, что именно произошло с той истеричной девицей, они могли лишь догадываться, но все сходились в одном - вряд ли это "что-то" было хорошим. Мэр бессильным и даже немного жалким взглядом смотрел на своего заместителя, который сейчас метался по кабинетам от одного экрана к другому: "При когнитивной ретрансляции произошёл разрыв сознания, - говорил тот, быстро тыча пальцами в какой-то пульт. - Последняя из этих пяти человек попасть в Город не смогла." "А что именно с ней случилось?" - спросил Мэр, ожидая услышать самое худшее. "Умерла". Эти слова словно бы вернули Мэра в действительность. Вскочив со своего гравикресла, он подбежал к краю своего стола и одним движением руки развернул на нём панель стереофона: - Создатель, вы меня слышите? - начал говорить он, не дожидаясь ответа. - У нас чрезвычайная ситуация, пожалуйста, подойдите ко мне немедленно, вы... Но вместо Джейка на стереофоне возникла бегущая строка, на которой были простые, но сейчас такие безжалостные слова: "Канал связи временно перекрыт." Несколько раз прочтя их, Мэр бессильно упал в гравикресло. Меньше всего сейчас он напоминал искусственного интеллекта, создание, роль которого и состояла в том, чтобы оно решало все задачи городского управления, в том числе и тяжелейшие из них - вместо него в кресле сидел настоящий человек, личность, с трудностями столкнувшаяся впервые. Первая смерть в истории Города и невозможность сейчас даже связаться с тем, кто был непосредственно к этому причастен, кто наверняка знал, что делать, и потому мог бы наверняка дать совет, сказать, как действовать, вывели Мэра из равновесия на весь этот вечер. Его электронное сознание сейчас, по сути, было заперто в кольце противоречий, разорвать которые сам Мэр не мог никак. Всё, что он мог сейчас, - надеяться на то, что к утру Джейк не забудет включить свой стереофон и сможет отреагировать именно так, чтобы положение дел не усугубилось ещё больше. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 1 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 1 июля, 2012 Глава седьмая, в которой мы с вами поговорим о равнодушии. - Доброе утро, хозяин, - прозвучал над головой приятный, но настойчивый голос Мари. Пару раз медленно моргнув, сгоняя дремоту, и удивлённо покачав головой, словно бы он плохо осознавал происходящее в этот момент, Джейк всё-таки смог окончательно проснуться. За годы непрерывного труда он так и не смог научить себя самого отходить от сна быстро. Одной лишь привычкой он успел обзавестись, чтобы упростить себе жизнь, - никогда не разбирая кровать, ложиться спать прямо на покрывале и в одежде. Как он потом впоследствии понял, это сильно сократило ему время утренних процедур. - Который час? - сонным голосом спросил он, ища на полу кроссовки. - Пять часов тридцать минут, - немедленно ответила Мари. - Если вы забыли, то я разбудила вас именно в то время, о котором вы просили меня вчера. Отвлёкшись от завязывания шнурков, Джейк поднял голову и ещё раз внимательно осмотрелся вокруг. Сонное ощущение слетело с него мгновенно, когда он понял, что вокруг неожиданно темно. Ни один лучик света не просачивался в открытое окно, и для Джейка, привыкшего к почти круглосуточному солнцу в Городе, это было в высшей степени странно. - Ты не ошиблась? - спросил он, завязав наконец шнурки и вставая с дивана. - Почему так темно? Мари выдержала некоторую паузу, прежде чем ответить: - У меня нет информации по этому поводу. Однако, сегодня ночью с вами пытался связаться Мэр. Вы не хотите прослушать его сообщение? "Чёрт побери, я же забыл открыть канал связи!" - выругался про себя Джейк в свой же адрес. Его собственная забывчивость по поводу всяких мелких и незначительных на его взгляд вещей порой всё-таки сильно его раздражала. В такие моменты ему начинало казаться, будто бы он стареет, теряет хватку, и скоро превратится в немощного и глупого старца. Конечно, ему было всего тридцать пять лет, да и криокапсула, где находилось его физическое тело, всё-таки никак не могла ускорить процесс старения, но Джейк всё равно хотел бы, чтобы эта его собственная досадная забывчивость касательно мелочей не встречалась на его пути никогда. - Хочу, - ответил Джейк, уже встав рядом со столом. - Запускай. Лишь только он сказал это, как на стереофоне возникло встревоженное лицо Мэра: - Создатель, вы меня слышите? У нас чрезвычайная ситуация, пожалуйста, подойдите ко мне, вы... - Конец сообщения, - прокомментировала Мари, лишь стоило изображению Мэра исчезнуть. - Желаете прослушать ещё раз? "Так и знал, что не стоило спать так долго!" - с бессильной злобой подумал Джейк, сжимая кулаки. Судя по всему, ещё один день пойдёт насмарку из-за Мэра. И что там только могло случиться у него? Кроме того, помимо Джейка было ещё немало других людей, - в отличие от него, причастных напрямую к созданию Города и тоже имеющих статус помощников администрации, - таких же физиков, программистов, нейропсихологов, биохимиков, математиков. Почему именно он, Джейк? Неужели нет никого другого, кто мог бы помочь Мэру решить его проблему? Да и что, в конце концов, у него стряслось? - Нет, спасибо, - зло и резко ответил Джейк. - Я сейчас пойду к Мэру, а ты начни подготовку стабилизаторов энергии к рекалибровке, и если будет время - попробуй извлечь из расщепителя старые адаптеры. Мне понадобится что-то помощнее для нового реактора. Не позаботившись даже о том, чтобы позавтракать или даже попрощаться со своей искусственной помощницей, Джейк приложил палец к сенсору около горизонтальной двери. С еле слышимым гулом она начала открываться, а сам дом - медленно опускаться к земле, но Джейк, не любящий ждать чего бы то ни было, не стал ждать, пока его дом будет полностью готовым к тому, чтобы его владелец вышел наружу. В который раз за то время, что он жил в Городе, Джейк подумал, что надо как-нибудь постараться полностью переделать дверь и антигравитационную подошву дома - чтобы процесс выхода не занимал больше десяти секунд. Чуть пригнувшись, так, чтобы пройти в узкую щель в стене, Джейк по привычке спрыгнул на мокрую траву, расстилавшуюся прямо под его домом... "Стоп! Мокрую? Тут что, дождь?" - неожиданно осознал Джейк, уже выпрямляясь в полный рост и думая, так с чем же всё-таки что-то пошло не так - с его восприятием Города или же с самим Городом. Однако его первое впечатление было самым что ни на есть точным. Небо Города было затянуто тяжёлыми серыми тучами, по внешнему виду до боли напоминавшими те, что сейчас плыли над Землёй, на дорогах были довольно большие лужи, а дождь, - впрочем, это был уж больше ливень,- был совсем не холодным, но очень сильным. Конечно, до этого Джейк знал, что в Городе может быть абсолютно любая погода. Но за всё его существование такого дождя изобретатель не видел никогда. Подумав про себя, что всё же, возможно, стоило попросить Мари скинуть ему куртку, но в итоге решив, что это будет пустой тратой времени, Джейк быстрым шагом пошёл по привычному и знакомому ему пути к зданиям администрации Города. За прошедшее время отец и брат Ребекки предпочитали и вовсе не вспоминать о беглянке. Оба и без того были людьми немногословными, а сейчас и вовсе предпочитали молчать побольше - дабы не скатиться рано или поздно в разговоре на столь неприятную обоим тему обсуждения Ребекки и её в высшей степени странного и неприятного ухода из дома. Отец даже не думал искать её - почему-то был уверен, что всегда сможет найти её в центре подготовки к отправлению в Город и не сомневался, что никто и не подумает отправлять несовершеннолетнюю девушку в виртуальность без старших. Кроме того, когда искусственные интеллекты вышли на связь с запросом о Ребекке он, как сам он и думал, чётко дал электронным болванам понять, что он, её отец, свою дочь не отпустит никуда. Этим утром единственные родственники Ребекки, как обычно, сидели за столом и ели свой скудный завтрак - кашу и совершенно не сладкий чай. И тут случилось нечто, нарушившее их привычный размеренный и унылый распорядок дня. Прямо посреди комнаты возникла яркая вспышка света и раздался тихий электрический треск. От неожиданности брат Ребекки вскочил, опрокинув стул, а отец встал аккуратно, ничего не уронив, но покрепче сжал в правой руке ложку - на всякий случай, хотя понимал, что вряд ли кусок не самого прочного металла как-то поможет ему в результате настоящего нападения кого бы то ни было. А треск тем временем прекратился, свет рассеялся, приняв контуры фигуры молодой миловидной девушки в строгом костюме: - Мистер Грегори Салливан? - спросила она, глядя в свой голографический блокнот. Отец Ребекки смотрел на чужачку несколько враждебно. Сейчас он понял, кем она была. Искусственный интеллект, воплощение таких противных ему высоких технологий. Еле удерживаясь, чтобы не запустить в неё той самой ложкой, и в то же время понимая, что кусок металла просто пройдёт сквозь голограмму, которая обладала осязаемостью лишь в виртуальном мире, он сказал с деланным спокойствием: - Это я. Зачем пришли? - Мисс Ребекка Салливан - это ваша дочь? - педантично спросила незнакомка. Мистер Салливан насторожился. Искусственные интеллекты, прикреплённые к Городу, вряд ли будут беспокоить по пустякам. Осторожно шагнув в сторону девушки-голограммы, он спросил: - Да. С ней... с ней что-то случилось? Как он понял впоследствии, лучше бы он этого не спрашивал. Взглянув ещё раз в свой блокнот, девушка взглянула на отца Ребекки с крайним сожалением и сказала грустным голосом: - Она умерла вчера вечером. Меня отправили сюда узнать, не желаете ли вы забрать тело. В противном случае мы похороним её сами. Услышав это, мистер Салливан застыл на месте, как изваяние. С неожиданно громким в тишине звоном ложка, выпавшая из его руки, ударилась о пол. Буквально за одну секунду на лице немолодого уже мужчины сменилась целая гамма чувств - злоба, бессилие, неприятие, грусть. А затем - они все словно бы слились в одно, образовав гримасу боли. В один миг отец Ребекки словно бы постарел на десять лет. - Вы не шутите? - спросил у девушки странно хриплым голосом брат Ребекки. - Если нет, то... как? Как это могло случиться? Вы же клялись и божились, что Город полностью безопасен! Незнакомка лишь пожала плечами: - Я не знаю технических деталей. Мне было велено лишь сообщить вам о смерти мисс Ребекки Салливан. Если вы хотите узнать подробности, вам стоит пройти за мной к центру подготовки к когнитивной ретрансляции. Мистер Салливан смотрел на неё отрешённым взглядом. Какой бы истеричкой ни была Ребекка, как бы она ни раздражала его порой своими вечными скандалами, но всё же она была его дочерью, к тому же, так похожей на его покойную жену. Сейчас мистер Салливан понял, что на самом деле он искренне, всей душой любил Ребекку. И сейчас ему казалось, будто бы с её смертью в его душе образовалась пустота - вязкая, чёрная и холодная. - Да, - сказал он отрешённо, всё ещё пытаясь собраться с мыслями. - Ведите меня в этот... центр. На улицах Города не было почти никого. Людям, которым не надо было ни работать, ни спешить куда-либо, явно не особо хотелось мокнуть под дождём. А Джейка это даже несколько радовало. Шагая по центральной площади, которая так чуждо смотрелась без своего белого сияния, - ведь башням было просто нечего отражать, - он вспоминал несколько другой Город - только что созданный огромный виртуальный мир, к которому все поначалу относились с некоторой долей опаски. Почти абсолютно пустые улицы, незаселённые каплевидные дома, редкие автобусы, шум от которых был скорее исключением, чем правилом, и тишина. Никаких постоянных чьих-то разговоров, невесть откуда взявшейся суеты, которая явно возникала всегда, когда людей становилось много, - лишь возможность наслаждаться тем, появления чего ты так долго ждал, в полном объёме. В те дни Джейка куда чаще можно было встретить вне дома - он мог запросто заниматься разработкой прототипов своих новых устройств в каком-нибудь парке, сквере, а то и вовсе прямо рядом с домом. Но время шло, людей в Городе становилось всё больше, а Джейк терпеть не мог пристального внимания к себе. А ведь какой любопытный, заметивший изобретателя, не спросит у него, что это он тут делает! А потому со временем Джейк, скрипя от злости зубами, был вынужден всё же работать дома. Сначала его, привыкшего к свежему воздуху, пусть и виртуальному, это раздражало, затем стало восприниматься как неизбежная данность, а чуть позже и вовсе ему стало казаться, что так и должно быть, что дома его работа начала идти куда более продуктивно, чем на улице, и что ему его метод изобретать на открытом воздухе просто казался хорошим. Уже входя в здание мэрии, Джейк подумал о дурацком лифте, на котором ему опять предстояло ехать, и этот факт всё же несколько расстроил его. Но в качестве платы за возможность снова увидеть тот Город, по которому он отчасти и тосковал, он вполне был готов стерпеть это. - Останься здесь, - сказал мистер Салливан своему сыну перед силовым полем, закрывающим вход в зал с криокапсулами. - Но папа!.. - попробовал было возмутиться тот, но, встретив взгляд отца, не решился ослушаться. Тот смотрел вовсе не с упрёком или со стальной твёрдостью, как обычно, но с таким невыразимым отчаянием и обречённостью, что брат Ребекки просто не смог ослушаться. Быстро кивнув в знак согласия, он отошёл в сторону и встал сбоку от силового поля. - Проходите, - показала Элизабет в сторону полукруглого зала с криокапсулами. Идя по белому светящемуся полу, мистер Салливан чувствовал, как его бьёт дрожь. Он мог сколько угодно не принимать и даже ненавидеть высокие технологии, но чем дольше он находился даже здесь, не в самом Городе, а лишь в жалкой части всего того, чем Город являлся, тем сильнее он понимал с катастрофической неизбежностью, как же далеко вперёд зашёл прогресс. Всё здесь - и эти светящиеся полы и стены, и силовые поля, и голограммы, которые было невозможно отличить от человека, и даже криокапсулы, которые он уже мог видеть, вгоняли его в настоящий трепет и даже вызывали что-то, сильно похожее на уважение. "Интересно, как они сделали это всё?" - невольно промелькнуло у него в голове. В другой раз он бы обязательно спросил бы у той же Элизабет, как, хотя бы, люди сделали голограммы такими материальными на вид, но минутное любопытство прошло так же быстро, как и появилось. Потеря дочери всё же заслоняла собой всё сознание. Полукруглая комната с криокапсулами теперь выглядела несколько не так, как в тот злополучный день, когда Ребекка решила отправиться в Город. Кроме Элизабет, там находилась ещё целая куча людей - с первого взгляда мистер Салливан даже не мог сказать, настоящие ли они, или тоже голограммы. Та самая злополучная седьмая капсула сейчас была открыта, но тоже отгорожена силовым полупрозрачным полем. А в самом центре комнаты, - взглянув туда, отец Ребекки ощутил, как у него ёкнуло сердце, - был стол на гравиподошве, на котором лежало что-то, прикрытое белым одеялом. Как только мистер Салливан и Элизабет поравнялись с одним из людей, одетым в строгий чёрный костюм, все находившиеся в комнате словно ожили по некой невербальной команде. Все присутствующие в комнате уставились на отца Ребекки внимательными, но какими-то странными, ничего не выражающими глазами. Но тут, словно бы желая разрядить обстановку, тот самый стоявший напротив него мужчина подошёл к мистеру Салливану и протянул ему руку: - Может, мои слова и несколько неуместны, - тихо сказал он, - но добро пожаловать. Называйте меня Энтони. В нерешительности мистер Салливан осторожно пожал протянутую ему в ответ руку - тёплую и вполне осязаемую. Поняв, что далеко не все из стоящих в этой комнате искусственные интеллекты, он стал чувствовать себя немного более решительно. - Что с ней случилось? - коротко спросил он. Услышав этот простой вопрос, Энтони сразу помрачнел, а его взгляд стал каким-то тяжёлым. Многозначительно переглянувшись с другими людьми из толпы и посмотрев на Салливана с жалостью, он отточенным движением сдёрнул покрывало со стола. Боясь, что он не сможет этого вынести, отец Ребекки зажмурился, но тут же какое-то шестое чувство стало подсказывать ему, что как бы ни тяжело было ему увидеть то, что было скрыто белой тканью, он должен взглянуть на это. А потому, собрав всё своё мужество в кулак, Салливан открыл глаза, о стоило ему взглянуть на стол, как из его горла вырвался сдавленный крик отчаяния. Печально склонив голову, Энтони положил отцу Ребекки на плечо свою руку, словно бы говоря: держитесь. На столе лежала Ребекка, полностью обнажённая, с широко открытыми глазами. На её виске виднелся небольшой разъём со следами довольно свежей крови вокруг него - такие были у всех, кто попадал в Город. Её кожа была чистой, на ней теперь больше не было ни одного пятна крови, однако, приглядевшись внимательно, Салливан заметил, что волосы вокруг ушей были покрыты запёкшейся коркой и едва заметное красное пятнышко в уголке губ. - Что с ней случилось? - только и смог выдавить из себя Салливан, не в силах одновременно и смотреть, и отвернуться от трупа собственной дочери. - Кровоизлияние в мозг, - мрачно ответил Энтони. - Мне надо кое-что сказать вам. Идём. Сказав это, Энтони твёрдо, но аккуратно надавил отцу Ребекки на плечо, заставив его повернуться в сторону едва заметной двери, закрытой, в отличие от остальных помещений, силовым полем. Салливан последовал за своим проводником, хотя слабо понимал, куда именно его ведут, зачем, и что тут происходит. Первое вторжение техногенного мира в его с детьми размеренную жизнь оказалось в высшей степени жестоким и внезапным. Открыв дверь в небольшую комнатку, где была только одна кушетка, Энтони по-хозяйски уселся на неё и внимательно посмотрел на Салливана, который, словно бы находясь в прострации, не спрашивал ничего. Но вот он потряс головой, словно бы желал убедиться, что всё происходящее с ним - не кошмарный сон, пару раз медленно моргнул, осторожно сел на край кушетки и спросил: - Отчего это произошло? - Разрыв сознания, - коротко сказал Энтони. - Да, наши лучшие учёные постарались сделать всё, чтобы избежать такой ошибки, но всё же некая вероятность была. Да и произошло это в самый неподходящий момент. Вчера... В этом месте Энтони сделал паузу, желая собраться с мыслями. Но вот он внимательно посмотрел на отца Ребекки и продолжил: - Вчера в Городе проводились какие-то испытания. Я не знаю, чего именно, Мэр так и не сказал нам, но суть такова, что они отключили Портал - то самое устройство, которое и отвечает за окончательное погружение сознания в виртуальность с их стороны, - на какой-то очень короткий промежуток времени. Всё бы ничего, я не виню администрацию Города за это ни в коем разе, но Портал обладает одной неприятной особенностью: даже после кратковременного отключения его когнитивному ретранслятору нужно несколько суток, чтобы снова заработать в полную силу. В целях безопасности мы решили отправлять не более четырёх людей в сутки. Тут Энтони опять замолчал и нервно постучал пальцами по кушетке. Несмотря на его делано спокойный тон, было сразу понятно, что ему не доставляет никакого удовольствия рассказывать отцу Ребекки о том, как погибла его дочь. Но всё же он должен был это сделать, а потому продолжил: - Ваша дочь была упряма. Несмотря на серьёзную угрозу, она решила отправиться в Город вместе с ближайшей группой. Мы предупреждали её, но она говорила, что мы беспокоимся зря. И во время переноса её сознания Портал получил больше энергии, чем был способен в тот момент принять, и... Энтони многозначительно замолчал. А после заговорил совсем на другую тему: - Мэр Города принёс вам свои искренние извинения и соболезнования. Он просит вас не винить его, поскольку то была нелепейшая случайность. Во всём Городе сейчас траур, это их первая смерть за всё время, и жители шокированы. Мистер Салливан выслушал всё это, не испытывая совершенно никаких эмоций. Пустые соболезнования главы Города, всю жизнь им презираемого, и этот непонятно кому нужный траур у людей, никогда его дочь не знавших, казались ему нелепым фарсом. Ребекку уже всё равно не вернуть, виноватых тоже нет. Салливан чувствовал себя, как запертый в клетке. - Кто именно отключил Портал? - неожиданно даже для самого себя задал он вопрос. - Я понимаю, что администрация Города, но... кто и зачем, неизвестно? Энтони развёл руками: - Боюсь, что нет. - Всё ясно, - тихим упавшим голосом сказал Салливан. Встав с кушетки и даже больше не взглянув в сторону Энтони, а лишь глядя себе под ноги, как пораженец, отец Ребекки пошёл в сторону выхода, погружённый в собственное горе и оттого не в силах сказать больше ни одного слова. Увидев знакомую фигуру за силовым полем, Мэр встал со своего кресла и коротко кивнул Джейку: - Доброе утро, Создатель. Проходите, садитесь. Но Джейк, которому явно хотелось покончить с этим всем побыстрее, вовсе не собирался садиться. Наоборот, смерив Мэра взглядом своих внимательных зелёных глаз, он спросил: - Зачем вы меня звали? - Садитесь, - твёрдо сказал Мэр. - Разговор предстоит серьёзный. "Да что, чёрт возьми, произошло?" - раздражённо подумал про себя Джейк. Но, не желая ввязываться в бессмысленные споры, отнимающие бесценное время, изобретатель лишь пожал плечами и сел напротив Мэра. Тот лишь снова кивнул в знак одобрения и махнул в свою сторону рукой, заставляя какой-то документ переместиться и повиснуть прямо над его столом. - Взгляните на это, - строгим, но несколько печальным тоном сказал Мэр. - Вы ведь знаете, кто это? Джейк по-быстрому пробежался глазами по голограмме, висевшей перед ним. Это было что-то вроде досье с прикреплённой к нему фотографией. Там была изображена довольно некрасивая, толстая, но молодая девушка с засаленными волосами, глазками-щёлками и большими пухлыми щеками. - Ребекка Салливан, семнадцать лет, - прочёл Джейк то, что было написано сбоку от фотографии. - Кто это ещё? Мэр посмотрел на него с укоризной: - После того, как вы вчера отключили Портал, произошла трагедия. Люди отправили к нам пять человек вместо четырёх, и именно этой девушки изначально не было в списках. То, что к нам на деле отправляется пятеро, мы узнали лишь когда менять что-либо было поздно. До последнего мы верили, что ничего не произойдёт, но, увы, у Ребекки Салливан во время перехода сюда, случился разрыв сознания. Сказав это, Мэр замолчал и махнул рукой куда-то в сторону, отправляя досье Ребекки назад, в глубь кабинета. На его лице отчётливо читалось выражение сочувствия: - Это первая смерть в истории Города. Все мы в трауре. Я уже выразил соболезнования её отцу и брату, просил не винить нас... - Секундочку! - спросил Джейк, нахмурившись. - Дайте-ка мне уточнить. Я правильно понял, что некая девица не послушала наших вчерашних предупреждений, решила, что одна она такая особенная, и отправилась в Город, зная, что случиться с ней может всё? - Да, - кивнул Мэр. Джейк как-то на редкость хитро прищурился: - И вы же извинялись перед её родными за то, что у неё не хватило мозгов, чтобы понять, что нельзя пользоваться нестабильным устройством? Прошу прощения за грубость, - поспешно добавил он, увидев ошарашенный взгляд Мэра. Тот снова кивнул. Но Джейк так просто явно сдаваться не собирался: - И этот дождь - это такой знак траура о ней? - Да. Джейк встал со своего кресла: - Хорошо. А теперь объясните, как и в чём именно я могу помочь. Я не смогу ни воскресить её, ни повернуть время назад, если вы об этом. Может, я и скажу сейчас очевидную вещь, но я не всесилен. Вы обратились немного не по адресу. - Создатель, я не прошу вас ни о чём таком. Всё, что мне надо, - это ваши соболезнования её родным. Просто скажите, что вы очень сожалеете... Изобретатель удивлённо вскинул брови: - Сожалею? О чём? - Ну как же! - всплеснул руками Мэр. - Ведь в её смерти есть и ваша косвенная вина. Если бы вы вчера не отключили Портал... - ... то она всё равно нашла бы способ, как угробиться, - холодно парировал Джейк. - Прошу прощения за то, что, возможно, не оправдал ваших планов, но мне в самом деле на неё наплевать. Я считаю её смерть результатом её собственной глупости, а не моей виной. И уж куда больше меня печалит тот факт, что в это время я бы мог спокойно работать над телепортом, а вместо этого обсуждаю глупое поведение какой-то совершенно не знакомой мне девицы. Мэр смотрел на Джейка несколько с ужасом и даже отчуждением. Понимая, что сказал явно что-то не то, изобретатель поспешно поправился: - Я прошу прощения за свою резкость, - сказал он, глядя прямо Мэру в глаза. - Однако, в самом деле, будьте объективны. Она виновата сама, все люди были предупреждены о том, что Портал нестабилен. И, возможно, это особенности моего характера, но мне в самом деле сложно сопереживать тем, кого я никогда не видел. Сказав это, Джейк развернулся и быстрым шагом пошёл прочь от кабинета Мэра, даже не попрощавшись. А искусственный интеллект, снова сев в своё кресло, печально смотрел ему вслед. Заложенные в него знания психологии говорили о том, что и родственникам лучше всего будет обсудить всё с Джейком, и самому Джейку будет легче, если он выскажет своё искреннее сожаление родственникам погибшей. Ведь в самом деле Джейк был виноват в смерти девушки, пусть и косвенно. Однако в словах изобретателя тоже была своя правда, хотя Мэру было несколько дико осознавать то, что его создатель, один из талантливейших современных учёных, оказался таким равнодушным к чужому горю человеком. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 1 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 1 июля, 2012 Глава восьмая, в которой я расскажу немного о планах Джейка на будущее. За то время, пока Джейк разговаривал с Мэром, дождь только усилился. Теперь всю площадь перед зданиями администрации, пусть и идеально ровную, покрывали широкие лужи, с самих кристалловидных строений крупными каплями стекала вода, отчего прямо под ними тоже образовывались лужи, а ярко-зелёные газоны сейчас казались даже странно тусклыми - даже Джейк, редко выходивший из дома, успел привыкнуть к тому, что обычно их зелень в это время года кажется даже несколько излишней. В воздухе от той еле видимой сияющей дымки, отчего весь Город напоминал какое-то подобие сна, не осталось и следа. Даже наоборот, она словно бы заменилась другой пеленой - тёмно-серой, вязкой, навевающей грусть. А Джейк лишь откинул мокрые волосы со лба назад, стряхнул с руки только что попавшие на неё водяные капли и быстрым шагом пошёл в сторону дома. Лёгкая ткань кроссовок легко пропускала воду, ногам становилось холодно и мокро, а волосы, из-за воды постоянно выбивающиеся из стягивающей их металлической круглой клипсы, лезли в глаза и, плотно прилегая к черепу, вызывали не самое приятное ощущение. Сейчас, уже сходя с облицованной гладким, но совсем не скользким усовершенствованным подобием асфальта, площади, Джейк подумал, что неплохо было бы развернуть у себя над головой небольшое силовое поле - одно из его ранних изобретений, выглядевшее как два тонких браслета на каждой руке и разворачивающее в точности такое же поле, как то, что заменяло во всём Городе двери, прямо над головой владельца. Джейк создал его как раз от капризов природы - солнца, дождя, снега. И то, что он не догадался взять его, выходя из дома, или хотя бы попросить Мари скинуть ему эти два браслета, ещё раз заставило Джейка подумать о собственной забывчивости и даже отчасти непредусмотрительности касательно мелочей. Идя быстрым шагом, иногда чуть ли не переходящим в бег, по траве, Джейк хоть и понимал, что на бегу промокнет больше, чем при спокойной ходьбе, но решил, что ни секунды лишней не задержится снаружи. Обойдя несколько яблонь, с которых он и брал яблоки для своих экспериментов с телепортацией, Джейк подбежал к своему каплевидному дому, довольно ярко бликующему, несмотря на дождь, и со стекающими с его гравиподошвы каплями воды. Изобретатель поднял свою руку, чтобы система могла считать генокод и отпечатки пальцев, дождался, пока его дом хоть немного опустится, и по привычке, не дожидаясь полного открытия двери, запрыгнул в дверь, тяжело дыша. - Мари! - громко сказал он, снимая мокрые кроссовки прямо у входа и шагая по полу уже в носках. - Как там с подготовкой к рекалибровке? - Подготовка завершена, - не замедлила ответить та, - но я всё же советую вам переодеться, прежде чем браться за работу. Помните, что вода может вызвать короткое замыкание. Чертыхнувшись уже вслух, Джейк снял с себя мокрую насквозь футболку и повесил её в шкаф, на просушку. А затем, уже приглаживая мокрые волосы назад и заново закрепляя связывающую их в хвост железную клипсу - так, чтобы ни одна мокрая прядь ненароком не выбилась из-под неё, - прошёл в свою комнату, где и находились его прототипы телепорта. - Дай-ка полотенце, -сказал изобретатель несколько отсутствующим тоном. Тут же с потолка к нему опустился манипулятор, на котором висело идеально чистое белое махровое полотенце. По-быстрому вытерев им руки и ещё раз пригладив волосы, Джейк повесил его назад и подошёл к столу: - Давай сюда стабилизаторы и листы с данными, которые мы списали с Портала. Сегодня поработаю с ними, а насчёт нейросетей потом подумаю. Тот же манипулятор, что подал Джейку полотенце, с еле слышимым визгом и скрипом его же собственных узлов протянул изобретателю то, над чем Мари по его же просьбе пыталась работать в его отсутствие - два стабилизатора энергии телепорта, по внешнему виду напоминавшие этакие диковинные цветы с прямоугольными рассеивателями-лепестками и полукруглым приёмником-сердцевиной. А над столом изобретателя с тремя сухими щелчками появились и те самые пять голографических листов, на которых аккуратным машинным шрифтом, совершенно не похожим на мелкий и несколько небрежный почерк Джейка, были выведены формулы, графики, уточнения. Мари явно постаралась, выполняя далеко не лёгкую работу для искусственного интеллекта, изначально создаваемого лишь затем, чтобы быть своего рода служанкой и секретаршей своего хозяина в одном флаконе. Взяв стабилизаторы с манипулятора, Джейк тут же взял в руку свой миниатюрный лазер, по-быстрому посмотрел наверх, на листы, а затем вновь вернулся к лежащим у него на столе миниатюрным приборам. - Так, что тут у нас? - начал снова комментировать свои же действия Джейк - привычка, без которой обойтись ему уже было крайне сложно. - Ага! Для начала - у Портала они покрыты зеркальным ультратитаном, а у меня - сплав стали и ванадия плюс рассеивающие фотоэлементы. Да-а, понятно, как они такое рассеивание получили... Нахмурившись, Джейк отложил лазер и снова обратился к своей помощнице: - У меня ещё остался палладий? - Сто три грамма, хозяин, - с некоторой запинкой ответила ему Мари. Джейк улыбнулся. Одного из металлов, так необходимых ему для создания ультратитана, было в избытке, хотя Джейк боялся, что во время предыдущих его разработок он закончился подчистую. Невольно изобретателю пришла в голову даже мысль о том, что работай он в паре хоть с кем-то ещё, - да хотя бы с химиком, понимающих в сплавах куда больше, чем физик Джейк, его работа двигалась бы быстрее, но Джейк как обычно постарался избавиться от таких мыслей. Принципиально он предпочитал работать в одиночку, и дело было вовсе не в том, что он мнил себя гением. Просто, изобретая что бы то ни было, самостоятельно, Джейк всегда знал, чего можно будет ждать и кого он сам сможет призвать к ответу за ошибки. Кроме того, ведь никто, кроме самого Джейка, не мог увидеть все его идеи так, как видел их он сам, воплотить так же, применять те же методы при разработке. Ему приходилось бы уж куда чаще поправлять своего напарника, объясняя ему, почему надо сделать всё так, и никак иначе, так что, работая один на пару с Мари, которая приносила только пользу, Джейк избавлял себя от пустой траты нервов и времени. - Давай сюда палладий, - ответил он, беря с края стола довольно странную вещь, внешне больше всего напоминавшую выполненный из стекла куб с верхней съёмной частью и прозрачной перегородкой посередине, а затем подвинул к себе поближе лазер и левитатор. - Вы собираетесь израсходовать все запасы палладия? - тут же спросила Мари. Активировав на секунду левитатор, словно бы желая проверить его работоспособность, Джейк без малейшего колебания ответил: - Нет. Десяти граммов мне вполне хватит. Стоило ему сказать это, как справа от него тут же возник тот самый манипулятор, но на сей раз в нём был маленький кусок блестящего металла, по виду чем-то напоминающего белое золото. Коротко кивнув и тут же подхватив его левитатором, Джейк начал закреплять левитатор на штативе - так, чтобы он находился строго над кубом. А затем Джейк взял свой лазер и начал осторожно водить им по зафиксированному в левитаторе куску металла, глядя, как тот, поворачиваясь то тем, то другим боком, медленно плавится, и капли раскалённого металла падают на сверхпрочное стекло куба - приспособление, позаимствованное Джейком в своё время у другого учёного, который тоже участвовал в создании Города и сейчас помогал его администрации. Но у этого куба было ещё одно довольно странное и непривычное свойство - металл, попавшей на его поверхность, не застывал, а так и оставался на ней в виде вязких чем-то напоминающих грязь капель. - Давай сюда титан, - приказал Джейк, не отрываясь от работы. Его маломощного лазера явно не хватало на то, чтобы расплавить кусок палладия быстро, но всё же его красный едва заметный взгляду луч оставлял свои следы в виде глубоких царапин с оплавленными краями на куске металла. Почувствовав, как рядом с ним снова возник манипулятор, протягивающий ему на сей раз кусок невероятно лёгкого, но такого же серебристого металла, пусть и бликующего меньше, Джейк даже не обернулся в сторону механической руки. - Пока постой так, - сказал он, отложив уже перегревающийся и довольно ощутимо жгущий его пальцы лазер в сторону. - А ещё лучше - приберись у меня на столе. Не успел Джейк договорить последнюю фразу, как над его столом возник ещё один манипулятор, чуть короче и тоньше того, что сейчас держал металл. Четыре тонких металлических пальца стали стремительно собирать голографические ручки, пару электронных блокнотов, в которых Джейк так любил делать какие-то расчёты бессонными ночами, отвёртку, пару деталей телепорта, чашку, из которой теми же вечерами Джейк пил кофе, в один угол стола. Но даже и так расчистив Джейку рабочее пространство, Мари не остановилась на достигнутом. В один миг из пальцев манипулятора выехали щётки, которые стали быстро, но осторожно, так, чтобы ни одна пылинка не попала на изобретателя, смахивать пыль с его стола. - Довольно-довольно, Мари, - поспешно сказал Джейк, увидев, что манипулятор над его столом уже собирается выдавить на него мыло. - Помоешь получше ночью, когда я уже спать буду. - Вы же почти никогда не спите, - резонно заметила Мари, но второй манипулятор над столом всё же исчез. Джейк поморщился. Кусок палладия над его столом уже блестел куда сильнее, чем раньше, металл уже начинал плавиться сам, но Джейку явно этого было недостаточно. Осторожно дотронувшись до лазера и убедившись, что он не такой горячий, как раньше, Джейк приблизил его к куску металла, чтобы плавка проходила быстрее, и неожиданно обратился к Мари с несколько странными словами: - Чёрт бы с ним, с моим сном. В гробу отдохну, сейчас работать надо. - Тогда ждать отдыха вам придётся долго, - ответила Мари. - Ваше биологическое тело, находящееся в криокапсуле, по моим данным, умрёт только через пятнадцать лет. "Пятнадцать лет, - подумал Джейк, внимательно смотря на блестящий металл. - Много это или мало?" С одной стороны, он понимал, что этого времени ему хватит вполне - за него он сделает многое и даже больше, прославит своё имя и, возможно, даже сможет встать в один ряд со многими великими учёными. Но с другой - Джейк прекрасно знал, как быстро человек может привыкнуть к хорошему. И мысль о том, что спустя какие-то жалкие полтора десятилетия, столько лет неустанного труда, ему, вечно молодому здесь, в Городе, придётся просто исчезнуть, только потому, что его биологическое тело, лежащее сейчас в какой-то криокапсуле, просто помрёт! Джейк боялся смерти и всеми путями старался найти тот способ, который если не позволит ему избежать её полностью, то хотя бы отдалит этот печальный момент на максимально возможный временной промежуток. Но, похоже, дорога эта была тупиковой. Даже криокапсулы, созданные разработчиками Города, не смогли не то, что отдалить смерть - даже просто увеличить сроки жизни. И сейчас, услышав роковое "пятнадцать лет", Джйек даже с горечью подумал, что в одном из своих ранних опасений он был прав. То ли все помещённые в криокапсулы организмы работали на износ, то ли проблема была только в нём самом, Джейке, - это было неизвестно и как-то даже не важно сейчас. Главным было одно - жить изобретателю даже здесь, в виртуальном мире, осталось ничтожно мало. Как же в этот момент хотел Джейк разделить себя надвое, клонироваться, чтобы одновременно иметь возможность и заниматься телепортом, и пытаться понять, как же именно можно стать бессмертным. Ведь есть же, есть наверняка какой-то способ! Только Джейк, уже почти полностью расплавивший кусок палладия, имел лишь смутные образы об этом в сознании, какие-то обрывки, которые пока никак не удавалось сложить в единое целое или хотя бы даже уцепиться хоть за что-то. Необходимо было просто сесть как-нибудь поздней ночью и попытаться собрать из этих осколков ясную картину действия, но Джейк, у которого и без того всегда было чем заняться, понимал, что в ближайшие четыре месяца он будет просто физически на это не способен. Брат Ребекки с некоторой долей ужаса смотрел на то, во что сейчас превратился его отец. От того умного, может иногда излишне строгого, но справедливого и любящего отца, мало что сейчас осталось. После разговора с Энтони мистер Салливан больше не произнёс ни слова - выйдя из зала с криокапсулами, он лишь кивнул своему сыну, словно бы говоря ему, чтобы тот уходил. И пятнадцатилетний подросток прекрасно помнил, как он буквально тащил назад своего родного отца на себе самом. Глаза мистера Салливана на удивление были сухими, он не кричал, не злился, не проклинал всех, желая уничтожить все искусственные интеллекты на свете. Он просто смотрел вперёд своими ставшими пустыми глазами, и это было как-то особенно жутко. А сам брат Ребекки, никогда особо не любивший свою скандальную сестру, сейчас понимал, что всё же он тоже тоскует по ней, и тоскует сильно. Ребекка со своими постоянными истериками и издёвкам, любовью давить на больное и какими-то показушными протестами против всего подряд уже давно стала частью его жизни. Он сам мог сколько угодно говорить, как она ему надоела, желать ей поскорее убраться из их бункера и спрашивать у отца, как он ещё не выгнал её из дома... но всё же Ребекка была его сестрой, самым родным на свете человеком. И представить дальнейшую жизнь без неё он просто не мог. Большие электронные часы показывали лишь час дня, но в бункере было темно - брат Ребекки сам отключил подсветку потолка, когда привёл своего отца домой. Решил, что тому лучше будет всё же поспать. Но сейчас, осторожно встав с кровати, чтобы посмотреть, спит ли его отец, мальчик печально покачал головой - совсем как взрослый, умудренный печальным жизненным опытом. Мистер Салливан вовсе не думал спать. Он лежал на спине, глядя в потолок всё тем же пустым взглядом, а его дыхания почти и не было слышно, несмотря на то, что в бункере была мёртвая тишина. Брат Ребекки закрыл глаза, не в силах выдержать этого зрелища, и посмотрел в потолок глазами, в которых ясно читалась только боль. Несмотря на то, что отец не пустил его к криокамерам, мальчик всё же немного понял, что именно случилось с его сестрой, попытавшись расспросить в отсутствие отца людей, которых он встретил в коридоре. Никто не мог сказать, что именно произошло с Ребеккой, но все сходились в одном: она умерла оттого, что в Городе отключили принимающее человеческое сознание устройство. "Зачем они это сделали?" - спросил про себя брат Ребекки, чувствуя, как на его глаза наворачиваются слёзы. Одним ударом кто-то - неважно даже, кто именно это был, человек ли, искусственный интеллект, или же вся администрация Города, - по сути, отнял у него семью, сделал сиротой при живом отце. Брат Ребекки понимал, что ненавидеть тех, кто отключил Портал, бессмысленно. Но ему хотелось хотя бы простых объяснений от тех, кто лишил его и сестры, и, судя по всему, отца - единственных близких людей на всём свете. Снова закрыв куб крышкой, Джейк встряхнул его, словно бы проверяя, в достаточной ли мере расплавлен палладий, а затем - снял крышку куба с другой стороны от перегородки. Не решаясь дотронуться до тонкого прозрачного сплава внутри куба, так как тепло-то он проводил на редкость хорошо, несмотря на свою прочность, Джейк взял титан с манипулятора, положил его рядом с собой на стул и коротко приказал: - Давай сюда нагреватель. Механическая рука рядом с ним тут же исчезла, но уже через пять секунд возникла снова, держа нужное сейчас Джейку устройство. Нагреватель представлял собой технически что-то вроде лазера, с которым ещё не так давно работал Джейк, но он обладал более широким лучом, коротким радиусом и сниженным почти до нуля перегревом. В отличие от лазера, это устройство не могло ничего резать, равно как и держать в руке металлический почти плоский кругляш было намного тяжелее. Именно поэтому его использовали только для того, когда было необходимо что-то смешать в раскалённом состоянии или же просто раскалить. Внимательно посмотрев на нагреватель, словно бы желая оценить его состояние, Джейк поставил его на снятую с куба крышку и осторожно сдавил с боков. И тут же из маленького тёмного отверстия над устройством раскинулось красного цвета тепловое поле, а сам кругляш плотно зацепился за крышку тоненькими металлическими лапками. Не желая ждать, пока тепловые волны, излучаемые нагревателем, достигнут своего пика, Джейк моментально поставил остальной куб на крышку, взял кусок титана, опустил чуть пониже к себе левитатор и начал закреплять и его в антигравитационном поле. - Где лазер? - спросил Джейк, уже одной рукой поднимая левитатор вверх на штативе, а другой - ощупывая стол в поисках так нужного ему устройства. - Чуть выше и правее от того места, где вы сейчас пытаетесь его найти, хозяин. Однако, вы позволите мне дать вам один совет? Чуть наклонившись вперёд и нащупав то, что искал, Джейк подвинул лазер повыше к себе и снова открыл верхнюю крышку куба, под которой и находился расплавленный палладий. Пару раз осторожно подвигав куб из стороны в сторону и убедившись, что ни одна капля металла не пристала к его гладким стенкам, Джейк снова активировал лазер, повышая мощность его луча почти до максимума. - Что за совет? - спросил он, не имея ни малейшего интереса к тому, что скажет Мари. Сейчас всё его сознание снова занимало лишь одно - работа. Он никогда не поручал работу с лазером своей помощнице лишь по одной простой причине - оба манипулятора, коими управляла она, были слишком грубыми, чтобы работать хотя бы с тем же нагревателем должным образом и никогда не были заточены под столь требующие внимания и аккуратности движения. Его собственная недоработка, как признавал сам Джейк, но времени на то, чтобы дать Мари нормальные "руки", у него не было никогда. - Вам было бы куда проще, если бы вы позвали кого-то, чья специализация - химия металлов и сплавы. Джейк даже усмехнулся, хотя на его лице не появилось и следа улыбки: - Мари, - сказал он, по-быстрому посмотрев на то, как капли раскалённого титана смешиваются с палладием, - иногда мне кажется, что ты забываешь, кто я. Я не работаю в команде принципиально, и ты знаешь это так же, как и я сам. - Ваша позиция понятна, хозяин, - ответила Мари, - но в то же время я не вижу смысла в том, чтобы вы сейчас выполняли ненужную работу, тратя время зря. Будь рядом специалист, ваша работа пошла бы в разы быстрее. Джейк, поморщившись, покачал головой - так, словно бы он увидел нечто мерзкое, вызывающее неприятие у него. Снова опустив взгляд на куб, в котором два раскалённых металла уже начинали медленно сливаться в один, он медленным отвлечённым тоном ответил своей помощнице: - Скорость - это, конечно, неплохо, но мне ещё нужно и качество. И я уверен, что сделать всё так, как именно мне и нужно, смогу только я сам - и никто больше. Отвлёкшись от своей же речи, чтобы выключить уже начавший перегреваться лазер, Джейк решил, что всё же работать без футболки ему не стоит. Встав с гравикресла, он пошёл в коридор, к шкафу, чтобы достать из него футболку, которая за всё то время, что Джейк провёл с металлами, уже явно успела высохнуть. Но, уже открывая прочную металлическую дверцу, выкрашенную под дерево, и доставая оттуда свою футболку, Джейк всё-таки добавил про себя: "Однако, боюсь, что скоро мне всё же надо будет поговорить с другими специалистами." Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
крыска Опубликовано 2 июля, 2012 Поделиться Опубликовано 2 июля, 2012 Taneli ух ты какая большая штука!!!!!буду читать и по мере чтения комментировать Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 2 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 2 июля, 2012 Ты чего, это ещё не всё х))) ну вот как бы ещё, что успел подправить (медленно двигается, благо сегодня я просто не в состоянии - вы не карабкались, как человек-паук, на здание 25 метров высотой!11). Глава девятая, в которой мы поглядим на судьбу членов семьи Ребекки. День медленно сменялся ночью, но даже несмотря на это дождь администрация Города явно убирать не собиралась. Тучи над Городом становились всё гуще и тяжелее, тяжёлые капли продолжали стучать по металлической поверхности домов и стекать с них вниз, образовывая под домами уже довольно широкие лужи, разрыхляя и увлажняя землю. В этот день почти никто не рискнул выходить наружу, улицы начали казаться странно опустевшими - будто бы люди покинули Город в одночасье. Шпили зданий администрации за весь день так и не развернули голографические добрые слова перед домами, да и сам Город сейчас, во тьме, когда он не освещался тысячами огней, вовсе не казался этакой ожившей мечтой, пусть и виртуальной. Меньше чем за сутки Мэр и его помощники сумели из самого Города сделать словно бы его внешний антипод. Но Джейка, весь день пытавшегося создать своими руками зеркальный ультратитан, все внешние изменения Города, произошедшие в честь траура о человеке, о существовании которого он даже и не подозревал до сегодняшнего дня, волновали мало. Много часов подряд он не отходил от штатива и нагревателя - в придачу к смеси палладия и титана потом добавилась ещё и ультрасталь - для придания дополнительной прочности, - затем серебро для зеркальных свойств и немного меди для снижения перегрева. Но вот, наконец, изобретатель несколько усталым взглядом посмотрел на раскалённую докрасна смесь металлов в кубе перед ним, отёр тыльной стороной руки пот со лба, снял уже давно выключенный левитатор со штатива, аккуратно положил лазер рядом со всеми инструментами, затем, чтобы в следующий раз его уж точно не потерять. Затем Джейк снова включил левитатор, взял его в руку и осторожно слегка поднял один край куба над столом - так, чтобы иметь возможность ухватиться за днище и вытащить его. Продолжая держать одной рукой левитатор, - чтобы куб со сплавом не опрокинулся - Джейк быстрым отточенным движением выключил нагреватель, снял его и вернул днище на прежнее место. В последний раз взглянув на то, что вышло, и не без доли этакого мрачного превосходства заметив, что всё же и со сплавами он может работать самостоятельно, Джейк посмотрел куда-то вперёд: - На сегодня хватит. Мари, счисти старое покрытие и покрой пока этим сплавом мои стабилизаторы. Думаю, сотой нанометра на каждый хватит вполне. Сказав это, Джейк подошёл к противоположной стене и поднял руку, активируя какой-то сенсор. Моментально перегородка раскололась на четыре остроугольных сегмента которые в тот же миг принялись убираться внутрь пола, потолка и стен. А прямо за этой перегородкой был довольно широкий полукруглой формы, как и основная часть любых комнат в домах Города, балкон, на котором было лишь одно не самое новое на вид гравикресло, на сидении которого, уже довольно измятая и вытертая, лежала подушка. Вальяжной походкой Джейк подошёл к этому самому креслу, осторожно сел в него и посмотрел в окно. Звукоизолирующее стекло, которое Джейк в своё время сам же и доработал, несколько улучшив его характеристики, сейчас было сплошь покрыто широкими расплывшимися водяными каплями и дорожками от них же, за которыми ничего не было видно, кроме мрачной серой пелены с какими-то расплывчатыми тенями вдалеке. Несколько поколебавшись, Джейк всё же снова обратился к своей автоматический помощнице: - Очисти стекло от воды. Полоска еле видимого света, пробежавшая по стеклу по вертикали, лёгкий шелест, скрип чего-то гладкого и упругого по стеклу, - и вот уже капель дождя на нём как ни бывало. Но, однако, не успел Джейк порадоваться, что хоть теперь-то в окно всё видно, как на стекло снова упали капли воды - дождь даже и не собирался прекращаться. - Счищай воду каждые десять минут, пока я не уйду, хорошо? - спросил Джейк у Мари и с удобством откинулся в кресле. Гибкая спинка его тут же послушно отклонилась чуть назад. А Джейк тем временем закинул ногу на ногу и, смотря то в окно, то в комнату, где всё ещё лежали два прототипа телепорта, работа с которыми продвигалась именно в том темпе, какой и хотел Джейк, а Мари, управляющая сейчас вторым, более изящным манипулятором, послушно покрывала уже очищенные от старого сплава стабилизаторы тончайшим слоем ультратитана. Эта работа не требовала прицельной точности и даже чего-то вроде изящества, а была лишь грубой технической рутиной по мнению Джейка, и именно поэтому он поручил её именно своей искусственной помощнице. Изобретатель мечтательно поглядел в окно, за которым из-за воды уже опять не стало видно абсолютно ничего, и начал пытаться собрать свои мысли в порядок. Работа над телепортом уже не приносила ему той былой радости и восторга, с которым он взялся за неё в начале - сейчас всё это выродилось в так противную ему рутину, чем в что-то, больше напоминающее настоящее творчество, требующее полной отдачи себе и незаурядного ума, коим Джейк всегда мог похвастаться. И сейчас у него появился даже дополнительный стимул на то, чтобы поскорее довести до ума телепорт и сдать его в эксплуатацию - уже в самом ближайшем будущем изобретатель хотел бы попытаться понять, как именно возможно избежать смерти... если возможно вообще. - Когда закончишь с ультратитаном, возьми листы с первого по двадцатый и данные о нейротранслирующих сетях Портала. Все данные с них запиши в виде таблицы, по возможности постарайся найти, где именно возникает противоречие, - отдал ещё один приказ своей помощнице Джейк не без доли усталости. Чувствуя себя так, словно его работа на сегодня выполнена, изобретатель снова уставился в покрытое дождевыми каплями окно, подпёр кулаком подбородок и прикрыл глаза. Мысли его снова были направлены лишь на одно - проблему бессмертия. "Если я буду рассуждать чисто с точки зрения логики, - начал размышлять Джейк, нервно смотря то в одну сторону, то в другую, - то, пожалуй, стоит задать сам вопрос: а от чего мы, собственно, говоря, умираем? От того, что наше физическое тело просто дряхлеет, и рано или поздно, подобно любому механизму, - неважно, обслуживают его или нет, - изнашивается. И мы можем лишь отсрочить момент окончательного, так сказать, износа, но не более того. И отсюда я вижу только один выход - необходимо каким-то образом стать независимыми от своего физического тела или части его естественных аспектов. По сути, его и наше воплощение тут, в Городе, связывает какое-то подобие прочной нити, а как именно это работает, мне, возможно, удастся узнать, когда я полностью изучу те денные, что списал с Портала. Но это лишь теория, а возможно ли что-то подобное на практике или нет? И как именно этого добиться?" Почти весь остаток вечера Джейк пытался найти ответ на свой вопрос в каких угодно закоулках своей памяти - начиная от сухих научных фактов и утверждений и заканчивая даже научной фантастикой. Но всякий раз это было что-то не то, что-то, имеющее мало общего с реальностью. И, возможно, именно потому много позже, уже закрывая балкон и отправляясь спать, Джейк решил не терзать себя понапрасну и даже наоборот - попытаться забыть об этой проблеме. Ведь с ним довольно часто случалось так, что решение любых задач, даже самых сложных, приходило как-то спонтанно, так, что даже сам изобретатель удивлялся, как он не додумался раньше. И, уже ложась спать, он не сомневался, что рано или поздно найдёт ответ. Сейчас же ему оставалось только попытаться выкинуть эту проблему из головы, как бы странно и тяжело это на первый взгляд ни казалось. Реальность воспринималась как-то странно - так, словно бы весь мир находился за этаким силовым полем - невидимым, но вполне осязаемым. Все звуки словно бы стали глуше, эмоции притупились, а на все события словно бы смотришь со стороны, на крайний случай из объектива камеры, но никак не своими глазами. С того жуткого момента, когда умерла Ребекка, прошло три дня, и сегодня состоялись похороны девушки. За всё это короткое время брат Ребекки словно бы стал старше, три дня прошли для него как три тяжёлых изнуряющих года. Теперь мальчик отчётливо понимал, что стал по сути сиротой при живот отце: некогда решительного и строгого мистера Салливана словно бы подменили. Растение - только так теперь можно было назвать этого человека, который без помощи собственного сына теперь не мог ни сам поесть, ни одеться, ни даже ходить. Его речь сейчас превратилось в какой-то бессмысленный набор еле слышимых звуков, которые и то выходили крайне редко, целыми днями он лишь лежал на диване, как тряпичная кукла, и придать ему какую-то другую позу было довольно непросто. А за день до похорон брат Ребекки, посмотрев на своего отца, с ужасом обнаружил, что седых волос на его голове всего-то за одну ночь стало значительно больше, чем было. Сейчас, сидя на кушетке и стараясь не смотреть на отца, который опять лежал, уставившись пустыми глазами в потолок, брат Ребекки вспоминал похороны, с которых он с отцом вернулся домой буквально час назад. Всё происходило как-то суматошно, излишне быстро по его мнению, как-то не так, как должно было бы быть. С утра к ним в бункер пришёл помощник искусственных интеллектов - человек, представившийся как Энтони, и заявивший, что его прислали помочь с похоронами. Выйдя за дверь бункера вместе со своим отцом, брат Ребекки увидел, что прямо напротив двери стоит старой модели высокая каталка на ржавых колёсиках. А на ней лежал гроб с телом его сестры - наглухо закрытый, металлический, но совсем не блестящий. Всю дорогу до подземного кладбища Энтони толкал каталку вперёд сам, не произнося ни слова, он же сам всё так же безмолвно уже на кладбище опустил гроб в могилу и коротким кивком велел роботу-могильщику зарывать. А после - незамедлительно мягким, но уверенным голосом сказал сопровождавшему его мальчику усадить отца на одной из кладбищенских скамеек, а как только тут вернулся - сразу же начал разговор, который брату Ребекки почему-то очень чётко запал в память, несмотря на то, что все остальные события он помнил лишь обрывочно. - Мистер Джерри Салливан, - учтивым тоном начал Энтони, склонив голову. - Я хотел бы ещё раз выразить вам искренние соболезнования в связи со смертью вашей сестры. Потрясены мы, потрясён весь Город, ведь раньше у них такого просто не было никогда. Если вам нужна будет помощь - только обратитесь, я сделаю всё для вас и вашего отца. Джерри с трудом пересилил себя и посмотрел в глаза Энтони. Взрослый мир настиг его неожиданно и резко, словно бы ударил со спины, и сейчас мальчик даже не понимал, где искренность, а где лишь маска. Но тогда, глядя в глаза Энтони, в которых можно было прочесть всё что угодно, только не сочувствие, он почувствовал острую неприязнь к этому человеку. Энтони не сочувствовал по-настоящему - он лишь делал то, что ему велело его начальство, или же просто следуя каким-то правилам этикета, в такой момент смотрящимися совсем не к месту и даже наигранно. Неужели и этот Город, о котором Джерри знал мало что из-за отца, невзлюбившего по какой-то причине Город изначально, населяют такие же, как Энтони, бесчувственные люди, по сути, живые машины? И, подумав об этом, Джерри сказал далеко не то, что хотел: - Кто это сделал? Энтони удивлённо вскинул брови: - Что именно? - Кто... кто отключил ту штуку, принимающую в Городе людей? - спросил он, глядя на Энтони с невыразимой болью в глазах. Тот сначала нахмурился, а потом попытался улыбнуться, пусть и улыбка у него вышла вымученная: - Вы задаёте мне такой же вопрос, как и ваш отец, - с некоторой долей смеха голосе начал было Энтони, но потом, сообразив, что весёлость в общении с потерявшим сестру подростком всё же неуместна, снова перешёл на серьёзный тон, - но я в самом деле не знаю этого. Мэр Города сказал, что им нужно было это отключение для того, чтобы провести какие-то опыты. Больше я ничего не знаю. Джерри снова было посмотрел на него с мольбой, но Энтони лишь пожал плечами. Похоже, он в самом деле не знал, кто виновен в гибели Ребекки, либо же умел хорошо притворяться и изворачиваться. Только непонятно, кого или что он таким образом пытался прикрыть. "Опыты, - подумал сейчас Джерри, прекратив терзать самого себя мучительными расспросами. - Ради чего и каких именно? Неужели они не могли провести их куда более безопасно?" О том, что его сестру предупреждали об опасности, мальчик просто забыл - он, как не видевший настоящей жизни во всей её жестокости ребёнок, считал, что к каждому человеку, как к личности, нужно искать свой подход. О том, что он раньше сам ненавидел капризы Ребекки и никогда не исполнял их, он даже забыл - сестра после смерти начала казаться ему едва ли не самым добрым, чутким и прекрасным человеком из всех, кто когда-либо жил в этом мире. И вдруг неожиданно в голову ему пришла мысль, холодная и беспощадная - а что если этот неведомый опыт как раз и заключался в том, чтобы вызвать у людей горе, понять, что именно они переживают, потеряв своих близких, и на основе этого как-то ещё улучшить свой Город? Что если именно поэтому Энтони так упорно твердит, что не знает ничего, но в то же время не оставляет семью Салливанов в покое? Эта глупая и даже отчасти по-детски наивная идея вызвала у юного Джерри самый настоящий шок. По-быстрому взглянув на своего отца, - долго он всё равно этого зрелища вынести не мог, - Джерри решил, что лучше бы ему с отцом зажить вдали от других, в спокойствии и относительном счастье - насколько такую жизнь вообще можно было бы назвать счастливой. Подросток не знал, как он это сделает, но он чётко решил, что те, кто так или иначе связан с Городом, больше никогда не войдут в их с отцом бункер. - Отправляй! - резко крикнул Джейк, своим голосом перекрывая довольно громкий треск от расщепителя. "Сегодня вечером работаю с глушителем, надо будет немного повысить его мощность", - подумал Джейк, глядя на то, как очередное яблоко, сорванное им недалеко от дома, исчезает в вихре голубого света. Новые модификации расщепителя и стабилизаторов были несколько большими для почти плоских металлических панелей телепорта, и потому пока что стояли снаружи. Джейк чётко решил, что переделкой корпуса займётся лишь на завершающем этапе конструирования, а потому пока что телепорт был вынужден работать только так. А проблему же взаимодействия с нейротранслирующими сетями Джейк пока что решил с грубым изяществом - создал обоим телепортам свою внутреннюю изолированную сеть транслирующих частицы каналов, наподобие той, что была у стереофонов, только настроенной на отправление материальных объектов. Сеть эта потребляла огромное с точки зрения Джейка количество энергии, захватывая и переправляя крупные объекты без риска искажения пространства была уж слишком плотной, что могло даже навредить, когда телепорты будут производиться массово, но пока что изобретатель работать с ней не собирался. Для нормального тестирования прототипов ему вполне хватало и этого. Дождь-знак траура закончился так же внезапно и быстро, как и начался, и сейчас воздух в Городе снова стал сияющим, на небе не было ни облачка, а люди снова вышли из своих домов на прогулки. Но вся эта суета нисколько не повлияла на Джейка, который все последние дни продолжал работать - создавал новые переходники и адаптеры, подключал их, проверял на электропроводность, нагрев и рассеивание. И вот сейчас ему предстояло увидеть, возымел ли его труд хоть какое-то воздействие. Принимающий телепорт затрясся - дико, даже сильнее, чем раньше, а его гул тоже стал громче. "Лепестки" стабилизаторов моментально затрепетали, словно бы от сильного ветра, так что гул сопровождался ещё и довольно громкими сухими хлопками, чем-то напоминающий звук от многочисленных трещоток. Принимающая поверхность ярко засияла, свет собрался в самом центре телепорта, а затем начал принимать форму переправляемого Джейком яблока. И как только этот самый свет рассеялся, Джейк моментально кинулся к яблоку и с облегчением выдохнул, взглянув на него. Красная кожура яблока, абсолютно целая до телепортации, сейчас выглядела так, словно бы в нескольких местах кто-то пытался снять её тонкой иглой, но потерпел неудачу, сняв её подчистую лишь местами. - Отлично,- скупо похвалил он сам себя. - Мари, скажи долю погрешности при отправке людей. - Конечно, она стала меньше, - начала с приятного та, - но всё же она по-прежнему остаётся большой. Думаю, мало кому из людей захочется остаться без кожи на какой-нибудь из частей тела или же без половины любого своего органа. - С чем проблемы? - моментально нахмурился Джейк. Если расщепитель, то... - Вы зря нервничаете, хозяин. Со стороны расщепителя проблем нет, всё работает на максимуме своих возможностей. Дело в ускорителе частиц: он не рассчитан всё ещё на захват столь мелких, и вакуумный туннель, образуемый им, всё ещё недостаточно плотный и имеет низкую для частиц скорость. От хорошего настроения Джейка не осталось и следа. Подавив навязчивое желание легонько пнуть телепорт, он наклонился, взял яблоко и моментально откусил от него кусок. - Не расстраивайтесь, хозяин, - поспешно добавила Мари. - Ваша работа продвигается просто блестяще, ни один человек не смог бы работать с такой продуктивностью, как вы в последние недели. Думаю, вы заслужили свой отдых. - Отдых? - встревоженно спросил Джейк. - О чём ты говоришь? Тут же прямо перед его глазами возникла голограмма картинки, сверху которой большими витиеватыми буквами было написано только одно слово: "Приглашение". - Что это? - спросил Джейк, недоуменно морщась. - Один из ваших коллег решил сегодня вечером собрать всех, кто так или иначе принимал участие в разработке Города. Начало встречи - в девятнадцать часов ноль минут в ресторане, расположенном в нижнем здании администрации. "Не пойду я никуда, надо работать!" - хотел было решительным тоном отказаться от похода по всяким ресторанам Джейк, но тут неожиданно насторожился. Над Городом работали лучшие учёные самых разных профессий, и многие из них уважали Джейка за его незаурядный ум, талант и иногда довольно необычный подход к простым, казалось бы, вещам. А что если это и есть своего рода решение его проблемы? - Скажи им, что я пойду, - сказал Джейк, лёгким взмахом руки отгоняя голограмму с приглашением в сторону. - И положи расщепитель ко мне на стол. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 2 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 2 июля, 2012 Глава десятая, в которой мы побываем на встрече старых друзей. Полдень очередного трудного для Джейка дня медленно перетекал в вечер. Но самого изобретателя быстротечность времени явно не волновала - он так же продолжал работать, не обращая внимания ни на что. Джейк явно успел даже забыть про то, что на этот вечер ему назначена встреча. А если и помнил, то явно об этом особо не волновался. Куда больше, казалось, этот факт беспокоил его помощницу, Мари. Понимая, что если Джейк прямо сейчас не оторвётся от работы, то он просто-напросто опоздает на встречу к своим коллегам, она осторожным, но вежливым тоном решила ему напомнить об этом: - Хозяин, вы сказали своим коллегам, что придёте. Если вы не хотите опоздать, вы должны выйти из дома уже через полчаса. Но Джейк в ответ только нетерпеливо махнул рукой - так, словно бы отмахивался от какого-то назойливого насекомого и поднял левитатором какой-то очередной тонкий проводок над столом: - Я не опоздаю. - Но вы совершенно не готовы к встрече! - гнула свою линию Мари. Услышав это, Джейк недовольно сморщился, выключил левитатор и отвернулся от стола: - А как я по-твоему должен готовиться? Речь мне там толкать не надо, изобретения предоставлять - тоже. А за тридцать минут я до нижнего здания администрации успею дойти не раз и не два, так что успокойся. Выдав сию тираду, Джейк снова включил левитатор и принялся осторожно, всё тем же лазером, снимать с провода обмотку, стараясь не задеть саму его жилу. А где-то над ухом всё равно продолжал звучать голос Мари, явно решившей в этот момент проявить твёрдость: - Хозяин, вы же собираетесь в ресторан, который является общественным местом. По правилам этикета там вы должны выглядеть подобающим образом. Вам стоило бы пойти туда, хотя бы надев костюм и приведя свои волосы в порядок. Джейк еле слышно усмехнулся и принялся одной рукой снимать ненужную обмотку с жилы, всё так же придерживая её левитатором на всякий случай: - Хотел бы я знать, что не так с моими волосами. Дай-ка зеркало. Сказав это, Джейк положил оголённый провод на стол, кинул обмотку в аннигилятор и повернулся на своём гравикресле назад, где манипулятор уже держал небольшое прямоугольной формы зеркало. Посмотрев на своё отражение, Джейк моментально понял, о чём говорила ему Мари, и почему она так переживала за то, в каком состоянии он предстанет перед глазами своих коллег. Долгие ночи в полусонном состоянии уже оставили свой отпечаток на лице изобретателя. Его зелёные глаза налились кровью и слезились, под ними уже были весьма чётко видны синяки, а нижнее правое веко даже слегка дёргалось. Трёхдневная щетина покрывала всё его лицо, а волосы, которые он завязывал в хвост всегда, сейчас почти полностью выбились из-под клипсы и свисали с его головы не самыми чистыми прядями, придавая Джейку ещё более запущенный вид. Кроме того, далеко не самая новая футболка и широкие штаны вкупе со старыми кроссовками с уже, кажется, въевшейся в них пылью, были явно не лучшей одеждой для похода в ресторан. "Хорош, нечего сказать", - подумал Джейк, удивляясь тому, как быстро человек может себя запустить. Но вслух он сказал несколько иное: - Пожалуй ты права. Пойду приведу себя в порядок, а ты пока найди мой костюм. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая всё в красно-оранжевые тона, но жители Города явно расходиться по домам не собирались. Наоборот, на смену весёлым людям, болтающим в парках, пришли красиво одетые женщины в длинных диковинных расцветок и даже форм платьях и сопровождающие их мужчины в строгих дорогих на вид костюмах - любители ночной жизни Города. И если днём все предпочитали собираться в скверах и парках, а центральная площадь пустовала, то сейчас всё было с точностью до наоборот - все спешили именно в центр Города - погулять, посидеть у красивых фонтанов, водой вырисовывающих самые разные цветные фигуры, или же посетить самые разные увеселительные заведения Города, расположенные прямо в зданиях администрации, шпили которой сейчас сверкали мириадами разноцветных огней, красиво отсвечивающих от кристальной поверхности зданий. Глядя на всё это, Джейк даже чувствовал себя немного не в своей тарелке. Всё отчасти больше смущало его, - и эти постоянно куда-то спешащие люди, как ему казалось, смотрящие только на него, и автобусы, к вечеру ставшие ходить куда чаще, и музыка, доносившаяся из многочисленных баров и ресторанов. Кроме того, строгий деловой костюм чёрного цвета, который Джейк надевал только на торжественные мероприятия, вроде тех же презентаций его новых изобретений администрации Города, которые он и так никогда не особо любил, словно бы сковывал его по рукам и ногам. И сейчас, направляясь к нижнему зданию администрации, в которое сейчас входили всё те же красиво одетые люди, Джейк несколько неожиданно для себя самого осознал, что сейчас, в этот самый момент, его больше всего волнует мнение о нём людей со стороны, которые, как казалось ему, смотрят только в его сторону. "Только бы тут лифт был получше, чем у Мэра!" - подумал Джейк, уже входя в здание и стоя в очереди к лифтам. Людей было так много, что он не мог разглядеть за ними лифтовых платформ. Но тут неожиданно один стоявший чуть сбоку от него мужчина повернулся в его сторону, нахмурился, несколько раз сосредоточенно моргнул, будто что-то припоминая, а затем - подошёл к Джейку и в знак приветствия протянул ему руку: - Добрый вечер. - Вам того же, - удивлённо ответил Джейк, пожимая руку незнакомцу и всеми силами стараясь вспомнить, кто же был этот немолодой, но довольно высокий мужчина с залысинами, аккуратной бородкой и одетый сейчас в строгий серый костюм с несколько не сочетающимся с ним тёмно-синим галстуком. Но не успел Джейк попытаться выудить из глубин своей памяти хоть один образ, как незнакомец тут же облегчил ему задачу: - Не узнали меня? Меня зовут Стивен Мейсон, я возглавлял отдел нейропсихологии. А вы, насколько я помню, Джейкоб Соммерс, наш первый житель виртуального пространства? "Точно же!" - с некоторым облегчением подумал Джейк. Хотя уже почти сразу же это чувство сменилось несколько другим - непониманием. Он смог вспомнить Стивена, но цепкая память Джейка сохранила его образ совершенно другим. Джейк помнил его как полноватого, незначительно выше его самого ростом, абсолютно лысого мужчину не с самым приятным голосом. Но не успел изобретатель удивиться такой метаморфозе или хотя бы даже заподозрить неладное, как тут же понял, из-за чего такое могло произойти. В Городе, как в мире фантомном, виртуальном, где всё подчинялось только его создателям и руководителям, изменить себе внешность мог каждый. Другое дело, что некоторым, как Джейку, было просто неохота продумывать свой собственный новый образ. Только вот этот Стивен, в отличие от изобретателя, перейдя в виртуальность, явно решил стать внешне несколько другим человеком. - Не Джейкоб, а просто Джейк, - поправил его изобретатель. - Лучше так и обращайтесь. Стивен поначалу даже несколько удивился таким сухим ответам, но затем он вспомнил, что Джейк особой разговорчивостью никогда не отличался, а сейчас, в Городе, так и вовсе лишь выполнял свою работу, полностью отдавая себя ей. Довольно необычная - что из-за той истории, благодаря которой он попал в Город, что из-за своего нынешнего поведения личность, Джейк никогда ни к кому не обращался на ты, не заводил друзей, никогда ни у кого даже не просил помощи, а после того, как он наконец-то в Город, и вовсе оборвал всё общение с теми, с кем когда-то работал. Было даже отчасти странно, что изобретатель вообще пришёл на эту встречу. Но дальше вспоминать о делах прошлого Стивен не стал, поскольку одна из лифтовых панелей освободилась. - Я был на вашей последней презентации, той, где вы показывали новую станцию контроля и управления погодой, - решил начать разговор хоть с чего-то Стивен, уже вставая вместе с Джейком на панель лифта. - Скажу без преувеличения, что я был поражён. Эта работа отняла у вас много времени? Джейк открыл было рот, чтобы ответить, но тут лифт с невероятной скоростью рванул вверх - точно так же, как и тот, что был в центральном здании Мэрии. Еле удержавшись на ногах и даже отступив немного назад, чтобы не упасть, изобретатель довольно раздражённо посмотрел на Стивена. - Да кто эти лифты конструировал? - недовольно пробубнил он себе под нос, а затем продолжил уже нормальным тоном. - Ровно семь месяцев, если интересно. Стивен легко улыбнулся: - А вот я уже привык к этим лифтам. Да, поначалу кажется, что они поднимаются немного резковато, но чем чаще ими пользуешься - тем быстрее к ним привыкаешь. Джейк предпочёл оставить эту реплику без ответа, продолжая смотреть перед собой вперёд сосредоточенным взглядом, словно бы что-то обдумывая. Тогда Стивен предпринял ещё одну попытку разговорить изобретателя: - Опять обдумываете свой очередной проект, да? - спросил Стивен, не подозревая, что он был одновременно прав и не прав. Джейк сейчас обдумывал не столь проект, сколь то, как бы подступиться к своему будущему изобретению, хотя он даже и не понимал, как это будет выглядеть. Пока что в его сознании абсолютный перенос сознания в виртуальность представлялся только вкупе с необходимостью временного возврата в реальный мир, а это, как Джейк прекрасно знал, пока что возможным не являлось. Но, не желая распространяться об этом малознакомому всё же для него человеку, он ответил несколько уклончиво: - Можно и так сказать. Стивен легко улыбнулся: - И когда же ждать вашей следующей... Ох! - громко сказал он, когда лифт внезапно остановился, и нейропсихолог чуть было не растянулся прямо на металлической панели. "Быстро привыкаешь, как же!" - не без доли злорадства подумал Джейк. Однако, решив, что выражать в открытую такие эмоции ему сейчас всё же не стоит, он сделал вид, что не обратил на это внимание и быстрым шагом сошёл с панели лифта прямо в главный зал одного из ресторанов Города. Если бы Город существовал в реальности, то наверняка этот ресторан был бы одним из тех, куда беднякам попасть было бы просто невозможно. На его полу лежал мягкий идеально чистый ковёр, на котором помимо столов стояли кадки с живыми диковинными растениями. В воздухе под потолком парила кажущаяся даже излишне роскошной золотистая люстра с подвесками, светившая мягким жёлтым светом. У стены стоял рояль, а девушка-голограмма, сидевшая за ним, играла какую-то тихую ненавязчивую мелодию. За широким окном открывался вид на вечерний Город, освещённый тысячами огней, а сидевшие за столами люди вполголоса, чтобы не мешать никому, вели непринуждённые разговоры на самые разные темы. Но так как в Городе не существовало деления на бедных и богатых, то сейчас огромный зал этого ресторана был забит почти полностью. Бегло оглядев его, Джейк не смог найти ни одного свободного места. - Мистер Браун говорил, что займёт места у окна, - быстро, но как-то отвлечёно сказал Стивен, озираясь по сторонам. - Но почему-то... А! Вон они где! - неожиданно радостно воскликнул он и указал Джейку на один из самых дальних столов, от которого к ним уже быстрым шагом шёл ещё один учёный. Джейк внимательно пригляделся к нему, и впервые за этот вечер ему словно бы дышать стало легче, даже несмотря на то, что особо тёплых чувств он к нему никогда не питал. Этого человека он успел запомнить довольно хорошо. Гэри Браун, такой же физик, как и Джейк сейчас, только теоретик, был словно противоположностью в плане характера своему хмурому необщительному напарнику. Гэри был чуть повыше ростом, чем Джейк, с почти чёрными короткими волосами, всегда зачёсанными назад, живыми карими глазами и смуглой кожей. В этот вечер он оделся в несколько старомодный, но такой же строгий, как и у всех, костюм, белую рубашку и несколько странного вида ботинки, довольно сильно напоминающие кроссовки. - Здравствуйте, мистер Мейсон, - улыбаясь, подскочил он к нейропсихологу и быстро пожал ему руку. - И рад тебя видеть, Джейк. Честно говоря, не думал, что ты придёшь. "Я и не собирался", - хотел было ответить Джейк своему старому знакомому, но всё же смог совладать с собой. Нахождение в толпе действовало на него угнетающе, изобретатель всё ещё чувствовал себя неуютно, но Гэри явно не заметил этого. Сердечно похлопав Джейка по плечу, он указал ему на стол, находившийся у правого края окна, приглашая своего старого знакомого пройти к ним. - Что-то о тебе ни слуху ни духу в последнее время, - начал он беспечным тоном. - По стереофону не отвечаешь, в мэрии я тебя никогда не видел... Чем хоть занимаешься-то сейчас? - По стереофону с недавних пор со мной может связаться только Мэр, - деланно спокойным тоном ответил Джейк. - А занимаюсь я всё тем же, чем и раньше, - изобретаю новое и улучшаю существующее. Джейк прибавил шагу, желая поскорее занять своё место за столом и просто помолчать хотя бы минут десять. Но от Гэри, твёрдо решившего выяснить всё о новой жизни того, с кем когда-то вместе работал, отделаться было не так-то просто. Неотступно следуя за Джейком, он продолжил разговор. - Понятно. Знаешь, мне до сих пор в диковинку осознавать то, что мы теперь с тобой, вроде как, в одной лодке. Честно, никогда не думал, что у тебя может быть такой талант. И я даже порой чувствую себя гордым за это... Услышав это, Джейк даже на миг застыл на месте как вкопанный. В глазах у изобретателя потемнело, но он всё же смог совладать с собой. Сами того не зная, И Гэри, и этот Стивен надавили ему на больное - напомнили Джейку, кем именно он был в реальном мире и что за дорога привела его в Город. Все те годы, что он жил в Городе, Джейк старался забыть об этом, просто вычеркнуть из памяти как дурной сон, длившийся больше чем двадцать лет. И ему почти удалось это. Всё это время он боялся, что кто-то, кроме Мэра, сможет узнать, кем он был раньше, - и это, возможно, поставит крест на всей его карьере как изобретателя. Создавая собственный новый образ, Джейк хотел, чтобы от старого не осталось даже праха воспоминаний. И больше того - он надеялся, что вместе с ним об этом забудут и те, кому пришлось когда-то работать с ним, как со своей подопытной мышкой... Как выяснилось, надеялся зря. - ...А я тоже на досуге кое-что попытался изобрести, - продолжал Гэри, не подозревая о мыслях своего собеседника. - Все лифты в Мэрии, - с этими словами он махнул рукой в сторону того места, где ещё не так давно была металлическая панель, - это моя работа. И как они тебе? - Я бы поставил амортизаторы посильнее, - как можно более вежливо ответил Джейк, не желая оскорблять Гэри, но и в то же время желая поскорее закончить бессмысленный разговор. - Каждый раз, когда лифт приходит в движение, приходится прилагать усилия, чтобы удержаться на ногах. Сказав это, Джейк отточенным движением заставил висевшее у стола гравикресло повернуться к нему, быстро сел и придвинулся к столу поближе, по-быстрому оглядев тех, кто пришёл раньше и сейчас внимательно смотрел на тех, кто успел прийти раньше. Вот какой-то ещё учёный, кого Джейк тоже не смог вспомнить, о чём-то вполголоса беседует с сидевшим рядом с ним светловолосым мужчиной, другой учёный весело смеётся вместе с программистами - насколько Джейк мог вспомнить, их звали Джордж и Оливер. А в противоположном углу стола, совершенно молодой ещё на вид парнишка в прошлом, кажется, работавший в отделе органический химии, худой и растрёпанный, сидит, уставившись жалостливым взглядом в собственную полупустую тарелку. - И тогда я понял, что надо... - с упоением продолжил тот, что беседовал вполголоса, но тут на секунду отвлёкся, заметив вновь прибывших. - О! Здравствуйте, мистер Соммерс! Я что-то вообще не видел вас после вашей последней презентации. Джейк тяжело вздохнул, понимая, что этот вечер, однозначно, станет одним из худших в его жизни. А тем временем все остальные, даже тот самый молодой парень-тихоня, явно привлечённые излишне восторженным голосом, обернулись в сторону Джейка и начали смотреть на него с нескрываемым любопытством. А сам Джейк, который и так терпеть не мог, когда на него смотрел хоть кто-то, сейчас и вовсе был готов что угодно отдать, только бы провалиться сквозь пол ресторана или просто исчезнуть. Всеми силами сдерживая навязчивое желание извиниться, сказать, что ему срочно надо домой, и просто уйти из этого ресторана домой и продолжить там работу, изобретатель спокойно сказал: - Добрый вечер всем. Рад всех увидеть снова, и прошу прощения, что не отвечал на ваши звонки или письма. Много работы. - Прекрасно понимаю вас! - заявил ему густым басом Оливер, чуть отодвигая от себя тарелку. - А вот мы тоже... - Вы не возражаете, если я сюда сяду? - раздался сбоку тихий голос. Джейк поднял глаза, в которых уже явно читалось раздражение, наверх, мысленно спросил у Стивена, почему он не выбрал любое из других пустующих мест, - да хотя бы из тех двух, что рядом с тем самым парнем с полупустой тарелкой! - но всё же ответил: - Не возражаю. Садясь, Стивен довольно потёр руки и тут же махнул рукой чуть в сторону, заставив голографическое меню появиться у себя над головой. Сосредоточенно прищурившись, он стал изучать его, попутно рассуждая вслух: - Так, я, пожалуй, буду вино и их новый десерт к нему... Вы ведь слышали о трагедии, Джейк? - Той, что была у Портала, когда девице разорвало сознание? - задал свой вопрос Джейк. - Если да, то конечно. С каждой секундой ему нравилось здесь всё меньше и меньше. Противная ему излишне напыщенная обстановка. Обилие людей, которое его раздражало всю жизнь. И самое главное - эти вопросы, которые становились всё более скользкими. Сейчас даже сохранять спокойное выражение лица Джейку удавалось с огромным трудом. Человек, с которого снимают кожу, - именно таким он видел себя сейчас. Сначала упоминания его прошлого, теперь и эта девушка. Ведь в глубине души Джейк сам понимал, что его вина в её смерти отчасти тоже есть, и сейчас Стивен по сути надавил ему на больное ещё раз, пусть и сам того не желая. - Жуткая история, - поморщился нейропсихолог. - Я слышал ещё от Мэра, что эта девушка росла без матери, а её отец до сих пор не может отойти от шока. Бедный, бедный ребёнок, как вообще такое случиться могло? "Прекратите!" - больше всего на свете хотел крикнуть Джейк ему в лицо, а затем - встать, развернуться и уйти отсюда. С каждым новым словом Стивена он чувствовал себя всё больше и больше виноватым, укорял себя в смерти до недавнего времени неведомой ему Ребекки Салливан, пусть и всё ещё знал, что не убивал её напрямую ни в коем разе. Убийца поневоле - именно так о себе и думал сейчас Джейк. И от этих мыслей ему стало даже немного холодно. - Хватит о грустном, Стив! - отмахнулся от него светловолосый учёный. - Давайте лучше о чём-то другом, о работе, например. Кто сейчас что делает? - Да что работа, - хмуро отозвался Джордж, - у нас там всё намного хуже, чем хотелось бы. В коде Города не так давно появился какой-то неизвестный фантом, при чём, ни о каком вторжении хакера и речи быть не может! Приборы регистрируют его как человека, но чтобы человек без физического тела, по сути, в код зашитый, - это просто быть не может. "Человек без физического тела... - медленно подумал Джейк, понимая, что возможно, сейчас нашёл зацепку, тот самый ключ, который так искал. - Интересно-интересно. Вот только как такое вообще возможно?" - И поймать его мы тоже не можем никак, - продолжал жаловаться Джордж. - По сути, он "странствует" по всему коду Города, мы его в одном месте накрываем - а он тут же появляется в другом, а мы обнаружили, что поймали пустышку! Судя по всему, в наших искусственных интеллектах произошёл какой-то сбой, вот и появилось такое. Хорошо хоть он не вредит никому, но всё же неприятно, когда программа меняется по собственному желанию, по сути. Мало ли что может случиться! Сегодня безобидный фантом, а завтра... Дальнейшее Джейк уже не стал слушать. Ему было известно достаточно. Наконец-то в его голове обрывки мыслей стали собираться если не в одну картину, то хотя бы во фрагмент её. Неожиданно для всех он наклонился вперёд и посмотрел прямо на Джорджа: - Вы можете рассчитать траекторию движения этого фантома, или же она подчинена неким случайным числам? Посмотрев на Джейка несколько удивлённо, - ведь изобретатель до этого так усиленно избегал любых попыток начать разговор, - Джордж постучал пальцами по столу: - Похоже, что она всё же больше случайная, чем постоянная. Хотя пару закономерностей мы заметили - интервалы между его перемещениями составляют где-то минуту, а появляется он исключительно в окрестностях Портала. Внешне я его ни разу не видел, но люди рассказывали, что это такое своего рода, хм, белое облако. - Спасибо, - довольно улыбнувшись, сказал Джейк. Посмотрев на него несколько удивлённо, Джордж опять повернулся к Гэри, жалуясь ему на всё того же фантома и и собственное против него бессилие. А Джейк, дождавшись, пока все остальные начнут обращать внимание на кого угодно, только не на него, осторожно дёрнул сидевшего рядом Стивена за рукав: - Да-да? - спросил нейропсихолог, поворачиваясь. - Я слышал о таком приспособлении, как когнитивный кокон, - безо всяких предисловий начал Джейк. - Оно в самом деле существует, или всё это лишь теория? Стивен несколько помедлил перед ответом, поправляя воротник своей рубашки: - И да, и нет, - наконец, заговорил он. - С помощью мистера Брауна мы пытались в самом деле создать приспособление, с помощью которого можно было бы заключать в своего рода подобие оболочки человеческое сознание, и даже изначально мы хотели поставить его в Портал - чтобы люди, проснувшись, оказывались уже у себя дома, а не проделывали путь до него самостоятельно. В теории их сознания должны были при переходе и заключаться в этот кокон, держащий их в состоянии сна, а сами коконы с сознаниями - перемещаться по сетевым каналам до домов. Но надобность в этом отпала, Мэр сказал, что Город вполне и без этого обойдётся, поскольку запросто могут найтись желающие ознакомиться с ним на пути домой, и мы так и оставили проект кокона незавершённым. А зачем он вам нужен? - Для... - начал было Джейк, но тут откуда-то со стороны лифта раздался радостный крик: - Эй! Гэри! Мы пришли, прости за опоздание!.. - Так зачем вам нужен когнитивный кокон? - уже каким-то нерешительным тоном повторил свой вопрос Стивен, поглядев на перекошенное от злобы лицо Джейка. А тот тем временем понял, что ему в самом деле пора уходить. Новые люди, да ещё и явно шумные, совершенно его не радовали. Сейчас они увидят его, Джейка, и ещё, чего доброго, начнут вспоминать старые времена, о которых изобретателю выслушивать больше не хотелось совершенно. Как и не хотелось продолжать этот вечер в кругу излишне разговорчивых личностей, особенно тогда, когда он, похоже, нашёл, что искал. - Я готов найти ему куда лучшее применение, - уклончиво сказал он. - Подойдите ко мне домой со всеми данными и прототипами по нему послезавтра. Мой дом - одиннадцатый, найти, я думаю, будет легко. По-быстрому пожав руки в знак прощания всем, даже Гэри, уже вернувшемуся вместе с опоздавшими к столу, и попутно оправдываясь, что его новый проект надо доработать в ближайшие сроки, Джейк быстрым шагом прошёл к лифту. И уже потом, стоя на круглой металлической панели, как всегда, резко ухнувшей вниз, Джейк подумал, что всё же встреча прошла не напрасно. Он догадывался, что это был за фантом, и как нужно было действовать. И технология когнитивного кокона, изначально имеющая несколько странноватое предназначение, больше похожее на исполнение чьей-то прихоти, чем на что-то полезное и нужное, должна была стать его главным помощником в работе над, наверное, самым амбициозным и сложным проектом в его жизни, с которым он уже в одиночку точно справиться был бы не в состоянии. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 2 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 2 июля, 2012 Глава одиннадцатая, где мы узнаем немного о тонкостях сознания. Едва лишь выйдя на улицу, Джейк понял, что как бы он ни хотел продолжить свою работу над телепортом сегодня и тем самым приблизить тот заветный день, когда он начнёт изобретать нечто совершенно доселе ему не свойственное, он всё равно не сможет этого сделать. Небо над Городом, ещё, казалось бы, недавно такое нежное и светлое, освещённое лучами заката, сейчас было сплошь чёрным, с россыпью ярких звёзд, которые, впрочем были почти не видны из-за ярких огней, коими освещалась вся площадь Города. Шпили зданий администрации сейчас сверкали намного ярче, чем вечером, отсвечивали от кристальных поверхностей и играли на асфальте самыми диковинными и яркими световыми рисунками. Центральный фонтан Города сейчас тоже работал в полную силу, и сейчас оттуда раздавался довольно громкий весёлый смех и разговоры. Музыку, доносившуюся из баров и ресторанов, сейчас перекрывала другая мелодия - довольно весёлая, под которую хотелось плясать, и многие пары с удовольствием танцевали прямо на площади. Все присутствующие здесь проводили эту ночь как-то по особому, желая яркой ночной жизнью разбавить такую спокойную безмятежную рутину дневного Города. Все, кроме Джейка, который быстрым шагом предпочёл с площади удалиться и за пять минут успел дошагать до своего дома. По привычке запрыгнув в полуоткрытую дверь, Джейк быстрым, но несколько неловким жестом развязал шнурки, снял ботинки, расстегнул пиджак, прошёл в свою комнату и упал прямо на как обычно неразобранную кровать. - Мари, - сказал он полусонным голосом, - сегодня я ничего не успеваю, так что пока достань из телепорта глушители и на основе тех данных, что остались с моих предыдущих разработок, постарайся создать оптимизированные модели всех компонентов, которые я улучшил. Всё же, бессонные ночи взяли своё. Никогда доселе Джейк не испытывал такого чувства - всё перед глазами расплывается, конечности словно налиты свинцом, а глаза закрываются против его, Джейка, воли. На секунду в его мыслях промелькнуло то, что костюм надо бы всё же снять, но он слишком устал, даже чтобы просто пойти и переодеться. Устраиваясь поудобнее на кровати и с наслаждением закрывая глаза, Джейк подумал: "А, может, всё же не стоило так над собой издеваться?.." Мягкий солнечный свет пробивался даже сквозь веки, давая ясно понять, что утро уже наступило, и явно не несколько минут назад. Однако, сонное ощущение так и не желало оставить Джейка - лёжа с закрытыми глазами на кровати, он чувствовал себя так, словно и не спал вовсе. Попытавшись открыть глаза и слегка пошевелив рукой, он хотел было продолжить спать дальше, но всё же перед этим решил задать своей помощнице один вопрос: - Мари, который сейчас час? - сонным голосом и несколько невнятно спросил изобретатель. - Десять часов, две минуты, пятьдесят секунд, - раздался над ухом приятный женский голос. Остатки сна слетели с Джейка в одно мгновение. Вскочив с кровати, он пару раз с несколько глуповатым видом огляделся по сторонам, а после - поняв, что проспал, и сильно, - ведь обычно он вставал не позже шести утра, - Джейк моментально сбросил с себя свой пиджак и начал расстёгивать рубашку, уже довольно сильно измятую. - Где моя одежда? - спросил он, стоя в расстёгнутой рубашке прямо посреди комнаты. - В шкафу, - незамедлительно отрапортовала Мари. Джейк по-быстрому размял свои пальцы и задал своей помощнице ещё один вопрос: - Ты сделала то, что я просил? - Разумеется, хозяин. Глушители лежат на вашем столе, теоретические наброски по поводу оптимизации структурных компонентов телепорта выполнены. Услышав это, изобретатель легко улыбнулся: - Отлично. Тогда я сейчас приду, и мы продолжим работу. Уже вешая в шкаф свой пиджак, Джейк даже несколько удивился, как странно устроен этот мир, даже виртуальный. Ещё совсем не так давно ему казалось, что это телепортация - самое сложное, с чем он работал когда-либо, а сейчас он понимал, что достаточно было чуть меньше месяца - и он уже прекрасно понимает, как сделать всё. А впереди у него маячил проект, тесно связанный с нейропсихологией, наукой, которую Джейк понять так и не смог, как бы ни пытался. Два дня за работой пролетели как мгновение. За это время Джейк успел разобрать глушители, набросать новый принцип оптимизации компонентов телепорта на основе его предыдущих изобретений и даже успел незначительно улучшить характеристики расщепителя, который, как выяснил Джейк, всё же какую-то незначительную часть вещества всё ещё дробил на молекулы. И даже в тот день, когда он сам, Джейк, велел нейропсихологу Стивену прийти к нему домой, изобретатель продолжал работу, не желая упускать ни одной драгоценной секунды. На столе Джейка, где и так никогда не было особого, на первый взгляд, порядка, сейчас и вовсе почти не осталось свободного места. Детали корпуса глушителя, казалось, лежали в полном беспорядке, прямо среди них лежали короткие проводки, на вид совершенно не нужные, а к ядру глушителя прозрачной трубкой сейчас был подсоединён довольно большой круглой формы аппарат со множеством клапанов - вакуумный конденсатор. - Запускай в тестовом режиме, - коротко отдал указание Джейк. Тут же клапаны конденсатора моментально приподнялись, а пол под ногами затрясся - верный признак того, что телепорт работает. Раздался громкий треск расщепителя, однако, не прошло и минуты, как в работу включился глушитель, и довольно неприятный звук начал медленно стихать. И сейчас, глядя на разобранный глушитель, Джейк чётко видел, как в его ядре конденсатором создаётся поглощающий звуки вакуум, как его рассеиватели, чем-то похожие по внешнему виду на стабилизаторы, повернулись в сторону источника звука, а миниатюрные охлаждатели тоже включились в работу. Но Джейк понимал, что долго в таком режиме держать телепорт нельзя, иначе что-то обязательно сломается, и потому быстро сказал Мари: - Достаточно. Выключай. Клапаны конденсатора тут же вернулись в своё прежнее состояние, рассеиватели развернулись каждый друг к другу, а пол прекратил трястись. Одним движением руки опустив свой чертёж уменьшенной модели вакуумного конденсатора почти вплотную к поверхности стола, Джейк прокомментировал свои очередные испытания одной короткой фразой: - А ещё мне не нравится, что каждый раз телепорт устраивает дома небольшое землетрясение. Амортизаторы тоже надо бы доработать. Он уже собирался было дать Мари задание рассчитать, что именно вызывает такую тряску и как это можно будет уменьшить, но тут та сама подала голос, пусть Джейк её об этом и не просил: - У вашего дома стоит человек, представившийся как Стивен Мейсон. Он утверждает, что вы сами пригласили его, и мои детекторы лжи утверждают, что он говорит правду. Вы хотите, чтобы он вошёл сюда? В этот раз Джейк готов был даже похвалить себя за то, что всё же не забыл за два дня о своей встрече с нейропсихологом. Отойдя от стола, он небрежным тоном сказал: - Да. Впускай. До этого дня в доме Джейка никогда не было гостей, да и жил изобретатель в гордом одиночестве, не считая Мари. И потому сейчас ему даже интересно было, а почувствует ли он хоть как-то, что его собственный дом опускается вниз, пропуская гостя. Но почти ничего такого не было - лишь секундное ощущение, что пол уходит из-под ног, которое исчезло так же быстро, как и появилось. Неожиданно вспомнив, что гостя всё же надо встретить, Джейк вышел из комнаты и подошёл к уже почти полностью открытой двери. В отличие от Джейка, Стивен явно не обладал привычкой запрыгивать в ещё не до конца открытые двери. - Доброе утро, - с виноватой улыбкой сказал нейропсихолог, держащий в руке довольно объёмный кейс. - Я хотел бы прийти пораньше, но с утра я был несколько занят... да и, честно говоря, немного заблудился. Джейк лишь отмахнулся от него. - Ничего страшного. Проходите, сядем, обсудим всё как следует. Но Стивен не собирался следовать за хозяином дома. Его взгляд скользил по всему, что было в коридоре, - довольно массивным деталям от каких-то приборов, старым прототипам телепорта, гнёздам из проводов. Всё в доме изобретателя казалось ему интересным и необычным, он готов был, как ребёнок, расспрашивать Джейка обо всём, если бы тот, конечно, согласился бы тратить своё бесценное время на столь пустые разглагольствования. Но ему достаточно было лишь раз взглянуть на изобретателя, чтобы понять, что того всё снова начинает раздражать. А Джейк тем временем и в самом деле снова начинал несколько нервничать. Одна из тех вещей, в которых он видел неоспоримое преимущество искусственного интеллекта над человеческим, - сосредоточенность и точность, минимум пустых действий. И сейчас, глядя на Стивена, он волей-неволей подумал, что будь на его месте хоть кто-то из его искусственных знакомых, - да хотя бы тот же Мэр! - его бы меньше всего заинтересовали сваленные в коридоре железки. Он бы спокойно прошёл туда, куда просил его Джейк, и выслушал бы изобретателя, не задавая тому лишних вопросов. - Давайте всё-таки пройдём в моё рабочее помещение, - с нажимом повторил изобретатель. - Эти приборы никакого особого интереса не представляют, поверьте мне. - Ну хорошо, - несколько обескураженно сказал Стивен и быстрым шагом последовал за изобретателем, всё ещё изредка бросая беглый взгляд на сваленные в коридоре приспособления, необычные и оттого и привлекающие внимание волей-неволей. Однако, когда он вошёл в комнату Джейка, всё уже им увиденное показалось мелочью. Поглядев на два почти плоских шестиугольной формы полуразобранные устройства, лежащие на полу, он хотел было спросить у изобретателя, что это, как это работает и когда будет готово, но всё же, помня о крайней необщительности и даже недоброжелательности изобретателя, решил лишний раз его не раздражать. - Садитесь,- сказал Джейк уже куда более спокойным тоном и указал на кровать со смятым покрывалом. - И извините за беспорядок, - неожиданно прозвучал откуда-то сверху приятный женский голос. Стивен даже вздрогнул от неожиданности. Он просто не подозревал, что в этом доме кроме Джейка может жить ещё кто-то. Стараясь ничем не выказать своего удивления и не показаться бестактным, он осторожно спросил у изобретателя, севшего уже рядом с ним: - Это... это ваша жена, Джейк? Но тот, услышав такое, даже поморщился и ответил отвлечённым тоном, посмотрев куда-то вверх: - Нет, это моя помощница Мари, искусственный интеллект... Мари, пока я занят, рассчитай лучше идеальные условия для амортизации. Именно идеальные, мне сейчас будет нужен точный ориентир. - Будет сделано, хозяин, - ответила ему Мари, и в тот же момент над столом, где тоже лежало какое-то устройство, создалась новая голограмма, которая в тот же миг начала покрываться какими-то совершенно не понятными цифрами, буквами и символами. Внимательно посмотрев на Стивена таким взглядом, словно бы боясь, что тот сейчас вскочит и выкинет что-то из ряда вон выходящее, Джейк по своей старой привычке, безо всяких вступительных речей, перешёл к основной теме разговора: - Прототип при вас? - Да, - ответил Стивен, многозначительно кивая на кейс. - Там же и всё остальное: чертежи, вычисления, теория и данные о предыдущих моделях. Услышав это, Джейк в довольстве от того, как идут его собственные дела, поджал губы: - Превосходно. Они нужны вам, или я могу оставить оригиналы себе? Стивен посмотрел на Джейка несколько с подозрением. Он так и не понимал, к чему клонит изобретатель, требуя такое странное устройство, как когнитивный кокон, но почему-то у него возникла твёрдая уверенность, что ничего хорошего Джейк затевать не собирается. Но всё же, не зная даже, правильно ли он делает или нет, Стивен осторожно сказал: - Можете оставить всё себе, Джейк. Мы ведь всё равно не собираемся больше с ним работать... - Шикарно! - не смог сдержать своих эмоций изобретатель. - Спасибо вам огромное, обещаю, что я в долгу не останусь. Только я бы хотел ещё добавить, что вряд ли смогу справиться сам с моим следующим проектом. Мне нужна будет ваша помощь. - Что за проект? - насторожился Стивен. - Не имеет значения, - уклончиво ответил Джейк. - Вы не будете делать ничего, кроме как просто давать мне кое-какие советы как нейропсихолог. Но Стивен был не так прост, как казался. Поближе подвинувшись к Джейку, словно бы боясь, что их послушают, он твёрдым голосом сказал ему: - Я не буду участвовать в том, о чём не знаю ничего ровным счётом. При всём моём уважении к вам, Джейк, сейчас мне кажется, что вы что-то скрываете, хитрите, но я не буду даже пытаться понять, почему именно. Одно я знаю наверняка: вы явно затеяли что-то нехорошее. И либо вы рассказываете мне всё то, что пытаетесь скрыть, либо я ухожу отсюда немедленно. Высказав это, Стивен даже испугался. Всегда непонятный, замкнутый и немного мрачный Джейк мог отреагировать как угодно - велеть своей помощнице не выпускать его из дома, наброситься на него с кулаками и самому выставить, или, что ещё хуже, в самом деле начать работать над неизвестно чем в одиночку. Но Джейк повёл себя несколько иначе. Взмахом руки подогнав к кровати два голографических листа, на которых не было абсолютно никаких формул, а лишь текст, изобретатель лишь тяжело вздохнул: - Я бы не назвал это нехорошим. Просто несколько странное и непривычное, оттого оно и может вызвать неприязнь и непонимание поначалу. Но я клянусь, что замышляю это всё для себя и только, никого постороннего привлекать к этому проекту не собираюсь. Признаться, теперь я жалею, что позвал вас, поскольку боюсь, что теперь всё может быть не совсем так, как я хотел бы. - Обещаю, я буду молчать, - заверил его Стивен. - Только расскажите мне всю правду! Джейк посмотрел куда-то в сторону, словно надеясь увидеть там выход из разрывавших его противоречий. А затем он уверенным движением раздвинул листы подальше друг от друга, прикрыл глаза на секунду и начал свою речь: - Начнём несколько издалека, а если говорить более конкретно, то с одного простого вопроса - какие виды сознания нам известны? Их два - это человеческое и искусственное. Но не так давно я поставил вопрос несколько по-другому - какие формы сознания мы знаем, или же в каком виде наше сознание может существовать? Сказав это, Джейк подвинул к себе и Стивену поближе один голографический лист и увеличил его верхнюю половину, представляющую собой таблицу, озаглавленную просто - "формы сознания". Затем изобретатель бросил взгляд на нейропсихолога, сидевшего рядом с ним, чтобы убедиться, что тот всё ещё его слушает, и продолжил: - Вроде бы, и тут всё просто на первый взгляд - реальное - это мы, и виртуальное - это искусственные интеллекты. Но с созданием Города, когда люди научились по сути смешивать себя с виртуальным миром, всё несколько усложнилось. Давайте хотя бы рассмотрим принцип действия вашего устройства. Оно, как вы мне вчера рассказывали, заключает ещё не очнувшееся после перехода в виртуальность сознание в этакое подобие кокона, который потом можно будет отправлять куда угодно. А давайте представим себе на секунду, что что-то вроде непроизвольного создания самой виртуальностью такого кокона и произошло при переходе в Город... кого-нибудь. Что мы будем иметь в результате? Сознание человека отключено, он ничего не понимает, находясь по сути в каком-то подобии комы. Но он существует, это может даже фиксироваться приборами... - Погодите! - воскликнул Стивен. - О чём-то подобном ведь вчера рассказывал Джордж. И, кажется, вы к этому времени ещё были в ресторане... Джейк коротко кивнул: - Именно слова Джорджа и заставили меня убедиться в правильности моей теории. Так вот. Существование такого объекта одновременно и есть, и нет, вероятность получения чего-то такого крайне низка, но всё же сбрасывать её со счетов не стоит. И ещё один важный факт. Давайте представим себе, что полное отделение сознания от мозга и перенос его в виртуальность возможен. Тогда я задам ещё один вопрос - является ли существо, родившееся человеком, но чей разум проинсталлирован на электронные носители, всё ещё человеком? - Ну... я бы так не сказал. - Я бы тоже, - ответил Джейк. - Тогда вопрос: что это такое? Искусственным интеллектом его ведь тоже не назовёшь. И для простоты я назвал активное сознание человека, лишившегося физического тела, "виртуалом". А тому явлению, о котором вчера рассказывал нам Джордж, я оставил данное им название - "фантом". Выслушав эту несколько сбивчивую теорию, ещё раз посмотрев на таблицу, составленную Джейком, Стивен даже почувствовал что-то вроде облегчения. Джейк в самом деле явно не собирался затевать ничего противозаконного или жестокого. Только к чему именно он всё это говорил, и в чём именно будет заключаться его "непривычный" эксперимент, Стивен так и не смог понять. - Всё это звучит хорошо, - рискнул он сказать, - но зачем именно вам это всё? Услышав это, Джейк немного потряс головой, убрал первый лист и поместил второй перед глазами собеседника: - Спасибо, что напомнили, а то я что-то в самом деле несколько ушёл от темы. Вернёмся в нашей теории немного назад: человек - это тот, чей разум и физическое тело неразрывно связаны. Умрёт тело - и разум тоже исчезнет. Мы смогли лишь отсрочить смерть, но победить её, боюсь, мы никогда не будем в состоянии. И коли так, то я вижу только одну возможность стать бессмертным, которую я ищу уже не первый год, - превратить себя в виртуала. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 3 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 3 июля, 2012 Глава двенадцатая, где мы поразмышляем о неожиданных встречах. Услышав это, Стивен даже подпрыгнул на месте. Такого высказывания он явно услышать не ожидал. Взглянув на Джейка с некоторой долей страха, он с ужасом понял, что после последней сказанной изобретателем фразы в его собственных, Стивена, глазах, черты лица Джейка словно бы приобрели какую-то странную резкость - неестественную, непонятную, чуждую. А Джейк явно не заботился о том, какое впечатление произвели его слова на нейропсихолога. Усевшись поудобнее, он склонил голову чуть набок и снова начал говорить: - Не буду рассказывать, какие причины толкнули меня на это. Я не буду навязывать свои взгляды никому, всё, что мне нужно, - это понять, как именно разум открепляется от тела без ущерба. - Вы... вы в самом деле хотите это сделать? - почти шёпотом спросил Стивен. - Вы ведь понимаете, каковы будут последствия? Это значит только одно - потерять человеческий облик, раз и навсегда, безвозвратно! Одумайтесь, Джейк... Но тот лишь небрежно махнул рукой: - О чём-то таком я думал с детства, но вот как осуществить это, я представлял слабо. И недавний случай с девушкой, у которой случился разрыв сознания, похоже, сможет довольно неплохо помочь мне. Слушая Джейка, Стивен неожиданно осознал, что у него словно бы холодеет где-то там, словно в глубине сердца. Он и представить себе не мог, насколько далеко Джейк ушёл от мира и насколько дальше хочет уйти ещё. Изобретатель холодным голосом, не выражающим ничего, говорил, что хочет использовать погибшего человека в своих целях и, похоже, не испытывал особых угрызений совести по этому поводу. Невольно Стивен вспомнил о том, как именно Джейк, до Города никакого отношения к науке не имевший, оказался вовлечён в работу над ним. Судя по всему, правы были те, кто говорил, что гнилой человек хорошим не сможет стать никогда. - Она же умерла. Как она вам поможет? - только и смог выдавить из себя Стивен. - Нет, - решительным тоном ответил ему Джейк. - Похоже, разрыв сознания, да ещё и произошедший в виртуальности, вовсе не всегда равносилен смерти. Судя по тому, что вчера нам рассказывал Джордж, её физическое тело погибло, а разум продолжает существовать, и сейчас он "ходит" по Городу в виде фантома. Я планировал после того, как закончу свою работу,- с этими словами Джейк указал на разобранный телепорт, - переместить её сюда, расспросить, что с ней случилось, дать ей голографический облик и понять, как же именно это произошло. Стивен ничего не ответил. Испугавшись, что его слова были поняты не совсем так, как ему хотелось бы, Джейк спокойным уверенным тоном добавил: - Может, это и звучит дико, согласен. Но когда-то и мысль о том, что люди будут жить в виртуальности, вызывала ужас. Мир не стоит на месте, он постоянно меняется, должны меняться и мы. Я решил, что сам пойду такой дорогой. Если она кому-то противна - я не собираюсь ни в коем разе её никому навязывать, у меня нет ни планов по захвату Города, - сказав это, Джейк даже улыбнулся, - ни каких-либо амбиций. Мне просто не хотелось бы умирать в скором времени, - неожиданно признался он. - И покуда я вижу только такой путь избавления от смерти. Может, я и буду своим же неудачным изобретением - это только время покажет. Но всё же, прошу вас, помогите мне. Но нейропсихолог по-прежнему молчал. И тогда Джейк подвинулся к нему ещё немного поближе и проговорил странным, почти заговорщическим тоном: - Вспомните хотя бы как вы все работали, Стивен. Неужели это было более человечным, чем то, что я задумываю сейчас? Стивен задумался, почёсывая подбородок. Если рассматривать всё объективно, то Джейк в самом деле не затевал ничего криминального - пугала лишь новизна и непривычность его затеи. Добровольный отказ от физического тела - даже звучало это не без определённой доли жестокости! Но тут Стивен неожиданно как-то слишком отчётливо вспомнил то, как создавался первый прототип Города - ещё не до конца протестированный виртуальный мир с кучей "дыр" везде, где только это было возможно, - начиная от самого программного кода, когда целые участки местности могли просто взять и исчезнуть в одночасье, и заканчивая даже самой ретрансляцией сознания. Это было вовсе не из-за чьей либо лени или профнепригодности - просто технологии тогда ещё не были так хорошо развиты, как сейчас. Как же все они, учёные, боялись, отправляя в Город первого человека, первую подопытную мышку - самого Джейка! Тогда они не видели в этом ничего злого или издевательского, но сейчас, с ужасом оглядываясь назад, в прошлое, желая сравнить его с настоящим, Стивен понимал, что на деле это и являлось бесчеловечным экспериментом, опытами над людьми, хождениями по трупам к цели, - как ни назови, жуткая сущность не менялась. И идея Джейка с полным переносом только его разума на электронные носители и в самом деле при более пристальном рассмотрении вовсе не выглядела жуткой на фоне того, как и с чем уже до этого работали создатели Города. Тяжело вздохнув, нейропсихолог посмотрел на изобретателя, на лице которого сейчас не было и малейшего проявления какой бы то ни было эмоции - словно бы до этого он говорил о самых обыденных вещах. - Нет... это совершенно не было лучше того, что вы затеяли. Джейк поджал губы - верный признак того, что сейчас изобретатель был вполне доволен ходом разговора: - О чём я и говорил. Так вы поможете мне? - Помогу, - уверенно ответил Стивен. - Правда, меня всё ещё пугают масштабы затеянного вами дела. Вы абсолютно точно уверены в его благополучном исходе? - Нет, - с присущей ему прямотой ответил Джейк. - Иначе бы я никогда к вам не обратился. Услышав это, Стивен почувствовал себя несколько странно. В его душе сейчас смешались два чувства - гордость за себя самого и вина перед Джейком за то, что на секунду он сам, Стивен, увидел в нём не человека, а даже кого-то вроде монстра без души. Сейчас он понимал, что никакое Джейк не чудовище - он просто экспериментатор в абсолютном на то понимании. - Спасибо, - коротко сказал изобретатель. - И пообещайте мне ещё кое-что. Вы сами сначала поняли меня, мягко говоря, превратно, и потому я прекрасно представляю, что поймут другие, услышав, что я собрался отделить себя от своего же тела. В лучшем случае меня объявят сумасшедшим, а в худшем... лучше даже и не думать. Ещё и приплетут сюда дела кое-каких давно минувших дней... Так вот, я прошу вас никому не говорить об этом. Когда придёт время - я сам всё скажу тем, кому это будет надо. Отнеситесь к этому как к такой своего рода военной тайне, которая должна остаться между нами двумя и только. Сказав последнее, Джейк одарил Стивена своей редкой слабой улыбкой. А после - устало облокотился на спинку кровати и сказал словно бы в пустоту. - Вынужден попрощаться. Всё же, работа ждать не будет. Я свяжусь с вами, когда мне понадобится ваша помощь. Мари, запиши код его канала связи. - Пять, семь, девять, девять, три, один, ноль, семь, дефис, "Е", "Т", тринадцать, - быстро отрапортовал учёный. - Записано, - ответила Мари. - Прекрасно, - со вздохом сказал Джейк, переводя взгляд на потолок. - Мари, выпусти тогда моего гостя. Встав с кровати, нейропсихолог крепко пожал Джейку руку: - До свидания, Джейк. Даю честное слово, что наш сегодняшний разговор останется между нами. Идя по коридору и не забыв ещё раз взглянуть на созданные Джейком прототипы, Стивен определённо знал, что не предаст Джейка, который всё же был так искренен перед ним сейчас, и к которому он сам всё же относился с огромным и глубоким уважением. Хотя раньше у нейропсихолога и была некая мысль о том, что надо бы либо самому попытаться серьёзно поговорить с изобретателем, либо привлечь его коллег, которые уж точно бы смогли заставить его забыть о его идее с виртуалами хотя бы на время, но сейчас он полностью уверился в том, что такое было бы не самым достойным взрослого умного человека поступком. Ну и, будучи человеком, блестяще разбирающимся в тонкостях человеческого сознания, Стивен сам заинтересовался необычной теорией Джейка. И уже чуть позже, идя по сочной траве к своему дому, Стивен решил, что попытается выкроить время и объяснить теорию о виртуалах с точки зрения нейропсихологии. Возможно, в будущем это сможет помочь Джейку в его работе. Тем временем Джейк, даже спустя десять минут после ухода Стивена, всё так же сидел, откинувшись на кровати и бессмысленно смотря в одну точку. Больше всего сейчас он был похож на человека, совершенно вымотанного тяжёлым трудом и сейчас пытающегося восстановить остатки сил, чем на гениального изобретателя, просто поговорившего со своим бывшим коллегой. Заметив нечто неладное, Мари осторожно спросила: - Вы в порядке, хозяин? - Да, - твёрдым голосом ответил изобретатель. - Я сейчас продолжу работать. Просто... просто слишком много людей для одного меня за один день! - Но ведь ваш гость сегодня был один, - резонно возразила Мари. Джейк покачал головой и прикрыл глаза: - Хорошо, слишком много людей на одного меня за последнее время. А теперь умоляю тебя, дай мне помолчать. У меня такое чувство, будто бы я на год вперёд сегодня наговорился. Обычно все слова Джейка о его необщительности и том, что люди его могут сильно вывести из себя, могли казаться не знакомым с ним людям враньём и излишней скромностью. Но сейчас достаточно было лишь бегло взглянуть на изобретателя, чтобы понять, что тот не врал и не преувеличивал ни капли. Сидя на своей кровати и нервно теребя пальцами покрывало, Джейк даже подумал, а не было бы куда более лучшим для него ходом послать Мари на переговоры со Стивеном. Её бы общение не утомило совершенно, а потом всю суть разговора она для своего хозяина смогла бы расписать на листах. Но, однако, желание работать дальше для Джейка всегда перекрывало все остальные мысли и чувства. Отбросив прочь пустые размышления, он уже буквально через пять минут после этого короткого разговора со своей электронной помощницей встал с кровати, подошёл к столу и начал внимательно изучать сделанные Мари вычисления об оптимизации, попутно внося в них свои поправки, заметки и указания. Так прошло две недели. Мало что изменилось за это время в Городе - жизнь текла своим размеренным чередом, живущие там люди всё так же днём гуляли в парках, а вечером - предавались всем имеющимся в Городе ночным удовольствиям. Портал, к этому времени уже заработавший в полную силу, уже мог без проблем пропускать не то что четырёх - больше десяти человек за один раз, а о жутком случае с Ребеккой, потрясшем в своё время всех жителей Города, сейчас почти никто и не вспоминал. А Джейк, в это время работавший над созданием миниатюрного вакуумного конденсатора, и вовсе успел забыть о деталях этого жуткого происшествия. Со временем изобретатель, сначала даже пытавшийся понять, а была ли в смерти девушки хоть часть его вины, всё-таки смог убедить самого себя полностью, что нет. В погибшей сейчас он видел лишь фантом, довольно любопытное и не свойственное Городу явление, которое он, как учёный, должен был исследовать - и не более того. О том, что именно привело к появлению первого на территории Города человека без физического тела, Джейк решил не вспоминать. Мало изменилась и жизнь в реальном мире. Разрушенную Землю никто так восстановить и не пытался, остатки человечества по-прежнему прятались в бункерах, и с каждым днём их становилось всё меньше и меньше - люди предпочитали красивый, пусть и ненастоящий Город реальному миру. Мрачная атмосфера бункеров, без сомнения, на всех действовала угнетающе, и многие просто уже другого выхода не видели. Но Джерри, брат погибшей Ребекки, твёрдо знал: как бы ни мрачна и тяжела была реальность, он не променяет её на Город хотя бы ради своего отца. А мистеру Салливану с каждым днём становилось всё хуже и хуже. Теперь, глядя на него, Джерри прекрасно понимал весь смысл крылатого выражения "угас на глазах". С момента смерти Ребекки прошло уже довольно много времени, но её отцу не стало лучше ни на йоту. Он сильно исхудал за это время, его лицо приобрело некрасивый землистый оттенок, волосы стали редкими и седыми, а глаза ввалились в глазницы, отчего мистер Салливан приобрёл жуткое сходство с ожившим мертвецом. Но что больше всего пугало Джерри - так это то, что его отец так и не заговорил с того дня, а всё так же лежал целыми сутками и смотрел в потолок пустыми глазами. И было трудно поверить, что ещё не так давно этот человек-растение был строгим, но любящим отцом двоих детей. Мальчик не терял надежды спасти единственного близкого ему человека. Он пытался сначала сам разговорить его, надеясь, что шок вскоре отпустит мистера Салливана, затем начал давать ему самые разные успокоительные средства, надеясь, что хоть они окажут какое-то влияние, пытался заставить отца самостоятельно пойти, но всё было безуспешно. В отчаянии Джерри даже расспросил людей из соседних бункеров, не знает ли хоть кто-то как бороться с этой бедой, но всё больше в ответ получал лишь сочувствующие взгляды, нелепые слова поддержки и советы, суть большинства которых заключалась только в одном - обратиться к тем, кто так или иначе связан с Городом. Ведь только у тех людей была лучшая аппаратура и возможность в любой момент установить контакт с лучшими специалистами в мире. Но Джерри остался твёрд принятому им решению не обращаться к служащим Города никогда и ни при каких обстоятельствах. Хотя иногда он очень хотел воспользоваться предложением Энтони о помощи, написать ему пару слов по электронной почте, воспользовавшись старым компьютером отца, но каждый раз, стоило ему лишь увидеть тот самый компьютер, как желание послать Энтони письмо пропадало мгновенно. Врачи же, в обязанность которых входило как раз помогать любым больным, лишь взглянув на мистера Салливана, развели руками и заявили, что ничего тут поделать невозможно. Поначалу Джерри злился, скрипя зубами от бессилия и думая, что же это за врачи, которые даже не пытаются помочь, но в скором времени понял, что они и в самом деле не могут этого. Болезнь мистера Салливана была далеко не простой, а все профессиональные доктора давным-давно ушли в виртуальность. И сейчас, стоя в очереди в столовой за едой для себя и своего отца, Джерри чувствовал себя как скованный по рукам и ногам тяжеленной прочной цепью. - Молодой человек, можно я пройду? - раздался сбоку приятный звонкий женский голос. Очнувшись от собственных мрачных мыслей, Джерри поднял глаза и посмотрел на заговорившего с ним человека. Это была худая как спичка и уже явно не молодая женщина, одетая в излишне для неё просторное тёплое коричневое платье и кремового цвета блузку. У неё были короткие тёмно-рыжие завитые волосы, приятное, пусть и покрытое морщинами, лицо и мелодичный голос. На её шее висело красивое жемчужное ожерелье, в руках незнакомка держала маленькую чёрную сумочку, а обута она была в чёрные туфли на каблуке, делавшие её ещё выше. - Проходите, - недовольно буркнул Джерри. Казалось бы, кто мешал незнакомке просто поблагодарить паренька и занять своё место в соседней очереди, не обратив на него никакого внимания? Да половина из всех живущих на Земле людей поступила бы так. Но она, похоже, поняв, что с её юным собеседником что-то не так, осторожно спросила: - Что случилось? - У меня? - недовольно спросил Джерри, отворачиваясь. - Да ничего. Всё нормально, проходите. Но женщина так просто не сдалась. Осторожно положив ему свою руку на плечо, она сказала: - Нет. Те, с кем всё в порядке, так себя не ведут. Скажи мне, может, вместе решим проблему? - Не выспался я! - раздражённо ответил Джерри. - Всё, отстаньте, сейчас уже моя очередь будет. Лишь выдав эту резкую фразу, Джерри со злостью посмотрел на незнакомку - неужели она не понимает, что иногда человеку просто требуется побыть в одиночестве? Но, лишь глянув на неё, у Джерри словно свинцовый ком встал поперёк горла. Несмотря на ту грубость, с которой он с ней разговаривал, женщина смотрела на него только с участием, и, как ему показалась, искренним сочувствием. Снова опуская глаза в пол, но сейчас уже потому, что боялся разрыдаться на глазах у всех, Джерри всё же решил попытаться высказаться: - Да и как вы помочь мне сможете... все до вас просто отказывались, неужели вы думаете, что сможете? А затем, замолчав на секунду, добавил: - Помните ту историю с погибшей при переходе в Город девушкой? Я её брат. На лице женщины появилась гримаса страдания - словно бы она смогла хотя бы часть боли мальчика пропустить через себя, по-настоящему поняв, каково ему сейчас было. Чуть сжав его плечо, она кивнула куда-то в сторону: - Пойдём, сядем. Там выскажешься. Лишь только сев за стол с незнакомкой, у которой Джерри даже имени спросить не смог, подросток начал рассказывать ей всё - и о том, как его семья жила до трагедии, и о характере Ребекки, и о её ссоре с отцом, о том, как произошла их первая встреча с искусственными интеллектами, и об Энтони и его предложении на похоронах, и о том, что случилось с его отцом, и о том, как он сам, Джерри, бессильно пытался помочь ему. И, рассказывая всё это, Джерри сам удивлялся, как его глаза оставались сухими на протяжении всего рассказа. Незнакомая женщина всё это время молчала, а лишь внимательно и с сочувствием смотрела на сидевшего рядом с ней подростка. Когда же тот закончил говорить, она осторожно дотронулась до его руки: - Всё это довольно печально, Джерри. Но ты был неправ, говоря, что все хорошие доктора сейчас в Городе. - Да неужели? - хмуро спросил Джерри, водя пальцами по царапинам на столе. - Ну и кто же, например, остался? Женщина усмехнулась: - Да хотя бы я. Эти слова заставили Джерри поднять голову. Впервые за долгое время в его глазах появился огонёк жизни и даже какой-то заинтересованности, пусть и исчез он едва ли не в тот же миг, что и появился. - Вы? - делано безразличным тоном спросил он. - Но... но я же даже не знаю вас! - Это можно легко исправить, - ответила незнакомка, открыла сумку и протянула мальчику свою визитную карточку. - Меня зовут Оливия Райли, и моя специальность - нейропсихолог. - Почему... почему вы не ушли в Город, если вы в самом деле хорошо работаете? - только и смог вымолвить Джерри. - Все же спецы туда идут, и... - Не все, - возразила ему миссис Райли. - Я не пошла в Город по личным причинам. Просто мне эта вируальность всегда казалась чем-то вроде позиции страуса - спрятался в виртуальность, и словно бы нет проблем. Я не считаю это настоящим выходом из нашей общечеловеческой беды, и потому как ни приглашали меня участвовать сначала в его разработке, а потом и самой отправиться в Город, я не согласилась. И, как вижу теперь, не зря. Слишком много людей и тут, в реальности, нуждаются в помощи. Конечно, несколько грустно, что хороших специалистов у нас осталось мало, но мне всё же нравится делать именно эту жизнь, настоящую, а не выдуманную, немного лучше. Джерри молчал, не в силах поверить, что это не сон, а явь. Неужели его кошмар наконец-то закончится, всё снова станет пусть и не так, как было, но хотя бы немного лучше, чем сейчас? А миссис Райли тем временем встала со стула и сказала подростку: - Я готова осмотреть твоего отца прямо сейчас. Ну что, идём? - Идём! - с радостью ответил Джерри. В тот момент, как сам подросток понял позже, его не особо волновало, сможет ли его новая знакомая помочь его отцу, или нет, - он радовался, что хоть кто-то не остался к его беде равнодушным, предложил помощь от чистого сердца. Идя по свинцовому коридору бункера, в целях безопасности покрытого ещё слоями других металлов, Джерри чувствовал, как словно бы чья-то жестокая рука, весь последний месяц державшая его за шею, словно бы ослабляет хватку, и дышать становится намного легче, чем ещё сегодняшним утром. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 4 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 4 июля, 2012 Глава тринадцатая, в которой мы задумаемся о пустых надеждах. Если бы в этот момент хоть кто-то попытался бы зайти в комнату Джейка, то ему пришлось бы быть крайне осторожным, чтобы не наступить на раскиданные, казалось, в полном беспорядке по полу провода, инструменты, детали, приборы. Однако сам изобретатель ориентировался в этом на первый взгляд абсолютном беспорядке прекрасно. Всё лежавшее на полу прекрасно действовало, стояло именно так, как и нужно было Джейку, постоянно контролировавшему работу всех компонентов и не было пока ещё убрано под корпус по одной простой причине - Джейк ещё даже не приступал к оптимизации, до сих пор не зная, чего именно можно ожидать от любой детали телепорта. - Мари, поставь на площадку два яблока. Опустившийся с потолка механический манипулятор положил было два почти что одинаковых больших краснобоких яблока на шестиугольную площадку - по сути, единственную крупную делать телепорта, ко внутренней стороне которой были подключены все остальные устройства, но тут Джейк решительно покачал головой: - Не таких. Давай одно красное и одно зелёное. Металлическая рука тут же убралась куда-то вглубь потолка, но меньше чем через полминуты возникла снова на прежнем месте. На этот раз её "пальцы" держали яблоки разного цвета - такие, как Джейк и просил. - Вот так. Устанавливай их на площадку и запускай, сейчас мы кое-что проверим... Звука от работы приборов было почти не слышно - собранный Джейком миниатюрный глушитель всё-таки свою работу выполнял хорошо. Однако, в угоду времени для доработки всех остальных приборов, Джейк так и не смог улучшить амортизацию, и потому пол всё ещё трясся и довольно сильно. Изобретатель решил, что всё же будет повышать характеристики амортизаторов только тогда, когда убедится, что все остальные компоненты телепорта больше в доработке не нуждаются. А тем временем, чуть приподнявшись над сияющей шестиугольной пластиной, яблоки исчезли во вспышке яркого света, и тут же, теперь уже куда быстрее, чем раньше, появились на второй платформе, тоже такой же разобранной, как и первая. Два яблока лежали рядом друг с другом на светло-голубом полупрозрачном шестиугольнике - на вид целые, не обгоревшие, и на первый взгляд даже казалось, что с ними всё в порядке. Но Джейку хватило даже беглого взгляда, чтобы понять, что те опасения, ради которых он и затеял этот опыт с отправкой хотя бы двух разных объектов, подтвердились. Вместо красного и зелёного яблока на телепорте лежали два красно-зелёных фрукта - расцветки довольно необычной для яблок. И, лишь приглядевшись несколько лучше, Джейк понял, что ещё и вдобавок к этому они срослись одним боком - наглядный пример того, что телепорт при переносе просто смешал частицы объектов. - Мари! - коротко обратился Джейк к своей помощнице, забирая красно-зелёное яблоко странной формы с платформы телепорта. - Я правильно понимаю, что это из-за низкой мощности сканера? - Да, хозяин, - ответила Мари. - Сканер, установленный в вашем телепорте, из-за того малого количества энергии, что отводится ему, работает только на тридцать шесть целых и одну сотую процента, из-за чего скопление объектов им воспринимается как один, пусть и необычной формы. И его памяти не хватает на то, чтобы сначала запомнить, а после уже воссоздать объекты в точности. Этого краткого ответа Джейку было вполне достаточно. Мысленно похвалив Мари, изобретатель сел на корточки перед первым телепортом и принялся осторожно отсоединять его сканер, по форме напоминавший небольшую металлическую коробочку с чуть светящейся голубоватым светом верхней панелью. Как нейропсихолог, миссис Райли, конечно, общалась с самыми разными людьми, у которых были самые разные проблемы. Но с такой атмосферой, как та, что была дома у Салливанов, она до этого сталкивалась нечасто. Мальчик, потерявший родную сестру, да ещё и при таких жестоких обстоятельствах, а после - вынужденный ухаживать за своим превратившимся в растение отцом - да это даже звучало в высшей степени печально! И сейчас, входя в бункер, где лежал мистер Салливан, миссис Райли почувствовала, как в её груди снова поднимается жалость. Тут не пахло ничем противным, не стояли повсюду коробки с лекарствами, никто даже не плакал. Но железные стены словно впитали в себя горе, произошедшее здесь, и сейчас словно бы дышали им. И чем дольше она находилась здесь, тем крепче становилось её сочувствие к Джерри, этому пятнадцатилетнему мальчику, на долю которого выпали совсем не детские испытания. - Папа, я дома! - по привычке заявил Джерри, с недоверием глядя на устройство, которое миссис Райли держала в руках. Перед тем, как отправиться в бункер с Джерри, она попросила у подростка разрешения зайти к себе - взять кое-какое нужное ей оборудование, благо её бункер находился совсем не далеко от столовой, где она и встретила мальчика. Когда же Джерри поинтересовался, что делает это загадочное приспособление, по форме похожее на небольшой сделанный из чёрного металла чемоданчик с проводками, нейропсихолог улыбнулась, и ответила, что ей это нужно будет всего лишь для того, чтобы понять, что именно случилось с мистером Салливаном. - Ты правильно делаешь, что разговариваешь с ним, - мягким голосом сказала ему миссис Райли. - Так где там твой отец? Едва лишь Джерри услышал о мистере Салливане, как на его лицк снова появилось выражение обречённости и страха. - Там, - коротко ответил он, указывая на единственную незастеленную кровать, находившуюся в этом бункере. Миссис Райли подошла к кровати, где всё так же неподвижно лежал мистер Салливан, с болью в глазах посмотрела на измождённое лицо мужчины и поставила свой аппарат прямо на край кровати рядом с собой. Но тут она заметила Джерри, который выглядел так, словно был готов наброситься на неё в любой момент, если она хотя бы только попытается причинить вред мистеру Салливану, она снова обезоруживающе улыбнулась: - Это всего лишь энцефалограф, прибор, с помощью которого исследуют изменения, произошедшие в головном мозге. Мне же нужно понять, что именно творится с твоим отцом? Не бойся и не переживай, ему это не повредит ни капли... Поглядев, как деловито миссис Райли закрепляет проводки с миниатюрными сканерами на их концах на висках у мистера Салливана, Джерри даже вздрогнул - уж очень непривычно это всё было для него и как-то даже пугало, несмотря на все заверения нейропсихолога о безопасности затеянного по сути им самим, Джерри, дела. Чтобы хоть как-то развеять свой страх, Джерри спросил: - А я... я могу вам хоть чем-то помочь, а? - Конечно, можешь, - с лёгкой улыбкой ответила миссис Райли, чем несказанно Джерри обрадовала. - Когда я скажу - попробуй заговорить со своим отцом. Джерри промолчал, слушая тихое попискивание энцефалографа. Чувство безграничного отчаяния куда-то испарилось, а на его месте всё сильнее и сильнее взрастала надежда. Вроде бы, ничего не изменилось вокруг, но сейчас Джерри казалось, будто бы самое страшное он уже пережил, и дальше всё будет только лучше. Всё же в глубине души он, похоже, несмотря на перенесённые им испытания, всё же остался наивным верящим в чудо ребёнком. Отставив в сторону все свои тестовые испытания телепорта, Джейк сейчас снова сидел за столом, водрузив справа от себя штатив с левитатором, в антигравитационном поле которого сейчас висела какая-то деталь, а в руке изобретателя снова был лазер. Чуть прищурившись и вглядевшись в антигравитационное поле, которое держало ни что иное как энергоблок, вытащенный из сканера, Джейк удручённо покачал головой: - Энергоёмкости маловато, - словно бы подытожил он и посмотрел на как обычно висевшие у него над головой голограммы. - Так, что я там писал о тех батареях, что встроены в сам телепорт? Похоже, сканеру понадобится куда более мощная дополнительная подпитка, чем та, что я планировал, хотя, за вечер-другой я новые батареи соберу... Оборвав самого себя на полуслове, Джейк включил свой лазер и направил его луч на висевший перед ним в антигравитационном поле энергоблок, который он планировал начать улучшать уже прямо сегодня. А затем, продолжая сосредоточенно следить, как бы его рука ненароком не дрогнула, изобретатель задал вопрос своей помощнице: - Мари, ты же говорила, что я четыре месяца буду собирать только ускоритель с расщепителем. А я же довольно быстро смог привести их в порядок, просто работая день и ночь, а сейчас, по сути, занимаюсь улучшением всех компонентов телепорта. Скажи мне, как это так? - Подозреваете, что я ошиблась, хозяин? - несколько обиженным голосом ответила та. Джейк хмыкнул: - Можно и так сказать. - А зря, - всё тем же обиженным тоном сказала ему помощница. - Вы спрашивали меня, сколько времени вы затратите на телепорт, если возьмёте на себя улучшение этих обоих названных вами его компонентов. Вы изобретатель, и должны знать, что улучшение одного устройства потребует и улучшения ряда других связанных с ним так или иначе устройств. Я назвала вам по два с половиной месяца на каждое изобретение с учётом человеческого фактора и улучшений, касающихся других приборов, к которым так или иначе подсоединены ускоритель и расщепитель. В этот момент Джейк почувствовал себя даже как-то не так, как он привык за долгое время общения с Мари. Сейчас он словно бы увидел себя со стороны, и даже не глазами людей, мнение которых Джейка о своей персоне всегда волновало меньше всего, но тех, кому он симпатизировал куда больше, - искусственных интеллектов. Своими простыми словами Мари смогла сильно задеть его за живое. И теперь Джейк чётко понимал, кто же он для своих же искусственных детищ, нынче наделённых разумом, мало чем уступающим его собственному. Может, он - их создатель, может, и обладающее куда более гибким умом, чем машина, существо, но это существо всё равно осталось таким же хрупким и по сути беспомощным, каким его и создала природа. Некая жалкая тварь, которая без постоянной помощи машин вряд ли сможет долго просуществовать. - Вы не сердитесь на меня, хозяин? - уже без какой-либо доли обиды в голосе спросила Мари. - Если да, то я хотела бы попросить прощения. Вы же сами знаете, что я не умею лгать, равно как и переворачивать как бы то ни было факты. - Нет, - коротко ответил ей Джейк. - Я не сержусь на тебя. - Спасибо, - ответила Мари, однако, Джейк её не слышал. В самом деле, изобретатель просто не мог злиться на свою помощницу - по сути, единственное близкое ему создание, понимавшее его как никто другой. "Да на тебя я не злюсь. Но себя я просто ненавижу!" - скрипя зубами, подумал Джейк. Он понял, что ему никогда не удастся избавиться от человеческого фактора, как бы он этого ни хотел. Если бы только изобретатель мог сейчас посмотреть на себя извне, разобрать себя на составляющие, как какое-то созданное им же самим устройство, полностью переработать себя, улучшить, оптимизировать, а потом собрать обратно! Но он, увы, этого сделать не мог, поскольку являлся человеком, а не механизмом. И сейчас, открепляя левитатор от штатива, ставя энергоблок на стол и тем же левитатором снимая с него верхнюю отпиленную часть корпуса, Джейк подумал, что это для него будет ещё одной причиной к списку имеющихся для того, чтобы полностью перенести своё сознание в виртуальную реальность. Возможность стать бессмертным искусственным существом с разумом человека, которое помимо всего прочего обладает гибкостью разума и способностью искоренять любые свои недостатки раз и навсегда - что же может быть лучше для учёного? - А иногда мне снится Земля, - несколько жалобным тоном продолжил Джерри, - но совсем не такая, какая сейчас. И не такая, как Город. Там всё... ненастоящее, ты же сам говорил. Выдуманное. А на Земле - живое. Может, и не такое красивое, но настоящее. Миссис Райли, внимательно следившая за показаниями энцефалографа, уже была готова разрыдаться от речей Джерри. Судя по всему, мальчик воспринял её просьбу поговорить с отцом слишком близко к сердцу. И сейчас нейропсихолог уже где-то час выслушивала разговор подростка, по сути, с самим собой, но не решалась прервать, хотя почти все нужные ей показания были уже сняты. - Подними, пожалуйста, руку своего отца, - тихо сказала она, и снова обратила свой взгляд на пищащий приборчик. - Иногда я думаю, - продолжил Джерри, выполняя просьбу миссис Райли, - что наша жизнь сейчас - это просто ошибка. А ошибки надо исправлять, ты же сам так говорил мне? И я верю, что мы исправим. У нас будет другое будущее - без войн. Все мы будем жить очень долго, и будем не прятаться в бункерах, а ходить по Земле, как и надо. И Города тоже не будет - наш мир будет лучше их, и все, кто туда попал, поймут, что они только зря потеряли время. Все учёные снова к нам вернутся, подумают хорошенько и узнают, как можно воскрешать мёртвых. И тогда все вернутся домой - все, кто погиб на войнах... моя мама... Ребекка... Лишь только имя его умершей сестры слетело с его губ, как Джерри почувствовал, как по его щеке течёт слеза. Не желая показывать себя слабым перед миссис Райли, мальчик по-быстрому смахнул её, отпустил руку мистера Салливана и продолжил: - Папа, ну ответь же мне, пожалуйста! Мне без тебя очень тяжело, прошу, вернись! Мы обойдёмся даже без помощи этих учёных - завтра же сами выйдем на поверхность, возьмём технику и будем убирать заражённую землю, ты же сам рассказывал мне, как это делается, ты же даже брал меня на поверхность, когда я маленький был. Только очнись, прошу тебя! Но мистер Салливан по-прежнему смотрел в потолок пустыми немигающими глазами. Больше всего он напоминал мертвеца, и если бы не его постоянно вздымающаяся и опускающаяся от дыхания грудь, - это сходство было бы абсолютным. Но Джерри словно бы не желал этого видеть, и вместо этого сжал пальцы отца так цепко, как только мог, словно бы боялся, что в один момент мистер Салливан просто растворится в воздухе. А миссис Райли поняла, что больше печальный момент своего вердикта она отсрочивать просто не в силах. Убрав сенсорные панели с висков мистера Салливана, она осторожно кивнула и дотронулась до локтя Джерри - чтобы тот обратил на неё внимание. - Что с ним? - нетерпеливо спросил подросток. - Он же поправится, да? Миссис Райли свернула провода, выключила энцефалограф и встала с кровати. Она ожидала, что Джерри встанет вместе с ней, но тот по-прежнему сидел, держа своего отца за руки. Видя, что подросток явно не собирается даже в такой момент бросать своего отца, миссис Райли снова включила энцефалограф, нажала на какую-то кнопку на нём, дождалась, пока прямо над прибором возникнет голограмма - что-то вроде сильно растянутой в ширину синусоиды - и показала на неё Джерри. - Это - снимок активности мозга твоего отца. Чем выше волна - тем сильнее эта активность... - Но ведь волна почти не видна! - удивлённо сказал Джерри. Миссис Райли тяжело вздохнула: - Это и плохо, мой мальчик. Ты молчал, и твой отец не реагировал никак. Ты заговорил, и ничего не изменилось. Ты поднял ему руку - и всё осталось по-прежнему. Эти малые всплески, - она показала на изгибы волн,- лишь показатели того, что мозг твоего отца ещё не умер. Но я боюсь, что вряд ли он сможет когда-либо восстановиться. Средство от последствий тяжёлого шока могли бы разве что изобрести те, кто сейчас в Городе, если бы объединили усилия, но никак не я одна... только вряд ли им это там будет нужно, и вряд ли они бы смогли дать такое нам. Из Города же не возвращаются... - Да мне плевать на ваш Город! - с яростью выпалил Джерри, видя теперь в миссис Райли только врага. - Для меня все те, кто туда переместился,- умерли! Их нет! Чуть отдышавшись и посмотрев на миссис Райли уже куда более спокойно, Джерри заговорил несколько грустным, извиняющимся но несмотря на это уверенным тоном: - И мы и без них выберемся. Вы же сами сказали, миссис Райли, что мозг моего отца ещё жив. А значит, есть шанс, что он поправится. И я верю, что он это сделает, и тогда вы поймёте, что были неправы. - Но Джерри... - попыталась было возразить она. - Науке ещё не было известно случаев полного выздоровления после такой болезни... Мальчик с улыбкой посмотрел на неё: - Значит, такой случай уже скоро произойдёт. Спасибо вам, вы очень помогли мне. Ждите нас, я скоро зайду к вам с моим отцом, и он лично скажет вам спасибо. Обещаю. Последнее слово Джерри произнёс с особой, свойственной только детям твёрдостью и непоколебимой уверенностью в собственной правоте. А затем, отойдя от кровати буквально на полшага, он сказал: - Пап, я сейчас вернусь. Просто закрою дверь за миссис Райли, хорошо? "И всё-таки мне жалко этого мальчика, - промелькнуло в мыслях у миссис Райли, когда дверь бункера, в котором жили Джерри и мистер Салливан, за ней закрылась с громким скрежетом. - Дай Бог, чтобы с ним в самом деле всё было хорошо." Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 5 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 5 июля, 2012 Глава четырнадцатая, в которой мы с вами подготовимся к будущему. Все последние четыре дня Джейка не покидала одна навязчивая мысль, озвучить которую он не решался даже абсолютно покорной ему Мари. И дело было вовсе не в том, что после того самого памятного ему до сих пор его с ней разговора, который до сих пор служил изобретателю чем-то вроде стимула доделывать телепорт в несколько ускоренном темпе - просто сказать ему чётко, существует ли всё ещё около Портала тот самый фантом, на который жаловался Джордж, она не могла из-за отсутствия других электронных носителей в той местности, кроме, собственно, самого Портала - мощность её сканеров всё же была весьма ограничена, а защита Портала - очень надёжна. А просить Мэра ещё раз обесточивать Портал, чтобы его, Джейка, искусственная помощница могла хорошо изучить местность, Джейк не решался, всё ещё помня о том, к чему привела его первая и последняя просьба об этом. В Городе было примерно пять утра, но Джейк не спал уже где-то минут сорок. Сидя на балконе и пристально вглядываясь в ещё тёмное усеянное звёздами небо, изобретатель вновь задал себе вопрос, от которого у него даже невольно пробегали мурашки по коже: а не уничтожили ли программисты такое важное для него явление? И, вроде бы, с одной стороны вопрос можно было решить, просто связавшись со Стивеном, который вполне поддерживал общение с остальными создателями Города, в отличие от Джейка. Но с другой после последнего разговора Джейк испытывал даже что-то вроде отвращения от того, что ему опять придётся разговаривать с кем-то из людей, притворяться, что одно их присутствие на самом деле никак его, Джейка, не раздражает и даже поддерживать разговор, отвечая порой на такие глупые с его точки зрения вопросы. А это он пока что вряд ли смог бы вынести. Помаявшись так ещё недолго, Джейк решил, что заниматься пустыми гаданиями всё же не стоит. Он собирался уже было встать с гравикресла и пойти связаться со Стивеном, но вовремя вспомнил про время. Прекрасно понимая, что далеко не все люди могут бодрствовать в пять утра, и вряд ли Стивен относится к категории тех, кому сегодня, как и ему самому, не спится, Джейк спокойным тоном велел Мари закрыть балкон. А затем, не дожидаясь, пока металлическая дверь закроется полностью, изобретатель приказал своей помощнице включить светодиоды над его столом, сел в своё гравикресло, взял лазер и принялся вырезать в корпусе сканера пазы для новых разъёмов - старые для его существенно улучшенных энергоблоков были явно маловаты. После визита миссис Райли и её печального вердикта касательно мистера Салливана, Джерри замкнулся в себе ещё больше, чем прежде. В ту самую столовую, где он и встретился с нейропсихологом в своё время, мальчик заходить теперь крайне опасался - только бы она его не заметила, не пристала с расспросами касательно его, Джерри, отца. Ведь тогда он был бы вынужден сказать, что она была права - мистер Салливан вряд ли поправится, и как Джерри ни старался ему помочь, лучше ему не становилось. Но, однако, опускать руки мальчик вовсе не собирался. Он всё так же пытался со своим отцом разговаривать, а в последние дни стал и вовсе пытаться выводить его - насколько это слово было уместно по отношению к абсолютно неподвижному человеку - из бункера. На случай любопытных взглядов и вопросов Джерри даже придумал отговорку - мол, это велел ему лечащий отца врач. Сейчас Джерри и его отец сидели на жёстком металлическом сидении в одном из коридоров, располагавшемся достаточно далеко от того бункера, где они жили. Джерри знал это место прекрасно - именно сюда он и другие жившие неподалёку мальчишки любили убегать, прячась от родителей и играя. Но сейчас дети тех времён уже давно выросли, с некоторыми из них Джерри, с годами увлёкшийся чтением, продолжал худо-бедно общаться, кто-то просто из его жизни исчез, с кем-то поссорились. Но всё равно иногда Джерри скучал по своему беззаботному детству, где даже стены бункера не так сильно давили на грудь, а в глубине души он всегда мечтал сюда вернуться, чтобы ещё раз испытать то, что пережил в детстве. Но отец ему из бункера выходить крайне редко разрешал. - Когда мне было лет восемь, - мечтательным тоном сказал Джерри, - мы тут решили построить свой собственный Город. Ведь тот, виртуальный, тогда только появился, да? Я и Ник, мой лучший друг тогда, предложили всем построить Город прямо здесь, в этом коридоре, и приглашать сюда всех людей. И помнишь, как ты ругался на меня за то, что я якобы выкинул все продукты в доме? А я их не выкидывал, просто я решил тебе соврать, а то ты наказал меня ещё строже. Я взял продукты для нашего Города - ведь мы же планировали там жить, а без еды проживёшь недолго. Джерри замолчал и на секунду посмотрел на мистера Салливана, словно давая ему время для ответа. Но тот молчал, лишь всё так же глядя вперёд своими пустыми глазами. Но Джерри это нисколько не обескуражило. Нервно грызя ноготь, он снова начал говорить: - А ещё раньше, когда мне лет пять было, мы тоже хотели тут остаться навсегда. И как-то раз даже ночью спать тут решили. Ник у своих родителей отпросился, а я у тебя боялся разрешения спросить. Тогда я сказал Ребекке, где я буду, и попросил не выдавать. А она меня выдала, ты сразу же нашёл меня, забрал домой и запретил выходить оттуда неделю. Мне потом было так стыдно перед друзьями... Сказав это, Джерри снова замолк, с трудом сглотнул - всё же, ему было не особо легко говорить в пустоту, - а затем неожиданно увильнул несколько в сторону от прежней темы своих воспоминаний: - А вон в том бункере, - сказал он, наклонившись на дверь и показав куда-то вперёд и вправо, - жил какой-то учёный. Мы с друзьями всегда его несколько побаивались, хотя видели только раз. Ник говорил мне, что он выслеживает в бункерах непослушных детей, а потом ставит на них опыты. Мы не поверили, а Ник ответил, что это самая настоящая правда, - мол, так ему родители сказали. Детские страшилки, ха-ха, - вымученно засмеялся он. - А потом он куда-то делся. Может, в Город ушёл, а может и умер. Он же старый был, седой такой... Уже договаривая последнюю фразу, Джерри взвалил своего отца на себя. За больше чем месяц подросток привык, что на его правом плече постоянно лежит бесчувственное тело мистера Салливана, и потому особых сложностей он не испытывал - куда более неудобным для него было ходить без отца. - Пошли, пап, - с тяжёлым вздохом сказал подросток. - Я устал, да и скоро обедать... - Мари, который час? - спросил Джейк, держа в руке левитатор. - Девять часов и двадцать три минуты, - не промедлила та с ответом. "Пора или нет?" - подумал Джейк, кладя левитатор на стол. В принципе, девять утра - это не так уж и рано. Но с другой стороны, Джейк знал немало людей, способных спать и до полудня. И всё-таки, может, всё же, попробовать понадеяться на удачу, пусть Джейк, как законченный материалист, отрицал её существование всегда, ни к кому не обращаться и попытаться всё сделать самому, так, как Джейк и привык? Но всё же желание знать чётко, что же творится, и уже на основе этого принимать решения, оказалось для Джейка сильнее собственной социофобии. Отбросив последние остатки сомнений, изобретатель отдал Мари приказ: - Свяжись со Стивеном. Мне надо кое-что спросить у него, - уклончиво сказал Джейк и подошёл к панели стереофона. "Начат стереовызов. Пожалуйста, не отключайте связь", - загорелись голографические буквы над стереофоном. И, ожидая, пока нейропсихолог ответит ему, Джейк снова ощутил навязчивое желание бросить эту затею, как-нибудь разобраться самому - всё равно, как, только не приплетая к этому других людей! Может, и в самом деле отключить канал, пока не поздно, пока Стивен ещё не успел ответить, не оставляя ему даже сообщения?.. Но тут его размышления прервал довольно странный звук, подобный тому, с каким шпили администрации Города разворачивали голограмму. Но только в этот раз с таким звуком перед Джейком возникло изображение Стивена. В домашней одежде, с кружкой кофе в руках, нейропсихолог смотрел на Джейка несколько заспанно. - Доброе утро, Джейк, - сказал Стивен и зевнул, прикрыв рот свободной рукой. - Я разбудил вас? Стивен яро затряс головой, даже как-то излишне наиграно: - Нет-нет, не переживайте, просто мне требуется много времени, чтобы проснуться. Так что вы хотели? Джейк потёр руки: - Я всё опять же по поводу нашего фантома. Надеюсь, наши программисты его ещё не убрали? Перед тем, как ответить изобретателю, Стивен отхлебнул кофе из своей чашки, а затем с него словно бы сразу слетели все остатки сна. Взглянув на Джейка не без доли страха, он сказал: - От вашего фантома одни только беды. Джордж говорил, что они пытались было его убрать, или хотя бы выяснить, что он такое, но всё безуспешно. С технической стороны он не подходит ни под какие критерии... - Ну так оно и естественно, - пожал плечами Джейк. - Это же сознание, настоящее живое пусть и неактивное сознание. Стивен вопросительно и в то же время осуждающе посмотрел на изобретателя. Расценив этот взгляд правильно, Джейк поспешно извинился. - Прошу прощения. Продолжайте. - Джордж просто намучился с вашим фантомом! - укоризненно сказал Стивен. - Он хотел отключить Портал, чтобы получше понять, что там творится, и как его работа связана с фантомом, но Мэр сказал, что после того, что произошло, он не позволит больше никому вмешиваться в работу Портала. Тогда Джордж попросил у Мэра разрешение связаться с реальным миром и спросить у них, не могут ли они разобраться с проблемой, но там тоже лишь развели руками. В итоге он, да и другие программисты, решили просто плюнуть на этого фантома. - Неплохо-неплохо, - протянул Джейк, разминая пальцы. - Вы, надеюсь, ничего им не сказали по поводу моей теории? Стивен вздохнул, поправляя свою и без того мятую футболку, словно бы она от этого стала хоть немного ровнее. - Я хотел, - признался он, но, завидев нехороший огонёк в глазах Джейка, поспешно добавил: - Но я этого не сделал, так как всё же обещал вам молчать. Вместо этого я даже попросил Джоржа дать точную траекторию перемещений этого фантома. Высылаю вам. Раздался сухой щелчок, а следом за ним Мари сразу же сказала: - Файл принят. Открыть? - Давай, - сказал Джейк. Прямо над головой Стивена возникла ещё одна голограмма. Это был небольшой синего цвета лист, в центре которого было схематичное изображение Портала - рисовавший явно решил не заморачиваться с копированием карты Города, которая имелась у всех, а просто набросать всё побыстрее. И вокруг Портала в кажущемся на первый взгляд хаотичном порядке были изображены точки - те места, где фантом и возникал. Джейк даже прищурился, внимательно её изучая. - Я бы не сказал, что она ходит по кругу, - задумчивым и отвлечённым тоном произнёс изобретатель. - Уж куда больше её траектория напоминает знак бесконечности, пусть и весьма кривой. С этими словами Джейк отошёл чуть в сторону, взял со стола свою голографическую ручку и уверенным движением соединил все точки в одну линию. Получившаяся фигура в самом деле сильно напоминала знак бесконечности, но его контуры казались какими-то щербатыми, словно бы кто-то вырезал из него целые куски. - Довольно любопытно, - оценил фигуру нейропсихолог. - И вместе с тем плохо, - мрачным тоном парировал Джейк. Стивен даже отступил на шаг: - Это же почему? Джейк вздохнул, взял ручку поудобнее и приготовился объяснять: - Видите ли, как я говорил, фантом - это, по сути, спящее сознание. И его движения непроизвольны, они совершаются по ряду неких переменных, угадывать которые я сейчас не собираюсь. Это довольно долго объяснять, да и не моё это поле деятельности, но, проще говоря, перемещениями таких вот фантомов руководит математика и только. Судя по всему, некий сценарий выписал фантому именно такой маршрут - в виде знака бесконечности или восьмёрки, тоже смотря с какой стороны к нему подойти. И вот эти места, в которых появляются эти самые вырезы, или погрешности, говоря научным языком, - с этими словами Джейк обвёл в круг одно особо большое углубление, - и есть те самые точки пространства, в которых фантом словно бы забывает свою переменную, подставляя вместо неё любое случайное число - но, как вы видите, меньше данного ему самим кодом Города. Услышав это, Стивен чуть было не уронил свою кружку с кофе, но вовремя успел совладать с собой. Сделав как можно более безразличное лицо, он задал вопрос, хотя голос его явно дрожал: - Это... это проблемы с Городом? - Нет, - отмахнулся от него Джейк. - Тут уже идёт чисто математика. Если фантом берёт число, равное тому, что задаётся ему скриптами, - то он абсолютно стабилен, какой попал в Город, грубо говоря, таким и остался. Если же большее - то он развивается, активировав его, мы получим личность, куда более развитую, чем та, что была. Ну а если уменьшается - то фантом, грубо говоря, деградирует, Представьте себе мешок с зерном, - неожиданно заявил Джейк, увидев удивлённый взгляд Стивена, - в боку которого сделана дыра. Если вы его понесёте куда бы то ни было, зерно будет сыпаться, и чем больше то расстояние, на которое вы собираетесь его отнести, тем больше высыпется из него зерна, а может и вовсе случиться так, что и всё зерно рассыплется по дороге. Вот так же и наш фантом. Сдерживающая его программная оболочка - мешок, сам он - зерно. - Но как такое происходит? Почему этот фантом... - начал было Стивен, но тут, взглянув на Джейка, оборвал себя на полуслове. Глаза изобретателя были хитро прищурены, а сам он улыбался нехорошей улыбкой, в которой издёвки было куда больше, чем теплоты. - Я надеялся, - вкрадчивым тоном сказал Джейк, - что именно вы и дадите мне ответ на этот вопрос. Стивен постарался в ту же секунду взять себя в руки. Итак, что там говорил Джейк? Фантом - это разум девушки, у которой случился разрыв сознания при переходе в Город. Перемещается по отведённой ему скриптами Города, в которые он явно попал, как в тиски, траектории. Пока что неактивен. С каждым новым перемещением теряется хоть какой-то фрагмент её памяти. Джейк сравнивает такое с дырявым мешком, из которого сыплется зерно... "Интересно, он проверяет меня на прочность, или же в самом деле не знает ничего?" - невольно задал себе сам вопрос Стивен, но лёгкий испуг, с которым, собственно, Стивен всегда разговаривал с малообщительным Джейком, который, похоже, многословно умел лишь рассказывать о чём-то, так или иначе связанном с его наукой, прошёл очень быстро. Посмотрев прямо в прищуренные зелёные глаза изобретателя, он сказал уверенным тоном: - Похоже на то, что всё дело в разрыве сознания, Джейк. Мы же так и не изучили его, просто старались избежать, полагая, что он равносилен смерти. Как видите, мы ошибались, и сильно ошибались, но... Похоже, этой девушке при переносе сильно повредило разум, и это какое-то чудо, что остаткам его удалось попасть между скриптами Города. Но, наверное, её разум раскололся на множество маленьких осколков, которые скрипты удержать не могут, и потому каждый раз какая-то её частичка улетает... Хитрая, нехорошая улыбка сошла с лица Джейка так же быстро, как и появилась, сменившись его обычным несколько отрешённым и неприветливым выражением лица. Посмотрев куда-то в сторону, он спросил спокойным тоном: - Мари, ты это записала? - Да, хозяин, - раздался её ответ. Уверенным взмахом руки Джейк переместил голограмму, присланную ему Стивеном, к стене, и сказал: - Я думал несколько иначе, - произнёс он, даже не глядя в сторону рисунка. - Считал, что она отчасти становится частью Города, то есть, сценарии, обладающие большой динамичностью, просто медленно перемалывают её в себя, как любой чужеродный им объект. Нейрологическую часть я явно не учёл. Спасибо, Стивен. До свидания, я ещё свяжусь. - До свидания. Услышав это, Джейк закрыл свой канал связи, отключил стереофон, положил свою голографическую ручку на стол и взял вместо неё паяльник. На доделывание сканера должно уйти в лучшем случае два-три дня, на оптимизацию и окончательную сборку всех компонентов телепорта - чуть меньше месяца. Джейк не знал, чем это будет чревато, не знал, в каком состоянии к нему попадёт фантом Ребекки, но одно он понимал чётко - не стоит распыляться на несколько проектов. Джейк запросто мог бы сейчас махнуть на телепорт рукой, решив оптимизировать его в другое время и вплотную заняться превращением себя в виртуала, но для него бросить недоделанную работу было равносильно предательству самого себя. Сейчас, подсоединяя новые микрочипы, отвечающие за равномерное распределение энергии, к разъёмам, Джейк даже и не сомневался, что ему удастся заполучить себе разум погибшей девушки. А в каком состоянии - это его волновало меньше всего. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 5 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 5 июля, 2012 Глава пятнадцатая, где мы немного расправим крылья. Хотя Джейк и убеждал самого себя в том, что сможет собрать и подсоединить сканер за два-три дня, на деле у него ушла на это аж целая неделя. Нет, полностью улучшить показатели сканера, "научив" его не то что одно яблоко от другого отличать - пылинку перенести без смешивания её частиц с чем бы то ни было, он смог быстро. Но из-за новых энергоблоков, а потому и некоего избытка энергии телепорт опять начал работать нестабильно, угрожая взорваться в любой момент. Из-за этого Джейку пришлось изготовить дополнительный стабилизатор и подсоединять и его к куче других деталей телепорта. - Вроде бы, теперь всё должно работать, - сказал Джейк, которому эта несложная, но в высшей степени однообразная и утомительная работа успела уже несколько приесться. - Мари, каковы будут ощущения людей, воспользовавшихся телепортом? - Я не буду давать оценку такого состояния, - уклончиво начала Мари, - но это будет что-то схожее с полётом на автобусе с огромной скоростью. - А боль? - задал новый вопрос Джейк, явно не особо удовлетворённый её ответом. - Никаких болевых ощущений, - заверила его Мари. - Расщепление абсолютно безопасно, вы здесь хорошо поработали, а теперь ещё и надёжно. Из неприятных ощущений могут возникнуть только тошнота и небольшие нарушения координации у детей младше семнадцати лет, тех, кто в реальной жизни был инвалидом, и пожилых. Джейк постучал пальцами по столу, а после - обратил свой взгляд к стене, вдоль которой висели его же собственные чертежи и вычисления. - Давай сюда листы с пятидесятого по шестьдесят третий, - резко сменил он тему разговора. - Начнём оптимизацию имеющейся у нас техники... Некогда почти абсолютно пустой коридор, по которому не так часто ходили люди и когда-то давно любил играть с друзьями Джерри, теперь не пустовал почти никогда. День за днём подросток притаскивал сюда на себе мистера Салливана, сажал рядом с собой на металлическое откидное сиденье и начинал просто говорить обо всём, что приходило ему в голову. В первые два дня Джерри казалось, что это место, так многое для него значащее, а оттого и обладающее особой, довольно позитивной некогда атмосферой, в самом деле сможет его отцу помочь встать на ноги, но сейчас это начало перерастать во что-то вроде привычки у него. Этакий ритуал, без которого день днём не стал бы никогда. Но сейчас, болтая ногами, свисающими с сидения, и поддерживая одной рукой мистера Салливана, которому явно было ни холодно ни жарко от того, что с ним делал Джерри, подросток понимал, что говорить ему просто стало не о чем. Молчать он не мог, благо в тягостном молчании уныние легче заползало в его душу. И в тот день, судорожно копаясь по закоулкам своей памяти, пытаясь вытянуть хоть какую-то случавшуюся с ним за пятнадцать лет историю, Джерри с грустью для себя подумал, что по сути он в жизни-то не видел ничего. До событий последних дней сам себе со стороны он казался далеко не таким, каким видел себя сейчас, - Джерри видел в себе умного знающего жизнь молодого человека, с которым случалось очень много чего, и который сможет поддержать абсолютно любую тему разговора. А теперь, стараясь взглянуть на себя со стороны, Джерри понимал, что по сути он ребёнок. Маленький и глупый ребёнок, решивший, что хотя бы даже побег из дома на пару часов в соседний коридор - вот уж что точно мало у кого было! - можно запросто назвать ярким событием в жизни, тем, что в самом деле можно будет вспомнить в старости может, с некоей долей стыда, а, может и с восторгом и гордостью за себя самого. Не найдя ни одной достойной темы для обсуждения, Джерри начал говорить просто о том, что творилось у него в голове: - Мне раньше казалось, что я в самом деле могу быть интересным. Ну что там любую тему в разговоре смогу поддержать, и всё такое. А сейчас понимаю, что я самый обычный неудачник. Прости, пап, я сегодня ничего сказать тебе не смогу. Тяжело вздохнув, Джерри посмотрел на свои руки - с почти пергаментной кожей, исхудавшие, с обгрызенными ногтями. - Если бы только... - продолжил было он, снова поднимая голову, но тут неожиданно раздался громкий женский крик откуда-то сзади: - Да надоели уже всякую ахинею нести тут! Каждый раз, с одиннадцати до часу, вот как будто расписание там у него какое-то! Сэм, да посмотри ты уже наконец, кто там! - Сейчас узнаем, - вальяжно, пусть и несколько шепеляво произнёс другой голос, уже мужской. "Они же это не ко мне, да?" - подумал Джерри с какой-то твёрдой уверенностью. Ведь в самом деле, не могли же его далеко не самый громкий голос услышать те, кто жил в этом коридоре? Стены бункеров обладали звукоизоляцией, которая, пожалуй, могла потягаться и со звукоизоляцией какого-нибудь сверхсовременного силового поля, одного из немногих детищ Города, доставшегося и реальному миру. Но тут откуда-то справа раздались громкие шаркающие шаги по коридору, и не успел Джерри обернуться, как кто-то громко его окликнул: - Эй, парень! Вздрогнув, Джерри обернулся, а после - буквально почувствовал, как его лицо от стыда покрывается красными пятнами. Сбоку от него в полумраке стоял мужчина - не самый старый, похоже, даже моложе мистера Салливана, но явно за собой не следивший уже не первый месяц. Среднего роста, с широкой лопатообразной бородой с остатками еды в ней, с водянистыми глазками и одетый в невероятно вытянутую и грязную светло-серую водолазку и такие же растянутые спортивные штаны, сейчас он смотрел на Джерри так, будто бы поймал паренька за чем-то в высшей степени недопустимым для общества. - Это ты сюда каждое утро приходишь и начинаешь... Э, а кто это с тобой? - глупо спросил мужчина, которого, как понял Джерри, и звали Сэм. - Мой отец, - холодно ответил подросток. Я прихожу сюда только для того, чтобы вдали ото всех поговорить с ним. Он очень тяжело болен, и я надеюсь, что так помогу ему выздороветь. Вот и всё. Джерри ожидал, что его речь произведёт хоть какое-то впечатление на мужика. Но тот лишь рассмеялся громким смехом, совершенно не похожим на человеческий - такие звуки могло издавать только какое-нибудь животное, да ещё и не слишком чистоплотное. Джерри почувствовал, как его щёки начинают гореть со стыда ещё сильнее. - Ой, умрёшь с тобой... - сквозь выступившие от смеха слёзы проговорил Сэм. - А это... а что с твоим отцом-то? - неожиданно начал успокаиваться невоспитанный. - Радиация, что ли? "Да, радиация!" - хотел было крикнуть в лицо малоприятному мужлану Джерри. Но тут ему в голову пришла простая мысль: а что если крикун на самом деле испугается и позовёт охрану бункеров? А вот они-то тогда уж точно отберут мистера Салливана у его сына. А потому, не желая злить Сэма, Джерри спокойно ответил ему: - Нет. Просто психическая травма. - Да оно по тебе и видно! - снова заржал мужик. - Ты в него пошёл - такой же идиот, сам с собой тут разговаривающий. Мы с женой-то сначала удивились, всё думали, кому ж пришло в голову тут с самим собой говорить. Сначала удивлялись, потом смешно стало, а теперь достал ты нас, мальчик. Пори свою ерунду про жизнь в другом месте! - А как вы меня услышали? - глупо спросил Джерри, испытывая навязчивое желание ударить мужика прямо по лицу, но всё же понимая, что с таким бугаем ему не совладать никогда. - А ты наверх посмотри! - снова рассмеялся Сэм. Забыв про своего отца, Джерри встал с сидения, чуть отошёл и поднял голову. И тут же ему стало ещё более стыдно, чем было раньше. Прямо над тем местом, где он, Джерри, сидел только что, было вентиляционное отверстие, большая грубая проржавевшая металлическая решётка. Теперь стало понятно, почему все, кто жил в бункере позади Джерри, прекрасно слышали все его речи на протяжении последних дней. - Забирай своего папашу, - последнее слово Сэм произнёс с особым отвращением, - и убирайся отсюда. Ещё раз тебя здесь увижу или услышу твой поганый писк о том, как вы тут друг другу в детстве драли задницы, я тебе сам всё что захочешь надеру. Больше всего Джерри боялся, что Сэм засмеётся опять, но грубиян лишь смачно плюнул на пол и ушёл, что-то раздражённо бубня себе под нос. А Джерри, взвалив бесчувственное тело своего отца на плечи, медленно поплёлся в свой бункер. Ему не было больно не столь от грубости или издёвок Сэма, от которых в его душе осталось сейчас тянущее грызущее сердце унижение. Ему было больно больше от того, что его, по сути, сейчас лишили единственной связи с детством. Тот самый коридор теперь вряд ли когда-либо ещё будет у него, Джерри, ассоциироваться с теми далёкими беззаботными годами. Либо то, как он пытался здесь вытащить своего отца из той пропасти, куда вогнала его смерть Ребекки, либо с хамом Сэмом, которому, похоже, на чужое горе было даже не наплевать. Точно так же, как представительству Города в реальном мире, - для него это была лишь потеха, повод посмеяться, поглумиться, - и не более того. - Мы ему покажем, кто будет смеяться последним. Да, папа? - спросил подросток, когда коридор уже скрылся в полумраке. Собственное гулкое эхо, отзвучавшее от металлических стен, послужило ему ответом. Глядя на всё то, что он проделал за этот день, Джейк был готов даже похвалить самого себя, что делал нечасто. С утра и до позднего вечера, наступления которого Джейк даже заметить не успел, изобретатель готовил свой телепорт к одному из последних и самых важных шагов - оптимизации всех его деталей. Да, всё созданное Джейком работало просто превосходно, но при улучшении все приборы существенно прибавили в габаритах и энергозатратах. Весь ближайший месяц Джейк собирался потратить на калибровку и уменьшение каждого прибора, затем - несколько усовершенствовать корпус телепорта и предоставить его Мэру, который потом созовёт всех работавших над Городом учёных и бывшее правительство Земли на презентацию нового изобретения. А уже на следующий день искусственные интеллекты будут изготавливать по образцу телепорты, чтобы затем устанавливать их в каждой важной точке Города, а заодно и выводить автобусы из эксплуатации... Мысль о презентации даже заставила Джейка поморщиться - ведь он на дух не переносил людей, а чем больше их было, - тем крепче была его к ним неприязнь. Джейк подумал было, что надо хотя бы попросить Мари подготовить ему хорошую речь для выступления, но всё же решил не думать сейчас о всякой ерунде, а вернуться к работе. Пока изобретатель даже не прикасался к обесточенным приборам телепорта, лежавшим на его столе, а работал только с расчётами, постоянно внося в них что-то новое, исправляя, а то и вовсе уничтожая целые части текста. Ведь куда проще было трижды перепроверить сейчас теорию, чем потом переделывать всё изобретение фактически с нуля - в работе Джейка порой случалось даже и такое. Джейк всегда брался за оптимизацию в самую последнюю очередь, пусть она порой и требовала по сути сначала разобрать до винтика, а потом собрать обратно всё изобретение целиком. Ведь всё же куда проще было заниматься изменением или даже параллельным улучшением чего-то уже существующего, чем одновременно изобретать или хотя бы даже перерабатывать то, что до этого работать отказываясь, заодно думая, как бы сделать всё так, чтобы было красиво. - Все листы мне стопкой над столом, - велел Джейк. И тут же тот лист, с которым он работал, словно бы не обращая внимания на изобретателя, с еле слышимым свистом переместился чуть наверх и вправо и завис прямо идеально над столом изобретателя. - Всё готово, хозяин, - учтиво ответила ему Мари. - Спасибо. Тогда готовься к завтрашнему дню. Я проверю теоретически ещё пару вещей, а затем будем работать с техникой, - начал выкладывать свои планы на грядущий день Джейк. - А если конкретно - то начну я с объединения ускорителя и расщепителя в одно устройство. Весь день Джерри промаялся, вспоминая слова грубияна Сэма. Голос разума упорно кричал подростку, что на деле проблема и яйца выеденного не стоит, что Сэм, явно умом не шибко блещущий, уже давным-давно забыл и про мальчишку, и про его отца, но Джерри продолжал накручивать себя, думая, что Сэм так же постоянно думает об этой встрече в коридоре, раз за разом обсуждая со своей тоже, похоже, недалёкой жёнушкой - или кем ему приходилась та женщина, которой и помешали разговоры мальчишки с его отцом? - и смеясь над тем, какого идиота Сэм встретил сегодня. "Никогда не думал, что так от мнения других завишу!" - со злостью на себя подумал Джерри. А затем - ему в голову пришла другая мысль, странно холодная и даже отчасти жестокая: оказывается, беды не только закаляют характер, но и позволяют глубже познать самого себя. Своего рода шанс перестроить себя изнутри, имея в основе размятую проблемами массу своего же характера. Отмахнувшись от мрачных мыслей, Джерри впервые за долгое время включил старый компьютер отца и стал ждать, пока он медленно включится. В отличие от голографических панелей, реагирующих на определённые жесты, голосовые команды, слова или даже целые самые разномастные предложения, этой машине ещё требовалось вручную дать запрос, ждать едва ли не минуту, чтобы получить на него ответ, а соединение с сетью надо было производить вручную, и оно по скорости уступало всей новейшей технике в разы. Но вот, наконец, компьютер заработал, соединение с сетью было установлено. Сам не зная, зачем от делает это, Джерри открыл почту своего отца. Какое же это горьковато-забавное чувство - находиться в виртуальном почтовом ящике кого-то, кто сейчас больше похож на мертвеца, чем на живого человека, видеть сейчас его письма, электронные адреса тех, кому он писал, отчасти получать часть энергетики его чувств, заключённой в этих письмах. Словно бы на какой-то промежуток времени вторгаешься в чью-то чужую жизнь, примеряешь на себя шкуру этого человека. А для Джерри этот ящик был, по сути, единственным доказательством того, что вот когда-то его отец по-настоящему жил, что это рука мистера Салливана набирала эти буквы, отправляла письма адресату. Всё тут осталось нетронутым, время здесь словно замерло в тот злосчастный день, когда искусственные интеллекты принесли весть о смерти Ребекки. Последнее прочитанное мистером Саливаном письмо - и нет ответа. То ли не успел дописать, то ли даже ответить - сейчас сказать это было невозможно. Но в папке "Входящие" лежала целая куча неоткрытых писем - всё, что друзья или знакомые мистера Салливана присылали ему за это время. "Могли бы хоть прийти, посмотреть, что случилось, или хотя бы позвонить..." - подумал Джерри, не решаясь открыть ни одно из этих писем. Если его отец выздоровеет - он сам всё прочтёт. А если же нет, - только представив это, Джерри содрогнулся от ужаса, - то тогда Джерри ничего не останется, кроме как всё равно оповестить всех друзей своего отца о его смерти. Но одно письмо привлекло его внимание. В поле "Отправитель" было чётко написано "Энтони Николсон", а тема читалась не иначе как "Для Джерри Салливана". Сильно удивившись, Джерри открыл его, мысленно попросив прощения у отца, и начал читать: "Мистер Джерри Салливан, Я прекрасно понимаю, почему вы не хотите принимать мою помощь. Что же, это ваше право. Но, однако, я бы не хотел, чтобы вы и ваш отец, который, как я надеюсь, чувствует сейчас себя лучше, чем в момент нашей последней встречи, оставались в неведении касательно произошедшего с вашей сестрой. Я смог связаться с Мэром Города и выпросить у него кое-какую информацию по этому поводу..." Дальнейшее Джерри читать просто не смог. Закрыв почтовый ящик и отключив соединение с сетью, мальчик отпрыгнул от компьютера, как от опасной ядовитой змеи, и, смотря с ненавистью на кусок железа, монитор которого всё ещё сиял ровным светом, и с ненавистью выпалил: - Хватит терзать нас! Сволочь! Мы хотим просто теперь жить спокойно, как все люди, не имея ничего общего с вашим поганым Городом! Чуть отдышавшись, Джерри внезапно почувствовал себя виноватым за свой срыв. В последнее время что-то такое творилось с ним постоянно - сказывалось нервное истощение и выпавшие на его долю испытания. Виновато покачав головой, Джерри выключил компьютер и подошёл к своему отцу, который, как то обычно и было, лежал на кровати, смотря в потолок: - Прости, пап, я сорвался. Похоже, я стал таким, как Ребекка, - сказав это, Джерри даже печально улыбнулся. - Но прости, они в самом деле вывели меня из себя. Понимаешь, сейчас Энтони прислал мне письмо на твою почту. Ты ведь помнишь Энтони? Тот самый, что работает в Го... Джерри не договорил, а лишь отскочил от своего отца, с трудом борясь с желанием просто завизжать как девчонка. Что это было только что? Джерри подвели его уставшие глаза или же всё так только что и было на самом деле. Мальчик тяжело дышал, не в силах поверить своим чувствам, но он готов был поклясться - только сейчас мистер Салливан посмотрел на него с искрой прежней твёрдости во взгляде, а его губы легко пошевелились, словно бы мужчина хотел что-то сказать! Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 6 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 6 июля, 2012 Глава шестнадцатая, где мы поразмышляем о напрасном. Но уже на следующее утро Джерри понял, что, похоже, то, что его отец пытался с ним заговорить, ему лишь показалось. Мистер Салливан всё так же лежал на кровати, совершенно недвижимый, и чем дольше получивший неожиданную надежду Джерри пытался разговорить его, надеясь, что он всё же идёт на поправку, тем больше у того же Джерри опускались руки. За неделю в состоянии его отца не изменилось абсолютно ничего - он был всё таким же, по сути, растением, абсолютно никак не воспринимающим то, что творилось вокруг него. Джерри повернулся на своей кровати на другой бок и посмотрел на электронные часы, всегда бывшие у него на руке. Шесть утра. Начинается очередной тяжёлый день, в котором будет только вязкая скука, смешанная с тоской. Если бы только была возможность эти самые дни поставить на что-то вроде перемотки, ускорить их ход, только бы хоть что-то случилось и вытянуло его, Джерри, из этой пропасти! Как же отчасти жестоко вышло - мальчик пытался спасти своего отца, а в итоге, похоже, валится в никуда за ним следом. Уткнувшись носом в сторону стены, Джерри решил попытаться снова заснуть и не просыпаться раньше одиннадцати утра - чтобы хоть как-то сделать этот день короче. Однако навязчивое ощущение того, что за ним кто-то наблюдает, не покидало его. Списав это на собственный недосып и нервы, Джерри закрыл глаза и уткнулся в подушку - совершенно не мягкую, но лучшего мальчик даже и желать не мог. И тут неожиданно сзади раздался слабый голос: - Дж... Джерри... Желание уснуть тут же сменилось любопытством. Чуть приподняв голову от подушки, Джерри медленно обернулся, но то, что он увидел, едва ли не заставило упасть его с кровати. Прямо сзади него стоял мистер Салливан - всё такой же худой, с измождённым лицом землистого цвета, но в глазах его горел вполне живой огонёк, а на губах играла полуулыбка, с которой он сейчас смотрел на своего собственного сына, все последние полтора месяца самоотверженно за ним ухаживавшего. - П-п-папа, это правда ты? - заикаясь от испуга, спросил подросток, всё ещё не в силах поверить в реальность происходящего. - Да. И теперь со мной всё будет в порядке, - коротко ответил мистер Салливан. Вместо ответа Джерри вскочил с кровати и крепко обнял своего отца. И чем дольше он прижимался к нему, тем сильнее в его душе радость заменялась каким-то другим, крайне непонятным чувством. Что-то вроде вины за сложившиеся обстоятельства и неподготовленности к ним. Джерри почему-то казалось, что он якобы пошёл на уступку перед кем-то ради того, чтобы его отец к нему вернулся, но почему именно появилось это чувство, - мальчик не знал. По сути, это радостное событие нарушило уже ставший привычным ему печальных ход жизни, а к новому Джерри подготовиться не успел. - Пошли завтракать, - коротко сказал мистер Салливан. Всё ещё не в силах одолеть собственные чувства, а оттого и сказать что-либо вразумительное, Джерри пошёл за своим отцом к столу. В структуре сейчас лежавшего перед Джейком устройства, кажется, разобраться мог только сам изобретатель - уж очень сложным оно выглядело. В диковинном сплетении проводов, микрочипов, каких-то плоских сенсорных панелей панелей, вокруг которого обвивались, словно какие-то рёбра, толстые трубки, наполненные ярко-белым и в то же время чуть отсвечивающим голубоватым веществом, взгляд терялся, глаза разбегались, не зная, на чём сфокусироваться. Всё, что более-менее сразу бросалось в глаза и расположение чего было более-менее понятно, - это тех самых белых трубок, системы охлаждения, над улучшением которой Джейк и начал работать этим утром. - Вроде, так получше. Когда теперь произойдёт перегрев? - спросил изобретатель, отирая пот со лба. - После двадцати телепортаций подряд, - коротко ответила Мари. От злости и отчаяния, неожиданно накативших на него, Джейк хотел было стукнуть по столу, но стоило ему лишь занести над столом кулак, как собственный же голос разума напомнил изобретателю, что он может просто уронить то, над чем работал, на пол и разбить. Отдышавшись и скрипнув зубами от негодования, Джейк снова обратился к своей помощнице: - Этого мало, мне надо, чтобы было примерно сорок при том же весе и габаритах. Давай ещё этого охлаждающего газа и немного повысим его плотность. - Принято, хозяин, - ответила Мари. Белое вещество в трубках моментально начало двигаться, раздалось еле слышимое шипение, а руке изобретателя, которую он не успел отодвинуть от собственного изобретения, даже стало немного прохладно. Но Джейка сейчас волновало не это. Изобретатель смотрел чуть в сторону, на край стола, куда и были отодвинуты все остальные компоненты телепорта, кроме его немаленький верхней панели, дожидающиеся своей очереди на улучшение. Но даже не они интересовали Джейка сейчас. Чуть в стороне от приборов лежали детали от корпусов двух деталей - блестящие, изящные, но кажущиеся сейчас Джейку такими громоздкими, занимающими лишнее место внутри его телепорта. И это было далеко не без основания. Изобретателю за четыре дня удалось воплотить почти до конца свой давний замысел - объединить ускоритель частиц и расщепитель в одно устройство, питающееся от одного источника, затрачивающее куда меньше энергии, сильно уменьшенное и облегчённое, но с серьёзными проблемами в плане охлаждения, как понял сейчас Джейк. "Как бы ещё всю систему энергоснабжения не пришлось переработать", - подумал изобретатель. Мельчайшие погрешности, которые запросто прощала теория, не прощала реальность, собравшись воедино, могли запросто разрушить всю работу на корню. Нет, всё же работа над мгновенным переносом физического тела из одной точки в другую была не так проста, как ещё не так давно казалось изобретателю. Мистер Салливан совершенно не помнил, так что же с ним произошло. Последнее, что сохранила его память, - это то, как он выходил от Энтони в зал с криокапсулами. А дальше была только чернота, словно бы кто-то взял и вырезал из его памяти целый месяц. И за завтраком, слушая рассказы собственного сына о том, как он пытался его выходить, мистер Салливан отчего-то не чувствовал совершенно ничего. Будто бы Джерри рассказывал ему какую-то историю - пусть и страшную, чудовищную, но не случавшуюся на самом деле. А Джерри на протяжении всего рассказа била крупная дрожь, он периодически замолкал, пытаясь отдышаться, говорил сбивчиво и довольно часто перескакивал с пятого на десятое - настолько сильно он нервничал, боялся, что вновь обретённый отец вновь исчезнет, и потому просто не мог собрать свои мысли в кучу. Очевидно, эти события в самом деле оставили след в душе Джерри, поскольку это был не совсем тот Джерри, которого знал мистер Салливан. Мужчина хотел после завтрака, как обычно, поработать за своим компьютером, но Джерри принялся на редкость яро уговаривать его пойти с ним. Это было ни в коем разе не проявление эгоизма и даже не своего рода желание похвастаться - подросток не хотел, чтобы его отец увидел письмо Энтони, которое он сам, Джерри, забыл удалить, разозлившись на представителя Города до крайности. Сейчас то странное чувство неподготовленности к новому витку в жизни прошло, и Джерри чувствовал даже гордость за себя самого. Словно бы он смог что-то сделать вопреки этому миру, одолеть непреодолимое. И первое, что решил сделать Джерри, - навестить миссис Райли, которая утверждала, что у мистера Саливана никаких шансов на выздоровление нет. - Она говорила, что ты вроде бы живой, а на деле мёртвый. Что мозги работают, а тело погибает... - вспомнив это, Джерри даже замолчал, не желая, чтобы мистер Салливан услышал, как дрожит голос его сына. - И вот пусть теперь посмотрит, как она ошибалась... Мистер Салливан молчал. Последствия шока для него всё же не прошли даром. Во всём теле всё ещё чувствовалась слабость, а мир в его глазах стал каким-то странным. Он совершенно не расплывался, как, казалось, должно было бы быть, а наоборот - приобрёл на редкость чёткие очертания. Словно бы контур каждой вещи стал острее. И каждое слово, которое доходило до его ушей, тоже звучало как-то громко и, казалось, било по самому центру мозга слово молоток. - Помолчи, Джерри, - коротко велел мистер Салливан своему сыну. - У меня сильно болит голова. - Ты в порядке, папа? - обеспокоенно спросил Джерри, останавливаясь. Мистер Салливан тяжело вздохнул и раздражённо посмотрел на своего сына. Из-за своего подросткового максимализма мальчишка явно принял всё слишком близко к сердцу и даже сейчас видел в своём отце немощное существо, нуждающееся в его опеке. И объяснять ему, что он не прав и сейчас может расслабиться, было бесполезно, - все слова всё равно пройдут мимо его ушей. - Где там её бункер-то... начал торопливо говорить Джерри, стоя напротив столовой. - Так пятая, ой, чёрт, четвёртая, вроде бы, дверь слева, помню, там ещё на стене рядом такое большое тёмное пятно было... пап, пошли! Не глядя на то, идёт ли за ним мистер Салливан или нет, Джерри пошёл дальше по коридору, смотря на двери и отсчитывая их: - Так, вот это первая... или от какой я там считал? Ладно, один, два, три, четыре... Да! Я же говорил! Вот оно - это пятно! Пап, ну иди сюда! - расстроенно крикнул подросток, увидев, что его отец всё так же стоит у двери столовой, словно бы и не обращая на своего сына никакого внимания. С трудом удерживая навязчивое желание просто взять и уйти, мистер Салливан подошёл к своему сыну, который сейчас одной рукой стучал по двери бункера, а другой давил на маленькую кнопку-звонок рядом с ней. - Миссис Райли, откройте, пожалуйста! Это Джерри и его отец! Помните, вы нам ещё помочь хотели? Откройте, прошу вас, у меня тут для вас сюрприз! Но когнитивный психолог так и не спешила на зов. Однако, несмотря на это, Джерри сдаваться не собирался. Отчаявшись достучаться до неё кулаком и звонком, Джерри начал пинать дверь ногой, отчего гул и тряска передавалась чуть ли не всему коридору: - Миссис Райли, ну где вы там?! Ну откройте, пожалуйста, уже десять утра! И тут мистер Салливан решил, что пора прекращать эту клоунаду, развёрнутую непонятно вокруг чего. Решительным шагом подойдя к Джерри поближе, он взял его за плечо, развернул себе и сказал твёрдым голосом: - Хватит фокусничать. Пошли домой. - Но папа!.. - попытался было возразить Джерри, делая вид, что не замечает строгий взгляд отца. Однако, договорить он не успел, поскольку дверь в бункер, где жила миссис Райли, начала со скрипом открываться. - Миссис Райли! Доброе утро! - снова затараторил Джерри. - Смотрите, кого я к вам привёл... Джерри осёкся на полуслове, лишь взглянув на нейропсихолога, стоявшую в дверях. От той элегантной пожилой женщины, у которой Джерри уже довольно давно просил помощи, сейчас не было и следа. Вместо неё стояла заспанная старуха с помятым лицом, торчавшими дыбом волосами и полузакрытыми глазами, которыми она смотрела на Джерри несколько ошалело. Одета она была в длинный мягкий белый домашний халат, из-под которого были видны её худые ноги, обутые в уютные домашние тапки. Халат был перевязан поясом небрежно и чуть свисал с одного плеча, сама миссис Райли не успела привести себя в порядок, - всё говорило о том, что Джерри сейчас просто разбудил человека. - Эм-м... нерешительно начал подросток. - Доброе утро, миссис Райли... - Джерри! - удивлённо воскликнула она. - Здравствуй. У тебя что-то случилось? Джерри хитро подмигнул ей: - Ну да, случилось. Только хорошее. Смотрите, кого я привёл! - выпалил подросток и показал ей на мистера Салливана, стоявшего чуть с краю. Миссис Райли явно была ошарашена. Пару раз удивлённо моргнув, она протёрла глаза, то ли пытаясь избавиться от остатков сна, то ли убедиться, что зрение её не подводит. А мистер Салливан тем временем подошёл к ней и крепко пожал ей руку: - Грегори Салливан. Рад познакомиться с вами, миссис Райли. - Она нейропсихолог, очень умная, - принялся расхваливать миссис Райли Джерри. - Если бы я неё не встретил, то я бы просто с ума сошёл, честно. По сути, она тебя и спасла, пап. - Прекрати, - коротко оборвал своего сына мистер Салливан. - Миссис Райли, если Джерри в самом деле говорит правду, я бы хотел сказать вам огромное спасибо. Если бы не вы... я даже не знаю. Благодарю вас. - Но... но я лишь проконсультировала вас... - робко ответила миссис Райли, явно всё ещё с трудом понимая, что это творится вокруг неё. - Это были просто слова, не стоит благодарности... - А как же энцефалограф? - вскинул брови от удивления Джерри. Миссис Райли тяжело вздохнула и свободной рукой погладила его по голове - так, как гладит только добрая бабушка своего внука. - Он ведь не лечит, Джерри. Просто позволяет исследовать мозг... - Не верю я вам, - с детской непосредственностью отрубил подросток. - Вы в самом деле сильно помогли моему отцу. Спасибо. Мистеру Салливану это всё явно надоело. Махнув рукой, словно бы отмахиваясь от чего-то назойливого, он дотронулся до плеча Джерри и велел ему командным тоном: - Всё это очень хорошо, но я бы всё же хотел вернуться домой. Прощайся с миссис Райли, и мы пойдём. - Спасибо, - ещё раз сердечно сказа Джерри и уже было развернулся, чтобы проследовать за своим отцом, шаги которого сейчас слышались в полумраке коридора. Но тут миссис Райли странно тихим голосом у него спросила: - Джерри, ответь мне, пожалуйста, на один такой вопрос. Твой отец... он пришёл в себя быстро? Несколько удивлённый, Джерри даже отступил назад: - Что вы имеете в виду? - Я хотела спросить тебя, - мягким голосом несколько изменила свой вопрос миссис Райли, - как именно сознание вернулось к твоему отцу? За какой-то промежуток времени, понемногу, или же в один день он как будто взял и очнулся? - М-м-м... ближе ко второму... - протянул Джерри. - А что? Миссис Райли отвела глаза в сторону, однако, Джерри этого не заметил. - Да нет... ничего такого. Просто стало интересно. - Джерри! - раздался из глубин коридора громкий голос мистера Салливана. - Ты там где? - Ой, простите, я ж забыл! - выпалил подросток. - До свидания! Лишь только звук шагов Джерри растаял в полумраке, миссис Райли вернулась в свой бункер, закрыла дверь и печально уселась на кушетку, испытывая к Джери острое чувство жалости. Даже если бы мистер Салливан не окликнул мальчика, и у них было бы побольше времени на то, чтобы поговорить, нейропсихолог просто не смогла бы сказать ему всей правды. Приди мистер Салливан в себя постепенно - это было бы хорошим знаком, и только в этом случае можно было бы говорить о выздоровлении мужчины. Однако, не было ничего хуже тех случаев, когда сознание к человеку возвращалось неожиданно и резко, словно по мановению волшебной палочки. В своей практике миссис Райли встречала таких людей довольно часто, и все они после "чудесного выздоровления" жили от силы сутки. Это означало лишь одно - организм чувствует собственную кончину и сейчас просто выплёскивает свои последние ресурсы. - А теперь как? - раздражённо спросил Джейк, от собственного бессилия больше всего желая махнуть на всё рукой и просто отдохнуть от работы. Ему казалось, будто бы он занимается сизифовым трудом - настолько безуспешной и даже отчасти бессмысленной сейчас была его работа. Как изобретатель ни старался повысить мощность охлаждающей системы, эффекта от этого не было почти никакого. Вместо прежних двадцати телепортаций подряд сейчас у него вышло только двадцать четыре. Джейк был готов забыть про то, что планировал он усовершенствовать систему охлаждения так, чтобы телепорт не перегревался до сорока использований подряд как минимум - сейчас ему хватило бы даже и тридцати. Ну почему в теории у него как раз и вышло это красивое число, а на практике всё в два раза меньше? - Чёртов телепорт! - дал волю эмоциям изобретатель, но тут же попытался успокоиться, понимая, что в его работе такая экспрессия больше помешает, чем поможет. - Так, ладно, попробую понять, где что не так. Охлаждатели нормальной мощности, но, похоже, рассеивания не происходит, несмотря на все мои манипуляции с плотностью газа. Как будто что-то мешает им... "Мешает..." - повторил про себя Джейк, чувствуя, что где-то именно в этом слове и таится то, за что можно уцепиться и двинуться дальше. Сосредоточенно нахмурившись, изобретатель посмотрел чуть в сторону, и буквально сразу же озвучил пришедшую ему в голову мысль: - Мари, снизь магнитное напряжение на контурах на два процента. Раздался чуть слышимый гул, потрескивание, объединённые в одно устройство ускоритель и расщепитель, казалось, даже начали немного трястись. - Выполнено, - отчиталась помощница Джейка. - Превосходно, - мрачным тоном ответил ей изобретатель. - А теперь скажи, на сколько увеличилась погрешность при переносе и мощность охлаждателя. - Погрешность осталась без изменений, мощность повышена на пять процентов. Теперь телепорт выдерживает до двадцати семи-тридцати переносов подряд. Джейк несколько раз шумно и глубоко вдохнул воздух, мысленно похвалив себя за умение подходить к вещам не самым, казалось бы, привычным путём. Кто бы мог додуматься, что магнитное поле будет мешать криогенному? И теперь Джейк не сомневался, что, возможно, уже к этому вечеру сможет заставить ускоритель и расщепитель выдерживать до своих же запланированных сорока переносов подряд. - Если я уберу один магнитный нагнетатель, погрешность увеличится сильно? - спросил изобретатель, уже беря в руку лазер. - Примерно до одной-пяти элементарных частиц из миллиарда, - ответила Мари. "Превосходно", - подумал Джейк, включая свой лазер и начиная им осторожно отсоединять один магнитный нагнетатель, напоминавший небольшой металлический остроконечный штырь. Погрешность была куда меньше, чем он боялся, а на случай непредвиденных обстоятельств - того же сильного расхождения теории с реальностью, - можно было всегда установить нагнетатель меньшей мощности. - А сюда я тебя всегда приводил, - тараторил без умолку Джерри, которому всё же удалось заставить своего отца пойти с ним дальше по коридорам. Я тут тебе о моей жизни рассказывал, старался хоть как-то тебя расшевелить. Мистер Салливан всеми силами пытался сохранить молчание. С одной стороны, он прекрасно понимал своего сына, который за месяц жизни без отца явно успел по нему соскучиться и хотел поделиться накипевшим. С другой - беспрестанная болтовня Джерри успела порядком надоесть ему, мистер Салливан всё ещё чувствовал себя неважно, и больше всего на свете он хотел вернуться домой или хотя бы просто где-то спокойно посидеть. - Неделю назад меня тут какой-то мужик увидел и велел проваливать. Сказал, что я ему с его разговорами надоел. Я всё думал, как же он услышал меня, а потом до меня дошло: там же сверху вентиляция! Ну и мне пришлось уйти... "Как же я понимаю этого мужчину, - промелькнуло в мозгу у мистера Салливана. - Если мой сын говорил тут так же, как и сейчас, то я даже сочувствую живущим здесь людям. От такой болтовни не то что голова болит - умереть охота..." Но озвучивать это собственному сыну мистер Салливан всё же не решился. Вместо этого он попытался уговорить сына всё же пойти домой: - Джерри, давай вернёмся в наш бункер? Я ещё слабый, мы ходим тут весь день, может, я всё же отдохну? - Хорошо,- слишком просто согласился Джерри, но уже следующие его слова вызвали у мистера Салливана едва ли не вздох разочарования. - Давай сядем тут, посидим, поговорим? - А как же те люди, которых ты вчера потревожил? - попытался отбиться мистер Салливан. - Им это будет удобно? Тебя же просили... Джерри даже напрягся, вспомнив грубияна Сэма и его скандальную жёнушку. Стоит ли заново дразнить гусей, пусть и ради возможности снова вернуть этому месту светлость в своих же собственных глазах? Но всё же подростковое желание идти всем наперекор взяло верх над здравомыслием. Уверенным шагом Джерри подошёл к откидным сидениям и отточенным жестом опустил их и уселся: - Они внутри, а я снаружи, вот пусть и не возникают. Садись, пап. Дождавшись, пока мистер Салливан усядется рядом, Джерри начал свой рассказ, который даже теперь для него казался совершенно не таким, как раньше. - Знаешь, что это за коридор? Это то самое место, где мы с друзьями когда-то давно очень любили играть и прятались от вас, взрослых... День за работой пролетел совершенно незаметно. Всё-таки Джейк был прав, когда предположил, что просто так магнитный нагнетатель он убрать не сможет. Нарушалась сама структура магнитного поля, а при установке более слабого нагнетателя, не способного поддерживать поле нормально, снова возникала угроза взрыва всей техники. Джейку ничего не оставалось, кроме как рассчитать величину оптимального магнитного поля - такого, чтобы оно и выполняло свою работу, и не вмешивалось в работу самих расщепителя с ускорителем, и не мешало криогенному полю, и всё же отложить на следующий день воплощение этого замысла, благо сейчас изобретатель чувствовал себя невероятно уставшим - такого с ним не было уже довольно давно. Усталым, но довольным взглядом Джейк посмотрел на уже почти полностью собранное устройство. Работа шла в ногу с распланированным темпом - ни больше, ни меньше. И сейчас Джейку даже невольно пришла мысль, что это как раз один из тех моментов, когда реальность соответствует написанному на бумаге. "Вот бы так было во всём", - подумалось Джейку, но изобретатель отмёл эту идею буквально сразу же. Ведь тогда любая наука по сути не имела бы совершенно никакой гибкости или даже хотя бы элементарного интереса. Вот хотя бы даже та же система охлаждения, с которой в реальности получилось совсем не так, как на бумаге. Сложно? Да. Опасно? Немного. Но зато сколько азарта возникает при разработке, как же работает фантазия, образуя симбиоз с тем же теоретическими знаниями и затем рождая решение! Именно за это Джейк всегда обожал точные науки. - Пока я буду спать, подготовь мне детали для сборки ещё трёх нагнетателей низкой мощности, - велел Джейк Мари. А затем, по старой привычке, не раздеваясь, изобретатель улёгся на неразобранную кровать. Впервые за много времени он мог уснуть со спокойным сердцем, ни капли не боясь того, что не успеет собрать телепорт за оставшееся у него время. Всё же, эта работа оказалась не такой масштабной, какой он её видел в начале пути. Ещё всего-то каких-то пару часов назад Джерри думал, что все последние два месяца - это кошмарный сон, который закончился раз и навсегда. Но сейчас он с горечью подумал: если что-то и было сном, так это сегодняшний день. Хорошо начавшись, он закончился вовсе не так, как хотелось Джерри. На полпути к бункеру мистеру Салливану опять стало плохо, он упал на пол, а когда Джерри поднял его, его отец так привычно и так жутко обмяк на его плече, словно мешок. Джерри слабо понимал, что именно происходит. Ведь всё же прошло, всё закончилось, всё ещё сегодня утром было не так, как сейчас. Жизнь же должна хотя бы вернуться в привычное ей русло, так почему же вместо размеренной серой привычной ему рутины опять вылез кошмар? - Пап, ты держись, я тебе сейчас помогу, мы всё выдержим, только держись, умоляю... - повторял Джерри, нервно переминаясь с ноги на ногу. Сейчас, как никогда, он понимал всю цену секунд, каждая из которых казалась ему маленькой вечностью. Дверь в бункер скрипела, открывалась чудовищно медленно, и с каждой не то что секундой - долей её Джерри чувствовал, как жизнь покидает его отца. Не дожидаясь, пока массивная железная пластина полностью отъедет в сторону, Джерри вошёл в бункер самым быстрым шагом, на какой только был способен сейчас, поспешно усадил отца на кровать и принялся в спешке трясти его, смотря в глаза: - Ну вот мы дома. пап, ты в порядке? Слышишь меня? Всё будет хо... Собственный голос словно бы стал тише, а потом и вовсе стих. Что-то неведомое, невыразимо ужасное словно бы подсказывало Джерри, что сейчас лучше бы замолчать, и мальчик этому повиновался. Рука мистера Салливана дёрнулась, дрожащие губы чуть-чуть приоткрылись. Из его рта вылетело лишь одно слово, сказанное с непередаваемым усилием - хрипло, больно, так, словно каждый звук царапал мужчине горло. - Прости... Джерри хотел было что-то ответить ему, но не смог. Губы мистера Салливана снова сомкнулись в одну линию, он попытался вдохнуть, но не смог. Рука его, всё ещё лежавшая у Джерри на плече, стала странно тяжёлой, черты и без того измождённого лица заострились, нос как-то странно вытянулся. Ещё не так давно тяжело вздымающаяся грудь застыла, шумное дыхание прекратилось, а глаза снова стали пустыми. Но это была даже не та пустота, что присутствовала в глазах мистера Салливана во время его болезни. Сейчас из его глаз словно бы ушёл блеск и что-то невыразимое, то, что отличает живых от мёртвых. Голова мистера Салливана безвольно откинулась ему на плечо. Всё это произошло за мгновение, едва ли не меньше чем за секунду, но Джерри этот короткий миг показался целой вечностью. Находясь словно в каком-то трансе, когда очертания предметов расплывались при каждом движении глаз, а все звуки - даже звук собственного голоса - доносились словно через толщу воды, он пытался достучаться до своего отца, вернуть его в реальность. В отчаянии, не желая совершенно поверить в жестокую реальность, Джерри стал снова трясти своего отца, затем - стучать по щекам, а после и вовсе ударил кулаком по его груди: - Нет! Это всё не так, это какой-то дурной сон! Папа, папочка, очнись, пожалуйста! Но мистер Салливан не отвечал, смотря своими остекленевшими глазами в потолок. То, чего боялась миссис Райли и то, что она не рискнула говорить Джерри, сбылось с ужасающей точностью Организм мистера Салливана израсходовал все свои ресурсы перед смертью. Мистер Салливан, промучившийся месяц, сейчас лежал мёртвый, и ему теперь не было суждено увидеть, что его родной сын сейчас сидит рядом с ним и бьётся в рыданиях. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 7 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 7 июля, 2012 Глава семнадцатая, где мы приоткроем завесу правды. - Я тебя не понимаю, - довольно подозрительным тоном сказал Джордж. - Что тебе до этого фантома? Мы уберём его где-то за час, даже не трогая Портал. Стивен понимал, что запас убеждений не делать так для Джорджа, решившего уничтожить так нужный Джейку фантом, у него иссякает. Простой утренний разговор по стереофону на какую-то отвлечённую тему в конце концов зашёл в самом деле несколько не туда, куда следовало бы, - на тему фантома у Портала, и Джордж заявил Стивену, что собирается его в ближайшие дни уничтожить. Естественно, из-за просьбы Джейка Стивен этого допустить не мог. Нейропсихолог никогда не отличался хорошим умением лгать, а в такой ситуации, кажущейся ему критической, его фантазия и вовсе решила покинуть его. Учёный чувствовал себя как запертый между двух огней. Первый из них - Джордж и его желание наконец-то покончить с непонятной и странной ошибкой в коде Города. Второй - Джейк, намеревающийся использовать фантом в своих целях. Что же такое сказать, чтобы ничего страшного не произошло? Или, может, попытаться связаться с Джейком, пока ещё не поздно, и велеть ему прекратить скрытничать раз и навсегда во имя его же собственного блага? - Этот фантом, - робко сказал Стивен, всеми силами стараясь звучать так, словно это была именно его тайна, - на самом деле не просто ошибка в коде Города. Это довольно интересное и крайне хрупкое явление, с точки зрения нейропсихологии... Джордж поправил свои очки, пригладил остатки волос и задал вопрос Стивену уже куда менее подозрительным тоном: - Да? И что же это за явление если не тайна? "Кажется, поверил!" - обрадовался сам за себя нейропсихолог. Значит, он всё же мог не только понять, когда врут другие, но и сам обманывать людей. Не самый хороший талант, но в данный момент ложь была единственным спасением: - Часть нашего сознания навсегда остаётся рядом с Порталом - местом, откуда мы и попали сюда. И, накапливаясь за долгие годы, сознания разных людей могут как бы слиться в одно, неактивированное, искусственное, и в то же время всё равно живое. Мне интересно узнать, так ли это. Если да - то это будет своего рода маленький прорыв в нейропсихологии! - Так вот почему ты им у нас так интересовался... - протянул Джордж, в чьём голосе ещё остались следы подозрения. - Так может, я просто "поймаю" его для тебя? Стивен задумался. Вроде бы, казалось, остановка фантома, постоянно перемещающегося вокруг Портала, должна Джейку помочь и несколько приостановить разрушение его личности. Но в то же время Стивен помнил, как Джейк говорил ему, что здесь программирования самый минимум, лишь нейропсихология, и вмешательство изнутри, да ещё и такое грубое, способно не то что повредить сильнее - просто уничтожить фантом. И потому Стивен затряс головой, изображая крайнюю степень ужаса: - Не смейте! Это может просто разрушить его! Если я прав, и это в самом деле скопление сознаний множества людей, ставшее одним, то тут можно использовать только когнитивный захват. И я сейчас как раз отдал его на доработку... - тут Стивен замешкался, решаясь, говорить ли часть правды, или же нет, - Джейку Соммерсу. Джордж удивлённо поднял одну бровь: - Соммерсу? Странно. Он же до этого момента никогда с нами совместных проектов не вёл, что бы мы ему ни предложили. И ты в самом деле смог упросить его заняться твоим экспериментом? Стивен улыбнулся. Кажется, разговор начал наконец-то идти на лад. Всё, что оставалось, это, по сути, закрепить успех. - Это же моя специальность - находить подход к любому человеку. Конечно, не могу сказать, что он был доволен, но он согласился даже помочь мне. Правда, после того, как закончит работу над одним своим изобретением, - поспешно добавил Стивен, глядя, как брови Джорджа от удивления поднимаются всё выше и выше. - Похоже, на Земле радиация рассосалась, - припечатал Джордж. - Надо же, Джейк Соммерс соглашается помогать кому-то в работе... Ладно, не буду я этот ваш фантом трогать. Интересно, что я в самом деле так решил им заняться, он же не мешает никому? - Желание сделать всё идеально? - с усмешкой спросил Стивен, еле сдерживая в груди вздох облегчения. Сейчас он испытывал даже что-то вроде благодарности к Джорджу, для которого вся психология, в том числе и нейрологическая, была своего рода непроходимым болотом. Понимай программист хоть что-то, он бы сразу словил Стивена на лжи. Такого явления, как скопление "обрывков" сознаний в одно, даже здесь, в виртуальном пространстве, не могло случиться никогда. И сейчас Стивен был весьма горд за себя. Путь между двух огней был пройден им просто с блеском. Кроме того, он явно обеспечил Джейку алиби в его будущих всё ещё кажущихся Стивену жутковатых экспериментах. Осталось только рассказать самому изобретателю о выдуманной им, Стивеном, легенде, - и дело будет в шляпе. А Джейк даже не подозревал о том, что сегодня его затея превратить себя в виртуала запросто могла раскрыться без его на то ведома. Все последние пять дней он продолжал заниматься оптимизацией компонентов телепорта, параллельно изучая те данные, что удалось Мари считать с Портала уже довольно много времени назад, поскольку теперь свободного времени у изобретателя было куда больше, чем раньше. Но, чем больше он изучал систему когнитивной ретрансляции, тем больше осознавал, что точно бы никогда не справился с этим в одиночку. Все эти странные графики, лишь отдалённо напоминавшие то, с чем он привык работать, непонятные слова, о примерном значении которых он мог догадываться, лишь используя свои скудные знания языков и цифры, означавшие непонятно что, заставляли Джейка чувствовать себя каким-то варваром, впервые увидевшим плоды прогресса, и не знающим, что с ними делать. Всё, что мог сделать изобретатель, - это немного систематизировать их и упростить - так, чтобы Стивен, изучая их позже, смог бы получше разобраться. Но даже не сложность когнитивной психологии сейчас расстраивала Джейка. Он жалел, что в своё время, когда дал Мари всего-то двадцать секунд на копирование всей информации, не выпросил для неё чуть больше времени. Порой в данных отсутствовали целые куски текста, где-то они были несколько повреждены, а где-то просто обрывались ровно на половине. Изобретатель пытался восстановить хотя бы повреждённое сам, пробовал заставить Мари как искусственный разум помочь ему, но это не дало никакого результата. В итоге Джейк решил махнуть на всё рукой и сейчас занимался улучшением батарей телепорта, которые крепились прямо к его рабочей поверхности. Ещё совсем недавно они представляли собой две довольно блинные и гибкие на вид полоски с чёрной матовой поверхностью и крепившиеся к телепорту с внутренней стороны с помощью цепких металлических "лапок" - как нагреватель. Сейчас же Джейк понял, что для таких батарей будет требоваться куда больше проводов и адаптеров, чем он хотел бы. И сейчас, подобно нагнетателям магнитного поля, установленным в уже запечатанным в корпус ускорителю и расщепителю, две батареи поперёк шестиугольника были заменены на шесть - по одной на каждый угол. С точки зрения распределения энергии это было куда более практично. "И как же хорошо, - подумалось Джейку, прикрепляющему пока ещё только четвёртую батарею к телепорту, - что я всё же умею хоть что-то, чего не сможет ни один нейропсихолог". Такое небольшое самоутверждение непонятно над кем всё же помогло изобретателю почувствовать себя немного лучше и отбросить прочь сомнения в собственном интеллекте. Почти неделя пролетела как в тумане - смазано, странно, непонятно. Все времена суток словно бы слились в одно, мысли расплывались где-то в сознании, не успев ещё даже сформироваться, а язык отказывался ворочаться, став словно налитым свинцом. Зато во всём теле ощущалась какая-то странная лёгкость и отчасти неестественность - будто бы кто-то там, сверху, дёргал за невидимые ниточки, заставляя тело, как безвольную марионетку, совершать какие-то малопонятные сознанию движения. Как же хорошо сейчас Джерри понимал своего покойного отца! В самом деле, это состояние - как яма, наполненная вязкой липкой грязной жижей. Если не за кого будет зацепиться в нужный момент - то потом просто утонешь в ней. Но другое дело, что никогда не знаешь, где же всё-таки проходит эта грань между, по сути, жизнью и смертью - если не физической, то уж точно гибелью сознания. Джерри почти не помнил день похорон мистера Салливана, равно как и то, что он делал после его смерти. Вроде бы, сначала он побежал к миссис Райли, нечеловеческим полным боли голосом моля её о помощи, а затем - словно бы сразу наступили похороны. Как мог, Джерри упрашивал похоронить своего отца возле Ребекки, и сотрудники кладбища пошли ему навстречу. И тогда, стоя у свежей могилы, на скромной плите которой было написано лишь полное имя мистера Салливана и шестнадцать цифр, в которые уложилась вся его жизнь, Джерри с некоторой долей страха понял, что ему сейчас абсолютно всё равно. Ни одна слеза не скатилась по его щеке - словно бы подросток уже выплакал своё за последний месяц, равно как и не было боли - всё, что могло, уже отболело. Словно бы жизнь пришла к её унылому и предсказуемому финалу. Но зато потом холодная безразличность начала сменяться другой эмоцией - если это можно было так назвать. В груди словно бы росла дыра, отвратительная, гнилая, холодная, с копошащимися в ней червями, разъедающими её ещё больше. И эту пустоту ничем заполнить было нельзя - ни мыслями, ни планами, ни надеждами. Джерри даже подумал, что если бы и Ребекка, и его отец вдруг ожили и сейчас вернулись к нему, то даже это было бы чем-то не тем. Не таким, каким надо. Чем дальше от тебя человек, тем более идеальным тебе он кажется. Раньше Джерри не верил в подобные глупости никогда. Считал их чем-то простительным только для девчонок лет десяти-двенадцати. Но сейчас пяти дней ему хватило с лихвой, чтобы понять, что эти слова - никакой не вымысел. Настоящий образ Ребекки, умершей даже совсем не так давно, сейчас медленно стирался из памяти. Вместо страшной толстой истеричной девицы перед его глазами стояла совершенно другая Ребекка - милая и ласковая сестра, способная всегда прийти на помощь и поддержать. А её вечные истерики... ну так какой же человек без своих маленьких недостатков? И даже больше - Джерри её истерики сейчас начали казаться даже несколько милыми и кокетливыми. А мистер Салливан, строгий и замкнутый, с трудом принимающий всё новое, был добрым и любящим отцом, человеком, с которым можно было говорить о самом разном часами и который всегда любил посмеяться. Хотя Джерри и не помнил уже, когда он в последний раз видел на губах мистера Салливана улыбку. Вроде бы, сейчас у мальчика имелось всё, о чём мечтали большинство подростков его возраста, - собственный бункер, жизнь без родителей, все их деньги, - гуляй, как говорилось, не хочу. Но Джерри это всё было не нужно. И, осматривая доставшийся ему бункер, в котором ещё не так давно жила целая семья, пусть и не полная, но сравнительно счастливая, Джерри подумал, что готов отдать всё это - только бы вернуться в прошлое, в тот самый злополучный день, когда Ребекка решила уйти в Город, и всё исправить. Сам не зная, зачем он это делает, мальчик встал с кушетки и подошёл к компьютеру мистера Салливана. Как он и планировал, он разослал письма с сообщением о смерти отца всем, кто с ним общался, однако почему-то на похороны не пришёл никто, кроме самого Джерри и миссис Райли, явно сочувствовавшей подростку всей своей душой. И тогда Джерри как-то особенно горько подумалось: друзья и в самом деле познаются в беде. Миссис Райли, до этого не знавшая ни Джерри, ни трагедию, случившуюся в его семье, пришла на помощь сразу же, как узнала, и даже пошла на похороны совершенно незнакомого ей человека. А те, с кем мистер Салливан работал, общался, переписывался, узнав о его смерти, даже не пришли проводить его в последний путь. Как же мерзко. "Если это и есть вся правда о мире, - с горечью подумалось Джерри, - то лучше бы я никогда не узнавал её!" Но тут словно бы что-то щёлкнуло в голове, и простая банальная мысль заиграла новыми красками. Сам до конца не понимая, почему, мальчик вспомнил письмо, отправленное ему Энтони. То самое письмо, которое Джерри в порыве злобы закрыл, прочтя лишь первые две строчки. Энтони нет никакого резона использовать какого-то мальчишку для своих целей. Судя по всему, для Города он человек не последний - если бы ему нужно было решить какую-то личную проблему чужими руками, он бы уже давно направил на её решение кого угодно - да хотя бы своих искусственных интеллектов. Равно как и просто издеваться над мальчишкой, потерявшим всю свою родню в один день. Кто такой этот Джерри, чтобы Энтони марал об него руки? Возможно, он и вправду хотел сообщить Джерри нечто важное. Рука мальчика сама потянулась к кнопке включения компьютера. В любом случае, в этом нет ничего опасного. Ведь всегда можно будет проигнорировать письмо, если там и в самом деле не будет ничего стоящего внимания. С лёгким писком, свидетельствующим, что установка прошла нормально, а само устройство готово к работе, последняя шестая миниатюрная батарея встала на своё место. Довольно потерев руки и поджав губы, Джейк встал с колен и посмотрел на проделанную за сегодняшний день работу. Миниатюрные тёмные батареи, которые издалека запросто можно было принять за крепёжные устройства, сразу бросались в глаза на фоне самой светло-голубой принимающей панели. Но, однако, неаккуратными или даже неэстетичными они не выглядели ни в коем разе. Этакая визитная карточка всего, к чему Джейк прикладывал руку, - технологии, не только практичные, но и радующие глаз. Ведь к абсолютно всем своим изобретениям Джейк походил отчасти и с позиции творческого человека, пусть его умение творить раскрывалось только в его же изобретениях. - Поступил стереовызов, - неожиданно прозвучал голос Мари. - Будете отвечать, хозяин? "Интересно, кто это", - подумал Джейк, настроение которого снова несколько упало. Меньше всего сейчас, когда было где-то четыре часа дня, а уже почти вся запланированная им самим на сегодня работа выполнена, изобретатель хотел говорить с кем бы то ни было. Но после он вспомнил, что номер его известен только Стивену, которого Джейк сам же и "завербовал" и искусственным интеллектам Города, которые никогда не беспокоили его по пустякам, Джейк кивнул головой: - Да, - коротко ответил он, подходя к столу. А на столе тем временем панель развернулась голографическая панель стереофона - на первый взгляд, это произошло само по себе, но Джейк знал, что на деле ей сейчас управляла его искусственная помощница. Лёгкая вспышка света, помехи - и вот уже перед ним стоит видеофантом Стивена, сосредоточенно поглаживающего свою бородку. - Добрый день. - Добрый, - недовольно ответил Джейк. - Что случилось? Стивен немного замешкался. Всё же, манера Джейка сразу переходить к основной теме разговора безо всяких предисловий могла заставить чувствовать себя неудобно абсолютно любого человека. - Сегодня утром я разговаривал с Джорджем Лиманом, - несколько нерешительно начал Стивен. - Он сказал, что знает как уничтожить фантом той девушки... Нейропсихолог даже замолчал на секунду, увидев, что зелёные глаза Джейка вдруг стали какими-то на редкость яркими, а взгляд их, и без того не самый дружелюбный, и вовсе стал на редкость тяжёлым. Возможно, будь у Джейка сказочная способность убивать взглядом, то Стивен наверняка бы свалился замертво, лишь взглянув в глаза изобретателю. Понимая, что он явно начал не с того, Стивен решил как можно быстрее успокоить своего собеседника. До этого Стивен редко делал промахи в общении с людьми, но Джейка он несколько побаивался, помня о его прошлом, равно как и пока так и не мог понять, как же именно с ним стоит общаться. - Но я смог убедить его, что этого делать не надо, - сказал Стивен с облегчением, увидев, что взгляд Джейка всё же теряет свою тяжесть. - А связался я с вами только затем, чтобы тоже договориться с вами кое о чём. По вашей просьбе я не сказал Джорджу правды. Вместо этого я придумал историю, что фантом нужен якобы мне для исследований, а вы любезно согласились доработать технологию когнитивного кокона. Если вдруг вас кто-то спросит - говорите именно так, иначе нас всё же поймают на лжи. - Да я же ни с кем особо не общаюсь, - удивлённо вскинул брови Джейк. Но Стивен был непреклонен: - Хотя бы даже на вашей презентации тот же мистер Лиман может спросить вас, над чем вы будете работать после телепорта. Скажите, что помогаете мне. Вовсе не факт, что вас об этом спросят, не отрицаю, но всё же, предупреждён - значит, вооружён. Джейк пожал плечами. - Будь по-вашему. К слову, я сам хотел связаться с вами, вот только несколько заработался и забыл. У меня есть списанные с Портала данные о том, что именно происходит с разумом при ретрансляции сознания. Я в этом, как вы знаете, не понимаю ничего, а потому я бы хотел, чтобы именно вы с ними поработали. - Откуда они у вас? - насторожился Стивен. Но Джейк лишь поморщился: - Здесь важно не то, как я их получил, а то, что вообще получил. Так вы берётесь? Стивен вздохнул, понимая, что Джейк добыл это всё явно не самым честным путём - скорее всего, умудрился заслать свою электронную помощницу к Порталу и сделать так, чтобы она списала данные без ущерба для самого устройства. Но, с другой стороны, в самом деле, как Стивен это докажет? Не пойман - не вор. Кроме того, нейропсихологу всё же было интересно прочитать нечто такое, понять, так что же всё-таки происходит в мозге человека. А ради науки можно было и закрыть глаза на небольшой грешок изобретателя. - Берусь. - Хорошо, - снова поджал губы Джейк. - Мари, передай ему копии всех тех листов, с которыми я работал в последние пять дней. - Будет сделано, - заверила Джейка Мари. "Интересно, как он смог вмешаться в работу Портала, не отключая его? Там же настолько мощное, как я помню, напряжение при очень хрупкой сетевой структуре, малейшее вмешательство - и он отключается", - подумал Стивен. И вдруг он вспомнил, что Портал всё же отключался месяца два назад - именно из-за того, что когнитивный ретранслятор тогда работал слабо, и произошёл разрыв сознания у той самой девушки. А что если... тогда Портал отключали именно из-за Джейка? Но задать свой вопрос изобретателю учёный не решился. Его собственная автоматика дома издала приятный писк, обозначавший, что все данные были приняты успешно. - Данные отправлены, - отчиталась Мари. - Спасибо. Поработайте над ними, а как только поймёте хоть что-то важное - свяжитесь со мной. Пожалуйста. Не дожидаясь ответа, Джейк выключил голограмму и велел Мари закрыть свой канал связи до завтрашнего дня. Сам не понимая, отчего так, изобретатель чувствовал себя какой-то лабораторной крысой в руках Стивена. В каждом слове нейропсихолога Джейк видел двойное дно, он боялся смотреть ему в глаза, словно бы его собственные могли его в чём-то выдать, а в разговоре с ним Джейк старался тщательно выбирать выражения. И тут дело было даже не в его необщительности - изобретатель больше всего боялся, что его поймут не так, и, зацепившись за одно лишь слово, выведут на чистую воду. Превращение в виртуала самого себя было напрямую связано не с самым благовидным поступком в его жизни, который и повлёк за собой смерть той самой девушки. И меньше всего Джейк хотел, чтобы Стивен об этом догадался. Тем временем Стивен и вправду начал о чём-то подобном догадываться. Он вспомнил, как Джейк вёл себя на встрече учёных, когда вдруг поднялась тема смерти этой девушки-фантома, помнил его бегающие глаза, секундную гримасу страха на лице, которую изобретатель тут же попытался скрыть под своей же маской безразличия, а затем - немного показушное нежелание участвовать в обсуждении. А затем тот же Джейк говорит, что знает, какова природа этого фантома, а теперь и вовсе даёт листы, на которых информация, которую можно получить, только отключив Портал и получив полный доступ к его ядру. Вывод напрашивался сам собой: так или иначе Джейк к гибели той, кто сейчас стала фантомом, всё же причастен. "И что же тогда с этим делать?" - подумал Стивен. Первым его желанием было пойти и сдать Джейка Мэру с потрохами. Как бы ещё ни вышло так, что Джейк взялся за старое - вот уж такого точно не хотелось бы видеть в Городе! Но тут Стивен попытался снова сопоставить факт с фактом: отключение Портала, как писали все газеты Города, было полностью согласовано с администрацией, да и Городу не назвали имя затеявшего это - ограничились сухими нейтральными формулировками и даже отчасти брали вину на себя. Значит, получается, они знают о произошедшем? Но почему они тогда Джейку ничего не сделали? Закрыть глаза они не могли - это всё же не люди, а искусственные интеллекты, беспристрастная техника. Равно как и выгораживать Джейка - будь тот и в самом деле виновен, они бы немедленно наказали его. Взломать администрацию Джейк тоже не мог - без слов, он гений, но залезать в Город с его изнанки-кода могут только его главные программисты во главе со Джорджем. И любое вторжение всё равно было бы замечено, особенно - соверши его тот, за кем, помня его прошлые грехи, до сих пор пристально присматривали. Ещё минут пятнадцать Стивен пытался понять, так почему же всё-таки Мэр не стал наказывать Джейка. Но после решил, что в данном случае не надо ставить себя выше беспристрастного искусственного разума. Стивен руководствовался лишь домыслами и своими знаниями о психологии - у Мэра были факты. И, похоже, если в смерти девушки доля вины Джейка и была, то совершенно не значительная. Но всё же на будущее Стивен решил расспросить об этом самого изобретателя. Открыв папку со входящими письмами, Джерри где-то два часа не мог заставить себя открыть нужное ему. Он вскакивал со стула, бессмысленно ходил по комнате, а то и вовсе садился читать - словно бы зачем-то показывал посланию Энтони, что оно вовсе его не интересовало, не интересует и не сможет заинтересовать никогда. И в то же время Джерри чувствовал какую-то неловкость: словно бы чтение этого письма будет страшно неблаговидным делом, а его самого в его-то теперь уж точно абсолютно пустой квартире кто-то за этим застукает! Но всё же в конце концов любопытство взяло верх над непонятным страхом. Глубоко вдохнув создаваемый специальными очистителями воздух, на несколько секунд закрыв глаза и пообещав самому себе, что бояться нечего, Джерри всё же сел за компьютер и продолжил читать письмо с того места, на котором и остановился. "Я долго думал, стоит ли вам в столь юном возрасте говорить правду, - гласило письмо. - Не подумайте, что я из тех людей, кому доставляет удовольствие видеть чужие страдания или же марать чью-то репутацию чужими руками - наоборот, я хочу этого меньше всего. И в то же время, на мой взгляд, сокрытие действительности - одно из самых страшных преступлений. После, разумеется, равнодушия." Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 8 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 8 июля, 2012 Глава восемнадцатая, где мы ознакомимся с содержанием письма Энтони. Последняя фраза даже заставила Джерри несколько удивиться. При чём тут равнодушие? И почему Энтони упомянул, что не хочет портить чью бы то ни было репутацию? К чему он клонил? На первый взгляд всё это выглядело настолько странно и непонятно, что подросток хотел было снова отойти подальше от монитора и хотя бы почитать книжку, но всё же любопытство оказалось сильнее. Сделав несколько глубоких вдохов и постаравшись морально подготовиться на случай самого худшего, Джерри снова углубился в чтение. На том самом месте, где он и остановился, текст ненадолго обрывался. Перед новым абзацем был растровый фрагмент голограммы, похожий на чьё-то досье. Несколько удивившись, Джерри открыл изображение, тут же занявшее весь его монитор. Глядя на небольшую фотографию в правом верхнем углу, Джерри пытался вспомнить, где именно он видел этого человека. Тёмно-каштановые волосы немного длинноваты для мужчины - доходят ему аж до чуть узковатого подбородка и при этом не убраны никак. Ярко-зелёные глаза, даже излишне яркие, словно ненастоящие, сосредоточенно и с отчётливо выраженной неприязнью смотрят из-под чуть нахмуренных бровей. Тонкие и почти бескровные губы сжаты в одну плотную чуть искривлённую в гримасу лёгкого раздражения линию. Этот человек был ещё явно молод, морщины его лица пока что совершенно не тронули, а в тех самых ярких глазах ещё осталась какая-то почти затухшая юношеская искра. Но его серьёзно старило его же собственное суровое выражение. И в каждой его черте лица сквозило что-то неуловимо знакомое, общее с кем-то, кого Джерри упомнить не мог. И, желая всё же понять, чьё досье прислал ему Энтони, мальчик моментально опустил глаза чуть пониже. "Джейк Эван Соммерс, 28 лет на момент создания данного досье. До начала Восьмой Мировой Войны проживал с собственной семьёй в Бристоле, во время войны был эвакуирован в подземные бункеры вместе с остальными жителями Земли. В двадцать пять лет был вовлечён в создание проекта "Город", ровно через год защитил докторскую диссертацию, в одиночку собрав рабочие образцы воздухоочистных сооружений для подземных жилых коммуникаций. Немногим позже м-р Соммерс и ряд других учёных выступили за создание замедляющих старение криокапсул. Был первым человеком, чей разум был отправлен в виртуальность. В настоящий момент м-р Соммерс не только помогает администрации Города, параллельно работая над созданием и сборкой абсолютно новых устройств, но и является одним из основоположников современной экспериментальной физики." Перечитав это дважды, Джерри почувствовал себя несколько противоречиво. С одной стороны, досье было по-странному коротким - не было понятно, ни как именно Джейк оказался вовлечён в создание Города, ни то, где он был до этого момента. Создавалось чувство, словно бы его либо не успели дописать, либо из него изъяли часть данных. С другой стороны, прочтя даже эту скудную информацию, Джерри невольно осознал, что всё же испытывает к Джейку нечто, похожее на уважение. Судя по досье, работать он начал рано, но, несмотря на это, смог добиться немаленьких успехов. Но Джерри понимал, что вряд ли Энтони хочет рассказать ему о талантливом учёном, которому сейчас, как понял Джерри, было где-то тридцать четыре-тридцать пять, не больше. Закрыв картинку с досье, Джерри продолжил чтение: "Быть может, вы обратили внимание на то, что досье выглядит неполным. Что сказать, мистер Соммерс в своё время явно злоупотребил своими полномочиями, изъяв из него несколько особо порочащих его фактов. Но, несмотря на это, я прекрасно помню, с чего начинался его путь. Я пришёл в проект "Город" в отдел экспериментальной физики, когда мне было лишь двадцать три года. Изначально я шёл туда не потому, что действительно хотел помочь учёным, а из-за нехватки денег в семье. Экспериментальная физика нравилась мне ещё со школьных времён, а идея работы над виртуальным миром казалась мне невероятно заманчивой. Однако, в те дни я даже и подумать не мог, с чем мне придётся столкнуться на такой работе. Сделать карьеру в отделе экспериментальной физики я смог довольно быстро. За два года из ассистента я стал помощником начальника отдела. Я добился этого путём тяжелого труда, бессонных ночей и честной работы. В какой-то мере моя работа даже приносила мне радость. Но счастливые дни закончились очень быстро - тогда, когда учёным стало необходимо попытаться отправить в виртуальный мир человека. "Подопытной мышке" обещали немаленькие деньги, и, когда я об этом узнал, я сразу же предложил свою кандидатуру. Но мне сразу сказали, что моей жизнью, как жизнью учёного, никто не хочет рисковать. Вероятность смерти при переносе сознания в виртуальность была огромна, и создатели Города не хотели рисковать специалистами. Именно так в нашем проекте и появился Джейк. Когда я увидел его в первый раз, я не испытал ничего, кроме жалости. Его худое, бледное тело, опутанное множеством проводов, лежало на медицинской каталке, стоящей в центре нашего экспериментального зала, глаза были пустыми, словно у покойника, а на абсолютно лысой голове был виден широкий шрам. Я никогда не видел ничего более жуткого, жалкого и отвратительного одновременно. Я не мог даже представить себе, что именно могло произойти с этим человеком, который был примерно одного возраста со мной. Всё, на что у меня хватило сил, - это спросить у главы отдела: "Радиация?", указав на нашего "гостя". Печально покачав головой, мой начальник рассказал мне историю Соммерса. То, что с ним случилось, не имело к радиации никакого отношения. С самого детства Соммерс был каким-то странным, необщительным, замкнутым. В тринадцать лет он сбежал из дома, и с того самого момента родители не слышали о нём ничего. Узнали они о нём лишь спустя два года, когда к ним обратились сотрудники центра медицинской помощи, пытающиеся разыскать родственников только что поступившего к ним больного. Вот тогда-то и узналось, что именно делал Джейк все эти годы. Убежав из дома, он понял, что совершил ошибку. У него не было ни друзей, у которых можно было бы поселиться, ни средств к существованию. В те годы он примкнул к компании таких же, как и он сам, подростков. Кончилась их дружба весьма невесело - в пылу невесть почему разгоревшейся ссоры Джейк жестоко искалечил двоих своих друзей. Как он сам утверждал потом, он ничего такого не хотел, но в пылу драки просто не смог контролировать себя. Результат был довольно печальным - один из этих мальчишек умер буквально на следующий день. Оно и не было удивительно - как было написано в протоколе, Джейк разломал почти все его кости. А буквально через неделю отец одного из убитых мальчишек нашёл его и попытался добиться у него ответа, почему он так поступил с его сыном. Не добившись от Джейка вразумительного объяснения, он в запале ударил мальчишку головой о стену несколько раз. Результат - проломленная черепная коробка и арест этого мужчины. Лишь узнав о том, что их сын - убийца, родители Джейка заявили, что не желают больше не иметь с ним никаких дел. Жизнь ему спасти удалось, но восстановить функции организма - нет. До того, как он попал к нам, Джейк провёл в состоянии растения уже несколько лет, и врачи так ничего и не смогли с ним сделать. Отправляя такого никому не нужного человека в виртуальный мир, мы не рисковали ничем." Прочтя этот немаленький кусок текста, Джерри даже задумался. У всех людей есть свои тёмные секреты, скелеты в шкафу, которые им хотелось бы похоронить в прошлом. Судя по всему, у Джейка Соммерса таких скелетов было на целое кладбище. Безусловно, рассказанная Энтони история была чудовищна - такая личность как Джейк, никому не нужный убийца поневоле, не вызывала у Джерри теперь никаких добрых чувств. Но мальчик всё равно не понимал, к чему Энтони решил рассказать ему о чьей-то чужой судьбе, пусть и такой безрадостной. И какое отношение этот изобретатель может иметь к смерти Ребекки? "Я ожидал, что в процессе отправления первого человека в виртуальный мир я буду принимать хоть какое-то участие. Однако, за это отвечали лишь передовые учёные - крайне узкий круг людей. Без сомнения, меня это расстроило, но не более того. А потом вышло так, что меня на некоторое время перевели работать в другой блок, занимающийся куда менее значительной работой, чем тот, в котором я работал раньше. Пробыл я там ровно полгода. Когда же я вернулся, меня в некотором роде поджидал сюрприз. В штате сотрудников было пополнение, и я поначалу даже не понял, кем может быть этот невысокий молодой человек с на редкость неприятным взглядом. Когда же мне сказали, что я вижу перед собой голографический облик Джейка Соммерса, я не мог поверить своим глазам. В нём не было ничего от того подобия человека, которое я полгода назад увидел в нашем блоке на каталке. Но сюрпризы для меня только начались. Джейк смог доказать, что он может быть не только объектом для изучения, но и превосходным исследователем. Через несколько дней, как его сознание было перемещено в виртуальную реальность, бывший преступник начал работать над созданием прототипов вентиляционных систем, которые могли бы превращать радиацию в чистый воздух. Идея звучала безумно - до него никто даже высказывать такое не решался. Джейку даже отказались помогать, заявив, что у него всё равно ничего не выйдет. И каково же было удивление всех нас, когда в кратчайшие сроки Джейк предоставил нам все свои расчёты и виртуальные прототипы! Даже начальник нашего отдела не мог поверить своим глазам. Убийца и инвалид, человек, на котором поставило крест само общество, оказался таким незаменимым сотрудником. Стоит ли говорить, что после этого карьера Джейка стремительно пошла в гору? Руководя расчётами со стороны виртуального мира и постоянно предлагая новаторские, смелые идеи, Джейк в скором времени занял место главы отдела экспериментальной физики. Поначалу все относились к Джейку настороженно, помня о его прошлом, но уже в скором времени все словно бы забыли, кем он был. Образ убийцы и подопытного кролика сменился образом изобретателя, новатора, отдающего всего себя своей работе. Похоже, Джейк нервировал одного лишь меня, хотя и особых поводов для этого он не давал - вёл себя спокойно, не показывал ни намёка на агрессию, но и особо разговорчивым тоже не был. Но тут в нашу размеренную жизнь неожиданно ворвалась трагедия. Один из учёных, далеко не старый, умер - у него с детства были проблемы с сердцем, и однажды оно отказало прямо посреди дня. Помочь никто не сумел. В итоге все мы решили отдать наш последний долг коллеге вместе - всем отделом заказали ему поминальную службу, гроб, собрали даже деньги для жены и детей. Я тоже в этом участвовал, поскольку уже знал всех физиков едва ли не лично. Меня все считали за отчасти своего друга. Деньги на похороны дали все - все, кроме Джейка, в этот момент с головой пустившегося в новый проект. Он и некоторые другие специалисты в те дни пытались заставить правительство отсрочить немного тестирование проекта "Город" в угоду созданию замедляющих старение криокапсул. Я понимал, что, работая над этим проектом, Джейк ищет выгоды для себя самого и своего измученного тела, что для него это важно, но в то же время я надеялся, что он сможет хоть на миг забыть о работе и проявить человечность. "Мистер Соммерс, - начал я, - не могли бы вы сейчас выслушать меня?" "Что такое?" - спросил он таким бесстарстным голосом, что мне даже расхотелось дальше с ним общаться. Но всё же я рискнул продолжить. "Мы собираем деньги на похороны мистера Адриана. Не могли бы вы выделить нам хоть какую-то сумму?" "Простите, а кто такой этот мистер Адриан?" Если бы я не знал, что передо мной голографический образ человека, я бы попытался ударить его - только бы заставить проявить хоть какие-то чувства. По правде говоря, я с трудом удержался от этого. Но всё же я смог сохранить хладнокровие и продолжил разговор: "Мистер Адриан работал в нашем отделе и умер неделю назад от болезни сердца. У него осталась жена и двое маленьких детей, девочка и мальчик. Он один обеспечивал всю семью, сейчас они остались без кормильца. Мы хотим помочь им хоть немного. Вы не можете пожертвовать хоть какую-то сумму им?" Услышав это, Джейк посмотрел на меня так, словно бы я сказал ему нечто совершенно дикое: "А почему я должен помогать своими же заработанными честным трудом деньгами тем, о ком я даже не подозревал до сегодняшнего дня?" Когда я услышал это, я всё равно попытался достучаться до его сердца, но в конце концов потерпел поражение. Джейк отмахнулся от меня и несколько более радостным тоном чем тот, с которым он разговаривал со мной, объявил всему отделу, что правительство дало разрешение на создание криокапсул. Все буквально сразу же забыли, что сказал Джейк за несколько минут до этого. И для одного меня новый образ Джейка словно бы разрушился. Теперь я понял, что мерзавца не изменишь никак. Сердце его так и осталось чёрствым. И где-то в это же время я заметил ещё кое-что - особую страсть Джейка к искусственному разуму. Он был одним из тех, кто и предложил все руководящие должности отдать в руки электронных личностей, у него был свой искусственный интеллект, помогавший ему в работе, да и сам он отчасти был живой машиной. Человек, запрограммированный только на работу. И эту работу он был готов выполнить любой ценой. Шло время, работа над Городом приближалась к своему завершению. Следом за Джейком в виртуальность стали перемещаться и другие учёные. Я же предпочёл остаться в реальном мире. Когда я понял, что нашему отделу стали сокращать зарплату, да и значимость моей должности стала уменьшаться, я перешёл в отдел администрирования проекта, работа в котором мне понравилась едва ли не больше, чем экспериментальная физика. Быть может, не вмешайся в мою карьеру Джейк, я бы мог стать и не хуже, чем он, но сейчас уже нет смысла строить предположений. Моя новая работа понравилась мне куда больше, и я стал постепенно забывать Джейка, который и по сей день работает в виртуальности. Но недавние события заставили меня вспомнить о прошлом. Мистер Джерри Салливан, надеюсь, вы не думаете, что я намеренно перед вами хочу очернить человека. Нет-нет, поверьте, мне в этом нет никакого резона. Джейк Соммерс гений - не меньше. Я всегда признавал и признаю это. Но увы, человек из него вышел никудышный. К сожалению, полностью я это понял только сейчас. Когда я узнал об отключении Портала, мне стало интересно, кто же именно сделал это, не меньше, чем вам или вашему отцу. Мэр просто брал чью-то вину на себя, но я прекрасно знал, что его программные коды не позволят ему никогда причинить человеку вреда. Любыми путями. Но в то же время он не может ослушаться приказов своих создателей. Не буду рассказывать, как именно мне удалось это - пусть я сейчас и один из администраторов проекта, но такого доступа, который есть у создававшего Город учёных у меня нет, - но на несколько минут я смог обмануть Мэра. Он принял меня за одного из создававших его учёных, и я заставил его дать мне видеозаписи из его кабинета, сделанные за три дня - до отключения Портала, во время отключения его и после. Я знал, что где-то там и обнаружу нужное - узнав о смерти человека, Мэр не мог не вызвать к себе кого-то так или иначе причастного к этому на разговор. И я был прав. Фрагмент видео прикрепляю к письму. Я не знаю, правильно ли я поступил, пойдя ради вас на должностное преступление, но в любом случае я прошу вас сохранить это в тайне. Это я уже делаю из собственных практических соображений - не хочу быть уволенным из-за собственной доброты. Но в то же время вы должны знать правду. Хуже всего оставаться в неведении. Искренне ваш, Энтони Николсон, администратор проекта "Город" со стороны реальности." В самом конце письма и вправду был видеофайл, но Джерри не спешил открывать его. Подросток попытался собраться с мыслями. С одной стороны он всё же не мог просто так отбросить восхищение Джейком, который был намного моложе покойного мистера Салливана, а за свою жизнь добился большего, чем он. С другой - осознание того, что вместе с тем Джейк был и преступником, было как-то непонятно и дико Джерри. Но, может, он был из тех, кто в молодости по глупости сделал неверный шаг, но потом всё-таки смог начать нормальную жизнь? Быть может, Джейк не настолько отвратителен, как описал его Энтони? Ведь зачем-то создал он те же криокапсулы, вентиляционные сооружения, - всё это предназначалось для улучшения жизни людей. Но всё же Джерри совершенно не знал Джейка как личность, и потому в любом случае сейчас все его предположения были не более чем домыслами. Тяжело вздохнув и решив, что отступать уже некуда, Джерри открыл видео. Моментально оно развернулось на весь экран, показывая Джерри кабинет, явно находившийся на вершине какого-то небоскрёба. За широким окном виднелось серое дождливое небо, по которому быстро, как стрела, пролетело что-то вроде новейшей модели самолёта. А сам кабинет словно бы сошёл со страниц фантастических повестей о светлом высокотехнологичном будущем. Над столом, сделанном из блестящего серебристого металла висели полупрозрачные голографические панели, вдоль и поперёк исписанные каким-то данными. Все эти голограммы периодически перемещались, и свет от них играл на столе цветными полупрозрачными бликами. Пол, кажется, был создан из такого же светящегося металла, как и стол, а по обе стороны стола сидели два человека. Одного из них, того, что был на вид значительно старше и носил строгий деловой костюм, Джерри видел впервые - скорее всего, как подумалось ему, это и был Мэр Города. Зато второго, довольно непринуждённо расположившегося в блестящем каплевидном и явно удобном кресле, просто парящем над полом, Джерри узнал без малейшего колебания. С момента создания досье Джейк Соммерс не слишком сильно изменил свой фантомный облик. Несколько промокший - явно шёл по дождю, - изобретатель смотрел на Мэра тяжёлым взглядом своих зелёных глаз, в которых теперь не осталось и следа от той самой юношеской искры, которую заприметил Джерри. Вместо этого её сменила какая-то странная колющая неприязнь - режущая, словно нож даже сейчас, когда сам изобретатель был не более чем голограммой на голографическом фантоме Города. Волосы его явно стали несколько длиннее, чем раньше, доходя теперь где-то до плеч, но сейчас Джейк завязывал их в хвост. Одет он был в самую простую одежду, которая в сознании Джерри не особо связывалась с образом гениального учёного-физика. Но не успел Джерри полностью оценить внешние перемены, произошедшие с изобретателем за годы, как картинка на видео пришла в движение. И уже от первых слов Джейка Джерри стало холодно. - Дайте-ка мне уточнить, - сказал изобретатель, наклоняясь чуть вперёд. - Я правильно понял, что некая девица не послушала наших вчерашних предупреждений, решила, что одна она такая особенная, и отправилась в Город, зная, что случиться с ней может всё? - Да. - И вы же извинялись перед её родными за то, что у неё не хватило мозгов, чтобы понять, что нельзя пользоваться нестабильным устройством? Прошу прощения за грубость. Собеседник Джейка лишь кивнул ему, а Джерри почувствовал, как его начинает колотить дрожь от этих слов. Похоже, что Энтони в самом деле ему не врал - Джейк мог быть хоть трижды гениальным учёным, но в то же время он был крайне неприятным человеком. Похоже, его прошлое всё же наложило на него определённый отпечаток. Вопросы о Ребекке он задавал спокойным тоном - будто бы речь шла не о смерти человека, а о поломке какого-нибудь устройства. Впрочем, теперь отчётливо представляя себе характер Джейка, Джерри даже с горечью подумал, что, возможно, поломка и то вызвала у изобретателя куда больше эмоций. - И этот дождь - это такой знак траура о ней? - Да. - Хорошо, - сказал изобретатель, вставая с кресла и продолжая глядеть прямо на Мэра пристальным взглядом. - А теперь объясните, как и в чём именно я могу помочь. Я не смогу ни воскресить её, ни повернуть время назад, если вы об этом. Может, я и скажу сейчас очевидную вещь, но я не всесилен. Вы обратились немного не по адресу. - Создатель, я не прошу вас ни о чём таком, - пытался уговорить его искусственный интеллект. - Всё, что мне надо, - это ваши соболезнования её родным. Просто скажите, что вы очень сожалеете... - Сожалею? О чём? - несколько удивлённым тоном спросил Джейк. - Ну как же! Ведь в её смерти есть и ваша косвенная вина. Если бы вы вчера не отключили Портал... Не дав Мэру договорить, Джейк нагло перебил его и продолжил всё тем же равнодушным тоном. И что самое ужасное - в этом не было ни грамма наигранности. Учёный в самом деле, похоже, говорил то, что думал. - ... то она всё равно нашла бы способ, как угробиться. Прошу прощения за то, что, возможно, не оправдал ваших планов, но мне в самом деле на неё наплевать. Я считаю её смерть результатом её собственной глупости, а не моей виной. И уж куда больше меня печалит тот факт, что в это время я бы мог спокойно работать над телепортом, а вместо этого обсуждаю глупое поведение какой-то совершенно не знакомой мне девицы. На этом короткая запись обрывалась. Сетевой проигрыватель на её месте моментально вывесил простую надпись надпись: "Желаете просмотреть файл ещё раз?" Но Джерри уже было всё равно. Не в силах перевести собственный взгляд от монитора на что-то другое, подросток почувствовал себя так, словно бы сзади кто-то огрел его чем-то тяжёлым по голове. Правда всё же оказалась слишком жестока. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 9 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 9 июля, 2012 Глава девятнадцатая, где мы проведём ещё одну бессонную ночь. Как оно там показывают в половине стереофильмов, когда главный герой получает письмо, в котором написано о том, чего он больше всего боялся? Этот самый герой начинает много раз перечитывать письмо, словно боясь, что он понял что-то превратно, затем - кричать банальные фразы, падать на диван и рыдать в голос, проклиная всех и вся. Невольно Джерри вспомнил эту клоунаду, которую он часто видел по стереовизору - как же сильно отличались эмоции настоящего человека, который прочёл ударившее его до боли письмо, от кино! Он не мог оторваться от монитора, равно как и не мог закрыть видеофайл. Словно бы фрагмент записи из виртуальности обладал некой магнетической силой для чужого внимания. Джерри совершенно не хотелось ни вопить, ни проклинать Джейка на все лады, ни бежать к Энтони с просьбой объясниться. Он знал правду, и этого сейчас было достаточно. В конце концов совладав с собой и закрыв видео, Джерри вернулся к началу письма - туда, где и было прикреплено досье изобретателя, который, похоже, и выступил косвенной причиной смерти Ребекки. Сам не понимая, зачем он это делает, подросток заново открыл изображение и уставился прямо в зелёные глаза Джейка. Теперь, после того, как Джерри узнал всё, лицо учёного словно бы изменилось в его глазах. Взгляд из просто раздражённого стал каким-то холодным и колючим, юношеская искра в нём сменилась немного безумной и злой, а тонкие поджатые губы и вовсе придали лицу изобретателя выражение безжалостности. Без слов, это была лишь иллюзия, на деле абсолютно статичное изображение измениться не могло никак, но Джерри казалось, будто бы у него сейчас глаза открылись полностью, он просто наконец-то смог увидеть то, что и было всегда. - Вы чудовище... - прошептал он поражённо, не в силах разорвать "зрительный контакт" с фотографией Джейка. К удивлению для себя самого мальчик ничего не чувствовал по отношению к этому человеку - ни ненависти, ни жалости, ни даже желания услышать его извинения. Ведь какие-то чувства можно испытывать только к людям. А Джейк в его глазах человеком не был. Лишь физическая оболочка, способная ходить, разговаривать, думать. Но возможность любить Джейку была явно не дана. Человек, которого угораздило родиться без сердца, - так подумал об изобретателе Джерри, всё так же неотрывно разглядывая его фотографию. В тех же стереофильмах после того, как ему открывалась неприглядная правда, их герои обычно вели себя довольно однообразно. Истерика, долгие бессонные ночи - а после борьба против всего мира ради мести обидчику. Но Джерри прекрасно понимал: жизнь - не кино. Нет никакого смысла строить нелепые планы мести Джейку, пытаться его убить, попав в Город, или хотя бы облить грязью, хотя бы просто выложив в открытом доступе письмо Энтони. В любом случае гнев Джерри вызовет только в свою сторону или же в сторону Энтони, но никак не сможет заставить толпу ненавидеть изобретателя. За свои прошлые грехи Джейк уже ответил в достаточной мере. А в случае с Ребеккой юридически Джейк был абсолютно чист: ни в одном сборнике законов не было наказания за равнодушие. А Джейк тем временем даже не подозревал, объектом раздумий и страстей какого масштаба он стал этим вечером. Мысли о том, что Стивен посчитает, что он вновь стал убийцей, улетучились так же быстро, как и появились, - если его, Джейка, не наказал сам Мэр, то ему и в самом деле было не за что себя винить. А потому, полностью убедив самого себя, что он зря терзается пустыми сомнениями, Джейк вернулся к работе. Сейчас изобретатель поставил перед собой задачу, относящуюся не столь к оптимизации, сколь к улучшению - возможность выбора определённого телепорта - точки назначения. Ведь по замыслу изобретателя телепортов должно быть куда больше двух, а в идеале - даже по одному на каждый дом. Было бы глупо, если бы все они могли отправлять людей только в какую-то одну точку. Уже несколько небрежным жестом - телепорт был почти полностью готов, да и Джейк вовсе не боялся, что что-то сломает в своём собранном им же самим устройстве - изобретатель взял приспособление, кажущееся небольшим даже на фоне всех других приборов телепорта. Оно было чуть больше фаланги пальца, а по форме напоминало куб со скруглёнными рёбрами и сияющими сенсорными панелями по бокам. Являлось это ни чем иным, как координирующим устройством, в работу которого как раз входило прописывать маршрут потоку частиц. - На сколько я смогу увеличить его память без установки новых запоминающих устройств? - по привычке спросил изобретатель у своей помощницы. - В три раза. Джейк почесал подбородок и, задумавшись, посмотрел на потолок, над чем-то старательно размышляя. - В три раза, в три раза... это получается хватит примерно на штук пятьдесят-шестьдесят телепортов? - Пятьдесят три и немного свободно памяти, если говорить точнее, - поправила его Мари. - Всё же, если вы хотите самостоятельно производить расчёты, я бы советовала вам записывать все денные, хозяин. Услышав этот упрёк, изобретатель облизнул свои сухие губы и облокотился о собственный стол: - Мне сейчас точный результат не особо важен, - возразил изобретатель. - Значит, похоже, новые устройства всё-таки ставить придётся... - Если вы разрешите мне высказаться, - перебила его мысли вслух Мари, - то я готова напомнить вам, что при разработке станции управления погодой вам тоже пришлось работать с запоминающими устройствами, пусть и куда более громоздкими, чем эти... Вспомнив масштабную станцию управления погодой - немаленькое сооружение, парящее в воздухе и издалека сильно напоминавшее летающую тарелку, утыканную антеннами как ёж - иголками, Джейк даже усмехнулся. Запоминающие устройства станции он помнил прекрасно. Едва ли не десяток блоков, каждый чуть ли не с Джейка ростом, предназначенных для точного запоминания и воспроизведения всех нюансов погоды, да ещё так, чтобы явления вроде дождя, снега или сильного ветра самому Городу и его технологиям не повредили никак. И, когда изобретатель попытался представить себе, как он будет этакие махины подключать к своему телепорту, ему даже отчего-то стало смешно. - У вас ещё остались чертежи и расчёты касательно этих блоков памяти, - продолжила Мари, явно не подозревая о мыслях изобретателя. - Вы можете использовать эти данные при разработке новых запоминающих устройств и для вашего координирующего устройства. - Давай сюда эти листы, - коротко сказал Джейк, даже не думая благодарить свою помощницу. И, бросив беглый взгляд на часы, которые показывали уже едва ли не полночь, изобретатель решил, что это будет одна из последних его длинных ночей - по крайней мере, в ближайший месяц. Требовалось хорошенько выспаться перед тем, как браться за превращение самого себя в виртуала. Джерри уже не первый час лежал в кровати, однако сон к нему совершенно не шёл. Ему было непривычно и даже страшно спать в пустом бункере - всё же присутствие мистера Салливана, пусть и превратившегося по сути в растение, вселяло хоть немного спокойствия. Сейчас же Джерри вздрагивал едва ли не от каждого шороха, которые чаще всего являлись просто плодом его воспалённого воображения. А ещё у него был другой повод провести эту ночь без сна. Он постоянно вспоминал письмо Энтони, отчасти сухие его фразы, кои явно стали частью манеры общения администратора со всеми, досье Джейка, и самое главное - его беспощадные слова. Джерри пытался выкинуть их из головы, пытаться думать хоть о чём-то другом - да хотя бы даже о том, как ему теперь жить! - но не смог. Лишь несколько отрешённое, с жёстким взглядом, лицо изобретателя стояло перед глазами мальчика. А в ушах звучал его голос, настойчиво повторяющий лишь одно - "Мне наплевать". Улёгшись на спину, мальчик посмотрел в потолок. Он расплывался перед глазами, так, словно бы их застилали слёзы, однако Джерри рыдать совершенно не хотелось. Сам не понимая, зачем он делает это, подросток пытался хотя бы понять, что двигало Джейком, когда он, явно зная, к чему может привести отключение принимающего сознание устройства в Городе, всё же провёл свой жуткий эксперимент, а затем - повёл себя так, будто бы смерть Ребекки никакого отношения к нему не имела. Неужели изобретателю нравится заставлять других страдать или даже видеть на лицах людей гримасы непонимания? Ведь не может, не может ни один человек быть таким бесчувственным! Однако чем больше Джерри пытался понять Джейка, тем хуже у него это получалось. Изобретатель словно бы отгородил себя от всего человечества в целом чем-то вроде того самого силового поля, которое было возведено вокруг его кабинета уже довольно много лет назад. Нет, Джейк вовсе не шёл против всего мира и даже не пытался изменить его под себя самого. Похоже, после того дня, когда его жизнь сломалась, он предпочитал держаться от людей подальше, одновременно считая, что все они созданы лишь затем, чтобы ему мешать. "Тогда почему вы калечите чужие жизни? - возник вопрос в голове Джерри. - Если вас так раздражают люди, почему бы вам не жить вдали от них?" Судя по всему, каждая встреча Джейка с людьми в той или иной степени оканчивалась для них не самым лучшим образом. В лучшем случае их ждало просто испорченное надолго настроение, а в худшем - смерть. От звания убийцы Джейк не смог избавиться никогда. Не прикасаясь к ним и даже, похоже, не зная их лично, Джейк в буквальном смысле уничтожил почти всю семью Салливанов. И, возможно изобретатель даже знал о том, что, убив Ребекку, он изуродовал жизнь и всей её семье. Только, похоже, ждать раскаяния по этому поводу от такого человека будет бессмысленно. Устав бесцельно лежать, Джерри откинул одеяло и сел на кушетке. Взгляд моментально метнулся к часам, показывающим без двадцати полночь. Джерри уже окончательно понял, что заснуть ему не удастся, но за чем бы ещё скоротать время до рассвета, он так и не смог придумать. Подросток даже начал думать, будто бы Джейк, сам того не желая, словно втолкнул его отчасти в ту жизнь, которой жил он сам. Вспоминая своих немногочисленных и без того друзей и знакомых, Джерри был абсолютно уверен в том, что общаться с ними так же непринуждённо как раньше он не сможет. Две трагедии в его семье подряд и неожиданно открывшаяся правда о том, что того, кто, по сути, и убил Ребекку, ни в чём обвинить будет нельзя, сделали пятнадцатилетнего мальчишку в душе самым настоящим стариком. И Джерри понимал, что когда он осмелится снова показаться в обществе - оно будет для него не таким, каким являлось хотя бы сейчас. В его душе словно бы строился свой мир, в котором было место только ему одному - но никак не другим людям. Джерри опёрся спиной о стену. Отделять себя от всего мира, подобно бессердечному изобретателю, он не собирался. Обладая ещё немаленьким подростковым максимализмом, Джерри не видел для себя иного исхода. Либо жить в своём же мире и никого к себе не подпускать ближе чем на метр, либо... Что ещё "либо", Джерри пока что не мог придумать. - Сколько времени? - спросил Джейк сонным голосом и одной рукой протирая слипающиеся глаза. - Один час и две минуты, - безмятежным и бодрым тоном ответила Мари, которой сон в принципе был не нужен. - Чёрт! - уже вслух выругался Джейк, не в силах поверить в то, что он опять засиделся с работой допоздна. Решив не собирать на ночь глядя ничего, изобретатель весь вечер потратил на пока что только теоретическое воплощение новых запоминающих устройств. Даже с помощью Мари работа шла, как ему казалось, крайне медленно, и Джейк начал снова злиться на себя. Он всегда относился к любым отставаниям от своего собственного плана - пусть даже самым ничтожным! - крайне серьёзно. Ведь всю жизнь изобретатель считал, что одна такая мелочь запросто потянет за собой другую, другая - третью, и рано или поздно они, словно огромный снежный ком, смогут серьёзно затормозить всю работу. "Если бы я не спал ночью, я бы смог закончить теоретическую часть и уже завтра приступить к сборке!" - в отчаянии подумал Джейк, хотя он понимал, что всё же провести целую ночь без сна он вряд ли сможет. Но с другой стороны ему осталась буквально самая малость - лишь сравнить два блока полученных в ходе вычислений данных и на их основе вывести формулу для распределения памяти в новом устройстве. - Устали, хозяин? - участливо спросила Мари. - Нет, - непонятно почему ответил Джейк, хотя бороться с самим собой ему становилось всё труднее. Наверное, если бы он сейчас даже просто лёг, то его глаза закрылись бы сами собой. - Вам не стоит так нагружать себя, - упрекнула его Мари. - Если же вы можете поручить мне вашу работу, я бы советовала вам это сделать. В противном случае, вы можете просто встать пораньше и закончить начатое уже с утра. Изобретатель задумался. С одной стороны, можно было бы и вправду получить всё это Мари, а с другой - округлять полученные числа надо будет до таких величин, которые, как полагал изобретатель, будут выяснены только в ходе расчёта. Конечно, машина по заданным самим Джейком формулам сможет всё подсчитать и округлить до кажущихся ей точными величин, но сейчас ему нужна точность в пределах до одной септиллионной. Мари же пока с такой точностью делать вычислений не могла из-за собственных ограничений памяти. Так что доверь Джейк сейчас Мари сделать все расчёты за себя - то на утро ему всё равно придётся почти всё исправлять, вычисляя дополнительные погрешности, и в итоге у него могут получиться совсем другие числа чем те, что выдаст ему машинный разум. Попавшись на эту подлость пару раз, Джейк стал предусмотрительнее и теперь решил никогда не давать Мари работать с расчётами, где высчитывались доли меньше одной квадриллионной. По крайней мере, до тех пор, пока он сам несколько не усовершенствует свою помощницу. - Нет, - твёрдым тоном сказал Джейк, борясь со сном. - Давай сюда листы семидесятый и семьдесят первый. Сам дорешаю. - Как скажете, хозяин, - покорно ответила Мари, уже помещая нужные изобретателю листы над его столом. - Но всё же я бы не советовала вам так пренебрегать сном. - Разбудишь в семь тридцать, - бросил ей изобретатель вместо ответа. Когда он начинал работать, он мог забыть обо всём - даже о том, что ему нужно выспаться. И сейчас, едва лишь он удобства ради внизу листа повторно выписал обе полученных им величины, как тут же почувствовал, что сонное ощущение медленно его покидает. Ночь, поначалу кажущаяся такой длинной, для Джерри пролетела довольно быстро, едва лишь мальчику стоило заняться делом. Одевшись, Джерри для начала заправил свою кушетку, затем - перестелил покрывала на кушетках, где когда-то спали мистер Салливан и Ребекка. Не остановившись только на этом, Джерри подмёл и без того чистый пол в бункере, снял со стены ещё бумажный календарь, разорвал его и выкинул в мусорное ведро - современных аннигиляторов, повсюду использующихся в Городе, в бункерах не было. Теперь с первого взгляда бункер совершенно не казался жилым, и лишь компьютер, стоявший на столе, напоминал о том, что когда-то тут жил хоть кто-то ещё, кроме одинокого несчастного пятнадцатилетнего мальчика. Но Джерри и компьютер не оставил без своего внимания. Включив старенькую машину, Джерри, не обращая внимания ни на что, подключился сразу же к сети и открыл почтовый ящик мистера Салливана. Руки совершали действия будто бы не подчиняясь сознанию - удалить все письма, очистить "корзину", открыть настройки почтового ящика, удалить его, подтверждение удаления. Словно идя чётко обозначенным путём к намеченной цели, Джерри выключил компьютер, выдернул все его провода и сложил их в одну кучу на столе. Затем - попытался было открыть крышку системного блока, ещё довольно громоздкого по сравнению со сверхсовременными, но потерпел неудачу и оставил всё как было. "Всё равно вряд ли это хоть кому-то теперь будет нужно", - с горечью подумал подросток. Бункер ведь могли открыть только те, чьи отпечатки пальцев были заложены в памяти датчиков у двери. Таких было трое - Ребекка, мистер Салливан и сам Джерри. Первые двое мертвы. Значит, после того, как Джерри уйдёт, попасть сюда не сможет никто. Пройдя в свою комнату, Джерри посмотрел на часы, которые показывали уже целых три часа утра. Время за делами, пусть и кажущимися бессмысленными на первый взгляд, пролетело на редкость быстро. Но мальчика это нисколько не радовало. Он надеялся, что сможет сделать всё нужное ему хотя бы на час раньше, чем вышло. Но теперь у него не было пути назад, и мальчику ничего не оставалось, кроме как продолжить готовиться к тому, что он затеял. Поначалу он пытался отговорить самого себя от задуманного, понимая всю глупость и даже отчасти какой-то детский протест, но ощущение того, что теперь он стоит отдельно от всего человечества, всё глубже и глубже пускавшее корни в его душу, придало Джерри уверенности. Выключив и электронные часы, подросток развернул их к стене циферблатом, в последний раз посмотрел на свою комнату, куда ему больше не суждено было вернуться, и пошёл в коридор. Однако, дверь бункера открывать Джерри не спешил. На мгновение подросток задержался, а затем - посмотрел в сторону едва заметной двери, выкрашенной в тот же цвет, что и стены, и открыл её. Прямо за ней были три противорадиационных костюма, один довольно большой и два маленьких, доходивших ему чуть ли не всего-то до пояса. На секунду задумавшись, какой именно ему стоит взять - ведь прошло уже немало лет с тех пор, как он, его отец и сестра в последний раз выходили на поверхность Земли, - Джерри всё же выбрал тот, что был больше других. Взяв противорадиационный костюм, сделанный из специального вещества, способного рассеивать вредное излучение, Джерри почему-то с горечью подумал, а не является ли и этот сплав творением Джейка. Судя по всему, молодой изобретатель, ещё находясь на Земле, смог создать много вещей, которыми до сих пор пользуются люди. Судя по всему, кроме таланта к физике, у Джейка было и чутьё на нужные человечеству в первую очередь вещи. Но, решив думать о пустом меньше, а вместо этого больше делать, Джерри осторожно ослабил застёжки вокруг его воротника - так, чтобы он сам мог влезть в костюм. Изобретавший его человек предусмотрительно сделал минимум застёжек, чтобы избежать даже мельчайшего проникновения радиации. Подумав об этом где-то секунду и решив, что Джейк вряд ли был столь хорош в химии сплавов, сколь в физике, а потому тем более нет смысла приплетать его лишь бы куда из-за собственной паранойи, Джерри тяжело вздохнул и стал влезать в гремящий от каждого движения костюм. Больше всего этот костюм походил на бесформенный комбинезон с тяжёлыми массивными сапогами и круглым шлемом с полупрозрачным затемнённым забралом. Минимум эстетики и максимум практичности - как и во всём, что использовали те немногие, что ещё остались жить в реальном мире. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 9 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 9 июля, 2012 Глава двадцатая, где мы взглянем на ещё одну напрасную смерть. По всему коридору раздавался грохот и лязг металла, а те, у кого возникло бы желание пожертвовать сном в угоду любопытству, могли бы выглянуть в этот момент коридор и увидеть там массивную фигуру в противорадиационном костюме. Неуклюже и неумело, будто бы тому, кто носил этот костюм, было невероятно трудно даже просто поднять ногу, не то что сделать шаг, она шла мимо дверей, периодически натыкаясь на стены, останавливаясь и делая ещё более трудные для неё шаги назад. Наверное, эти люди бы, не зная правды, от души посмеялись бы над носившим этот костюм и, скорее всего, отпустили бы ему несколько малоприятных колкостей вслед. Но никому бы и в голову не пришло, что за тяжёлым противорадиационным облачением скрывается Джерри Салливан, пятнадцатилетний мальчишка, твёрдо решивший в эту ночь выйти на заражённую Землю. То, что костюм его покойного отца был велик ему, Джерри понял сразу же, лишь стоило ему попытаться открыть дверь. Гремящий и массивный костюм висел на подростке, словно довольно тяжёлый мешок. Единственной его частью, которая сидела на Джерри нормально, был шлем. Плечи же находились чуть ли не в районе локтей, перчатки казались огромными, и если бы не сапоги, тоже, к счастью, сидевшие довольно плотно, то вся его нижняя часть, наверное, волочилась бы сейчас по полу. Была беда для Джерри и с сапогами - они были явно на несколько размеров больше, чем было бы нужно подростку. С каждым шагом он едва ли не вываливался из них, и именно оттого его походка была такой нетвёрдой. Затрудняло движение и освещение. Тусклые лампочки, горевшие в коридорах в дневное время суток, сейчас были выключены в угоду экономии энергии, перемещался Джерри по сути вслепую, пользуясь лишь довольно слабым фонарём, укреплённым на лбу костюма. Им явно уже пользовался кто-то до Джерри, и пользовался активно, так как он постоянно мигал, светил тускло, периодически выключался. Но всё же Джерри без света передвигаться по мрачным свинцовым коридорам просто бы не смог. И сейчас, в очередной раз едва не подняв ногу отдельно от сапога, Джерри всеми силами старался припомнить, так какой же комплекции был его отец до смерти Ребекки. Вроде бы, это было совсем не так давно, кроме того, память просто должна была сохранить образ человека, который был рядом всю жизнь, но Джерри в упор не мог упомнить его. Без слов, ему было за это очень стыдно, но мальчик ничего не мог поделать с собственной памятью. Он не смог вспомнить не то что фигуру, но и даже рост мистера Салливана. Уж слишком долго тот лежал недвижимым и слишком долго Джерри носил его на себе. Естественно, что новые воспоминания, бывшие куда сильнее прежних, эти самые прежние и вытеснили. "Где же именно был выход?" - подумал он, едва не оступившись в очередной раз. Он повертел головой, даже повернулся назад, пусть это и далось ему с огромным трудом - вдруг прошёл случайно! - но вокруг были лишь те же знакомые ему с детства почти чёрные стены, в которых каждый шаг его отдавался гулом, да и закрытые двери бункеров. Их жителей явно не беспокоил шум и лязг в коридоре. А Джерри, сосредоточено морщась и кусая губы под шлемом, пытался всё же упомнить дорогу, по которой он ходил вместе со своим отцом в далёком детстве. Это только кому-то, впервые попавшему в бункеры, - если такие, конечно, нашлись бы во всём человечестве, - показалось бы, что все коридоры их абсолютно одинаковые, тёмные и даже отчасти злые и давящие на сознание. Но Джерри, проживший здесь всю свою осознанную жизнь, мог заверить любого, что это далеко не так. В каждом из коридоров было что-то, отличающее его от других, - какие-то царапины на стенах, свойственные этому месту и только, облупившаяся краска, даже просто направление мазков её, весьма часто сделанных небрежно - за долгие годы жизни под землёй всё это бросалось в глаза. И сейчас Джерри, уверенно шагая вперёд, пытался вытянуть из собственной памяти образы, полузабытые, но моментально оживающие, стоило ему лишь взглянуть на стены. Или то была лишь иллюзия? "Для обмана зрения слишком уж много совпадений", - мрачно подумал Джерри и продолжил свой путь. И чем дальше он шёл - тем больше самых разных воспоминаний оживало в его голове. Вот мимо этой двери с одной глубокой царапиной - так и не убрали её жильцы этого бункера! - он проходил вместе со своим отцом и сестрой, тогда ещё обладавшей несколько более мягким характером, чем тот, что проявился у неё уже через несколько лет. Одетый в этот самый костюм, явно ему совершено никак не сковывавший движений, мистер Салливан вёл за руку обоих своих детей, которым на Землю в столь юном возрасте выходить было строжайше запрещено, и о чём-то увлечённо им рассказывал. Маленький Джерри тогда очень долго хотел стать таким же, как и его отец, - вместе с группой добровольцев он пытался выяснить, возможно ли хоть как-то восстановить Землю. Но уже в скором времени стало понятно, что усилия эти напрасны, вся Земля уже давно заражена, началось разрушение её атмосферы, и мистер Салливан просто оказался не у дел. Просидев без работы пару лет - работавшим на Земле выплачивали небольшое денежное вознаграждение за их весьма вредный для здоровья труд, ведь даже несмотря на костюмы, любая радиация рано или поздно в той или иной степени сможет проникнуть в человека, который, по сути, маринует себя в ней, - мистер Салливан устроился на новую работу, и все задания, судя по всему, выполнял на компьютере и с его же помощью отсылал их заказчикам. Джерри даже на секунду остановился. Новый вопрос, простой до боли, пронзил его сознание, словно длинный острый шип. "Где и кем работал мой отец?" - именно это сейчас звучало у него в голове, гулко, так же, как и звук его шагов по металлу, доносившийся к нему через толстый шлем. Чуть замедлив темп, Джерри пошёл дальше, всё так же размышляя об этом. По сути, прожив с мистером Салливаном пятнадцать лет, он не мог сказать о нём ничего. Он был не особо общителен, всем сердцем, как выяснилось, любил своих детей, работал ликвидатором последствий мировых войн, не признавал высокие технологии, питая к Городу особую неприязнь - это было всё, что мог сказать Джерри. Нечего сказать, сын знал своего отца превосходно. А Ребекка? Что он знал о своей сестре кроме того, что она любила закатывать истерики, а в детстве бралась за всё - за пение, рисование, сочинение стихов, но во всём потерпела неудачу? Что на самом деле было у неё на душе? Почему она в тот злополучный вечер отправилась в Город? Почему она решила отправиться именно в тот день, когда отключили Портал? Может, всей семье Салливанов стоило просто принять Город как неизбежную данность, как лучший мир, и всё же отправиться туда? Ни на один из этих вопросов Джерри не мог дать ответа, почему-то сейчас от этого ему стало тоскливо. Коридор, в котором уже довольно давно не было никаких дверей, неожиданно резко закончился. Впереди была только абсолютно глухая на вид стена - и больше ничего. Но какое-то шестое чувство подсказывало Джерри, что всё же он на месте. Совершенно не доверяя ему и даже не понимая, зачем именно он это делает, Джерри подошёл к этой самой стене и поднял руку - так, чтобы сканер смог убедиться в наличии костюма у пришедшего. И Джерри был прав. Едва лишь он повернул ладонь в сторону стены, как тут же раздался тихий шорох, писк - и глухая на вид стена пришла в движение. Со ржавым скрипом, похлеще чем тот, с которым открывались двери почти всех бункеров, свинцовая пластина пришла в движение. А прямо за ней был пост с охранником, одетым в такой же противорадиационный костюм как тот, что сейчас был на Джерри, а прямо после него - лифт, внешне представлявший собой абсолютно прозрачный стеклянный параллелепипед. - Фамилия, имя? - безо всяких предисловий и глухо спросил охранник, совершенно не двигаясь. Если бы не этот вопрос, то его запросто можно было бы принять за просто пустой защитный костюм, невесть зачем выставленный у выхода на Землю. Джерри замешкался. Насколько он помнил, на Землю, как и в Город, можно было попасть только с двадцати одного года. Мистер Салливан сделал своим детям костюмы, исключительно из-за их же собственных просьб, и по той же причине, однажды, уже задолго до этого бросив работу ликвидатора, взял с собой на поверхность Земли Джерри и Ребекку. О той прогулке у мальчика осталось очень мало воспоминаний - почти ничего, кроме серых тяжёлых облаков, гуляющих по небу, он вспомнить не мог. Продолжалось всё это недолго, едва лишь его дети успели сделать два шага от лифта, как мистер Салливан велел им немедленно возвращаться назад. Да, до этого Джерри был на Земле, проходил эту охрану, но "прогулка" длилась от силы три минуты, и тогда его сопровождал взрослый. Что же делать теперь? Неужели он проделал столь сложный путь зря? - Салливан, - коротко сказал Джерри. - Салливан Грегори. Охранник, выслушав это, замолчал, а после - явно начал листать свою базу данных, ища нужную ему фамилию. - Салливан, Салливан... - твердил он. - Что-то знакомое, но не помню, где именно слышал... "Только бы им не было известно о смерти моего отца! - думал про себя Джерри, сжав кулаки, благо под огромными для него перчатками это совсем не было видно. - Только бы не сообщили, он же недавно умер..." И в то же время он надеялся, что охранник - не бывший друг мистера Салливана. Если сейчас прицепится с разговором, или, что хуже, пригласит на совместную чашку чая, - пошла прахом вся идея Джерри. - Грегори Салливан есть, сканирование костюма подтверждает, что он ваш. Бункер пять тысяч девять-е, не так ли? - Да, - поспешно ответил Джерри, который, признаться, как и его сестра, плохо помнил номер своего бункера. Охранник показал рукой на лифт: - Проходите. "Получилось!" - радостно подумал Джерри, удерживая навязчивое желание броситься к лифту со всех ног. Однако, он понимал, что таким образом просто выдаст себя, да и не сможет всё равно сделать ни одного шага в темпе быстрее чем тот, в котором он шёл сейчас, и потому, коротко кивнув явно не особо умному охраннику, мальчик прошёл мимо него. Он старался ставить ноги твёрже, чем обычно - а не то ещё заинтересуется охранник, чего это бывший ликвидатор так плохо ходит в своём же костюме. К счастью, лифт был недалеко, и едва лишь Джерри встал на прозрачный, но прочный его пол, как тот мягко начал подниматься. Едва лишь лифт оторвался от пола, как у Джерри в голове проскользнула даже мысль о том, что зря он это всё затеял. Что ещё не поздно вернуться назад, или хотя бы просто погулять по Земле минут пять, а после спуститься назад и попытаться как-нибудь устроить свою жизнь. Миссис Райли ведь сможет помочь ему, поддержать, да и его немногие друзья его вряд ли бросят. И после куда более тяжёлых ситуаций дети выживали и нередко многого добивались в жизни. Так, может, всё же стоит повернуть назад? Джерри потряс головой, желая прогнать навязчивое ощущение вины перед невесть кем. "Нет, нет, нет!" - кричало его сознание, противореча естественному для любого человека желанию жить. Меньше всего Джерри хотел чувствовать себя как тряпка. Он и так, как сейчас понимал, выбрал для себя далеко не "мужской" способ покончить с собой. Смерть от облучения - какой же мягкой она кажется по сравнению с тем же удушением или пулей себе в голову! Другого выхода, кроме суицида, мальчик не видел. С одной стороны на него смотрел злой мир, у которого в его понимании теперь было лицо грубияна Сэма, встреченного им уже довольно давно, - злое, уродливое, наполненное лишь крайним эгоизмом и неумением понимать чужое горе. С другой - представительство Города в реальном мире, имеющее лицо Энтони - холодное, отрешённое, чуждое. Как и любой карьерист, он привык пробивать себе дорогу любыми путями, и все его слова насчёт того, что он хотел Джерри лишь добра, являлись пустым звуком. И с третьей - сам Город, виртуальная реальность имеющая пропитанное насквозь неприязнью лицо Джейка Соммерса. Красивая сказка, идеальный мир свободы, утопия, воплощённая едва ли не в жизнь, но за всеми этими масками - гнилая и бездушная машина. Как же жаль, что, судя по всему,мало кому удаётся это осознать! С лёгким шелестом лифт остановился, а его дверь снова открылась. Незамедлительно выйдя из него, Джерри даже не стал ждать, пока лифт снова ухнет вниз, а вместо этого - пошёл вперёд по планете, ставшей колыбелью человечества, которое потом, в благодарность, просто уничтожило её. Джерри слабо подозревал, какой город и какой страны это место было когда-то. Кругом не было абсолютно ничего. Под ногами - серые стёртые в крошку камни, везде лежат какие-то руины, от которых остались по сути одни лишь железные остовы. Тех серых облаков на ночном небе не видно - лишь постоянно движется что-то тёмное и массивное. Равно как не видно и брешей в атмосфере - всё из-за той же темноты. Ни звука не доносилось до ушей Джерри, вокруг не было никого. Своего рода противовес Городу с его голубым небом и мягкой зелёной травой под ногами. Но Джерри пришёл сюда вовсе не любоваться чем бы то ни было, насколько это слово вообще было применимо к Земле. Страх и так уже начал подкрадываться к его сердцу, а потому Джерри, абсолютно уверенный в том, что он делает, начал расстёгивать герметичный воротник шлема. Работа была, мягко говоря, не лёгкая, - подросток и так с трудом застегнул его, а сейчас, ещё с этими поистине огромными перчатками, он и вовсе не мог ничего поделать. Пальцы постоянно соскальзывали, и Джерри даже думал, а не закроет ли он его ещё хуже, фактически придушив себя. Смерть от удушения, однозначно, пугала его сильнее, чем облучение. Но вот один, первый и последний рывок еле ощутимого язычка на себя - и с лёгким шипением шлем чуть отделяется от шеи. По коже пробежал ветерок - еле ощутимый, и в то же время какой-то тяжёлый. - Здравствуй, Земля, - тихо обратился к погибшей планете Джерри и, взяв поудобнее шлем в руки, пошёл дальше, заодно и отсоединяя дыхательные трубки. Куда - на сам не знал, да и заботило это его мало. Идти, идти куда угодно, только бы подальше от лифта в бункеры! Во рту почувствовался лёгкий привкус, похожий на кровь - вкус железа, верный признак высокой радиации. Джерри явно брёл в сторону особо заражённого источника, но именно это ему и было надо. Отшвырнув шлем куда подальше - да кому он понадобится теперь? - мальчик всё шёл и шёл в сторону руин чего-то, когда-то бывшего многоэтажным зданием. Левый висок пронзила вспышка боли, в глазах начало темнеть с каждым шагом - вредные лучи, рассеиваясь от костюма, явно проникали в самый мозг подростка. Костюм выполнял свою работу отлично - в теле совершенно не ощущалось ничего противоестественного. И сейчас Джерри молился только об одном - чтобы его смерть настала побыстрее. Перед глазами уже всё начинало плыть, чем дальше он шёл - тем тяжелее давался каждый шаг. Нет, тело передвигалось всё так же легко, как и прежде, но вот мозг воспринимал все его движения словно бы через какую-то пелену, с огромным опозданием. И оттого Джерри порой и сам не понимал, успел ли он сделать шаг, или нет. И, в конце концов, будучи уже не в силах бороться с этим, мальчик просто упал, не дойдя до руин каких-то пяти от силы шагов. Белая расплывчатая пелена перед глазами становилась неожиданно красной, а затем и вовсе приобрела бурый цвет. Голова словно бы налилась свинцом, и Джерри, лёжа на животе, не мог даже повернуть её. Страха уже не было, равно как и упрёков себя самого за глупость - Джерри верил, что, возможно, где-то там, между Городом и Землёй, есть лучшие миры, где его уже ждут и его отец, и Ребекка. Всё же, веры в добрые старые сказки мальчик, похоже, не растерял. "Я хочу спать..." - вяло промелькнуло в голове у Джерри. Перед глазами чернота становилась всё плотнее, хотя сами глаза даже не думали закрываться. Голова сама словно была наполнена раскалённым металлом, а металлический привкус во рту стал невыносим. Из последних сил моргнув, Джерри посмотрел на тёмное небо, склонил голову набок и закрыл глаза, которым больше открыться не было суждено никогда. Он не знал, что радиация уничтожила тогда лишь его кору мозга, а сердце продолжало биться до самого утра. Не знал, что уже меньше чем через месяц выпустивший его охранник будет уволен, а его тела не найдут никогда. Не знал, что миссис Райли выплачет все глаза когда узнает о его исчезновении. Ведь её внук, которому сейчас было бы столько же, сколько и Джерри, много лет назад погиб от облучения, и за столь короткий срок нейропсихолог успела очень привязаться к Джерри. Самому Джерри узнать это было уже не дано. Последнее, о чём он думал, - это то, что на деле умирать не так уж и страшно. Равно как он и не знал, что где-то там, в ненавистном ему Городе, Джейк Соммерс, тот самый человек, уничтоживший всю его семью и по сути убивший его самого, заканчивает работу над телепортом и уже в ближайшем будущем собирается вывести из состояния сна сознание Ребекки, чудом уцелевшее после того рокового перехода. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 9 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 9 июля, 2012 Глава двадцать первая, где нам придётся задуматься о последствиях. Наверное, до этого самого утра Джейк никогда за всю свою жизнь не чувствовал себя так отвратительно. Голова отзывалась мучительной острой болью на каждое её движение, глаза фокусировались на предметах буквально на несколько секунд, а после в них начинало просто двоиться. Любое, даже самое незначительное движение, тоже отзывалось невероятной болью в голове и даже почему-то тошнотой. Будто бы сам череп изнутри сверлили тысячами свёрл. Облокотившись несколько вальяжно с виду на стол и едва ли уже не падая на него всем своим телом, Джейк полузакрытыми глазами смотрел в окно. Над его столом висели голографические листы с его ночными расчётами, написанными торопливым небрежным почерком, а прямо перед изобретателем было устройство, внешне напоминавшее миниатюрную тёмную полупрозрачную пластинку со сплетением строгой формы серебристых линий на ней - новое устройство памяти, ещё не откалиброванное, но рассчитанное на то, чтобы "запомнить" по меньшей мере сто двадцать телепортов. Всё же, бессонная ночь не прошла зря. Уже явно ставшим привычным для него движением изобретатель подпёр свою голову другой рукой, а свободной потянулся чуть в сторону - туда, где и стояла его чашка со специальной бодрящей смесью, некоторое время позволяющей людям обходиться без сна. Даже не думая смотреть в сторону чашки, изобретатель поднёс её к губам и с некоторой долей удивления отметил, что чашка в очередной раз опустела - Я говорила, что вам будет лучше лечь спать, хозяин, - упрекнула его Мари. - Вам стоило выслушать меня. Джейк попытался ответить ей, но у него ничего не удалось. Голосовые связки его, похоже, почему-то уставшие не меньше, чем сам изобретатель, отказывались ему повиноваться, а потому сначала из его горла вырвался только едва слышимый хриплый стон. Но от этого Джейк лишь поморщился, тяжело сглотнул и ответил Мари хриплым сонным голосом: - Лучше сделай мне ещё этого пойла и дай хоть что-то от головной боли. Мне так работать будет тяжело... - Бодрящие смеси в таком количестве, - сказала Мари, уже забирая трёхпалым манипулятором чашку, - тоже вредны для здоровья, хозяин. Я советую вам всё же отдохнуть. Медленно моргнув, ибо всё же желание закрыть глаза и уснуть прямо тут, на столе, было сильным, Джейк довольно громко зевнул, даже не пытаясь прикрыть рот рукой, и продолжил: - А кто за меня будет работать? Устройство памяти не откалибровано, сегодня я ещё планировал начать сборку главного охлаждателя... - Вы всегда доверяли калибровку только мне, - не без доли удивления сказала Мари. - Ну а сейчас не могу, - сонно огрызнулся Джейк, отставляя кружку в сторону и протирая глаза. - Слишком хрупкое устройство, я сам не знаю, чего от него ждать... Мари, решившая что дальше с решившим проявить на сей раз упорство в это вопросе Джейком ей будет спорить бесполезно, тактично решила промолчать. А сам Джейк, которому уже даже веки держать открытыми было трудно, встал с гравикресла и нетвёрдой походкой пошёл в коридор - найти приспособление для настройки и калибровки устройств. В коридоре дома Джейка, как когда-то заметил побывавший у него дома Стивен, был самый настоящий склад разномастных устройств, разобраться в которых мог, пожалуй, только сам изобретатель. Даже для Мари найти что-то в этом на первый взгляд полном беспорядке было нельзя - Джейк разложил всё тут только так, как было удобно ему самому, а никак не машинному разуму, настроенному на работу с хотя бы относительным порядком. Однако, выйдя сейчас в коридор и посмотрев на корпуса, прототипы, проводки, Джейк почувствовал, как в его груди растёт несколько отвратительное ощущение беспомощности. Всё казалось каким-то чужим, некогда разложенные по сложной, но понятной ему системе вещи сейчас словно бы сливались в его глазах в одну большую свалку. И найти здесь приспособление для калибровки на первый взгляд казалось для Джейка нерешимой задачей. Но изобретатель был не из тех, кто мог сдаться просто так. Ещё раз протерев глаза - чтобы картина окружающего мира перед ними расплывалась меньше, - он обошёл массивный громоздкий корпус одного из первых прототипов телепорта и, подумав про себя, что надо бы велеть Мари переплавить его, подошёл к висевшему над полом небольшому столику, где были сложены в таком же беспорядке, как и всё вокруг, разномастные мелкие приборы - каждый немногим больше того самого запоминающего устройства, и все под постоянно работающим силовым полем - от греха подальше, чтобы не упали. - Отключи поле вокруг стола с приборами, - сонным голосом попросил Мари изобретатель. - Выполнено, - ответила Мари под еле слышимое жужжание отключаемого силового поля, которое затем начало словно бы таять в воздухе. Джейк попытался даже улыбнуться в ответ на это, сам не понимая, зачем он это делает, но ему в полусне даже этого не удалось. Уголки губ словно бы сами тянулись вниз, и если бы кто-то сейчас взглянул на лицо изобретателя, то, наверное, ему бы пришлось несколько подумать над тем, так какую же эмоцию он сейчас попытался выразить. - Благодарю, - под нос себе сказал изобретатель и осторожно, стараясь не потерять равновесие, наклонился над столиком, внимательно рассматривая лежавшие на нём устройства. Что-то явно либо было не так, либо изобретателя подводили его же уставшие за ночь глаза. Быстро моргнув пару раз, сгоняя пелену сна, Джейк принялся снова изучать приборы перед ним. Измеритель напряжения на отдельных участках - вскоре пригодится, но это не то. Один из ранних образцов нагнетателя магнитного поля - совершенно сейчас не пригодится. Миниатюрный конденсатор - вроде бы, Джейк на время отказался от него из-за его слабой мощности. Трёхжильные провода старого образца - на них изобретателю было очень хорошо проверять всё, где так или иначе была задействована работа тока. Всё, без слов, нужное, но не в данный момент. Где же это устройство для калибровки? Подумав, что оно могло просто-напросто упасть, а он сам этого не заметил в своё время, Джейк моментально сел на одно колено в угоду всё тому же равновесию, наклонился так, что маленький столик был прямо над его головой и принялся внимательно осматривать и ощупывать пол. - Вы ищете не там, - неожиданно раздался голос откуда-то сверху. Вздрогнув от неожиданности, Джейк попытался было снова распрямиться в полный рост, но не тут-то было. Едва лишь он попробовал приподняться, как в ту же секунду раздался глухой удар, перед глазами всё потемнело на мгновение, а череп пронзила новая вспышка боли - и от резкого движения, и от удара головой о небольшой, но довольно прочный столик. Приборы, стоявшие на нём, жалобно звякнули, и, не успей Мари вовремя включить силовое поле, то столик наверняка бы перевернулся в воздухе, все приборы с него упали бы на пол, и у Джейка ещё одной задачей на этот день стало бы больше. - Чёрт возьми, - несколько раздражённым тоном сказал Джейк, отползая чуть в сторону и уже там распрямляясь и потирая ушибленное место. - Зачем так пугать? - Потому что мне стало жалко вас и ваше время, - удивлённо сказала Мари. - Сначала у меня появилась вероятность, что вы идёте за чем-то другим, поскольку калибрующее устройство вы все последние месяцы держите подключённым к телепорту, и вы сами об этом знали не лучше, чем я. Но вы так направленно шли к некой явно до этого твёрдо намеченной цели, что я не рискнула вмешаться, к тому же, вы сами запретили мне это. Как сейчас вижу, зря. Потирая ушибленное место и даже не зная, от чего у него сейчас болит голова сильнее, - то ли от недосыпа, то ли от удара, - изобретатель, на все лады проклиная человеческую потребность спать и собственную забывчивость, пошёл обратно в комнату. Все мысли о работе заменил один простой и несколько глупый вопрос - так в самом ли деле Мари просто ошиблась или она просто решила таким образом наказать своего хозяина за его упрямство. А ноги Джейка тем временем всё чаще подкашивались, самого изобретателя заносило куда-то в сторону - всё же, ходьба в полусонном состоянии не каждому далась бы легко. - Клади его на стол, - простонал Джейк, воспринимая теперь и свою комнату как новую полосу препятствий. Ещё только вчера он мог вполне спокойно пройти мимо расставленных на полу проводов и устройств, не задев ни одно из них. Сейчас же у изобретателя всё уже даже не двоилось, а троилось в глазах, а ещё он чувствовал, как пол под его ногами начинает медленно раскачиваться из стороны в сторону. Джейк боялся даже не то, что пройти к своему гравикреслу, а просто сделать шаг, поскольку не был уверен в том, что под ногами у него не окажется какого-нибудь провода или, что хуже, компонента телепорта. - И всё же я настоятельно рекомендую вам выспаться, - твёрдым голосом, несколько не свойственным ей, сказала Мари. Эта простая фраза словно бы придала Джейку силы. Про себя ещё раз выругавшись и зевнув во весь рот, изобретатель пошёл к своему столу, стараясь держаться поближе к стене комнаты. Все приборы были расположены сзади гравикресла - так, чтобы сам Джейк в любой момент мог повернуться и проверить работу любого из них. Вдоль стен изобретатель никогда из принципа не ставил ничего. И сейчас за это он был готов сказать себе огромное спасибо. "Видел бы меня хоть кто-то со стороны", - мрачно подумал Джейк. Он прекрасно понимал, что сейчас выглядит в лучшем случае как посмешище, но сейчас ему было не до размышлений о своём внешнем виде. Наконец-то дойдя до своего стола и едва снова не ударившись головой, на сей раз - о манипулятор, - Джейк, не без доли раздражения отметив, что всё же ему было бы проще, не нуждайся он во сне, всё же сел в своё гравикресло и подвинул к себе поближе запоминающее устройство. - Вы должны выспаться, - повторила ему Мари. - Ваше недосыпание может привести когда-нибудь к смерти. Об этом Джейк не думал никогда. Сонное ощущение, как назло, слетело с него в один миг, сменившись лишь чем-то, похожим на небольшую усталость, однако в глазах изобретателя всё ещё немного двоилось. Несколько раз медленно моргнув, он задал Мари совершенно не относящийся к её предыдущему утверждению вопрос: - Ты сможешь хотя бы подключить устройство и рассчитать необходимые условия для калибровки? - спросил Джейк, чувствуя, что даже язык его ворочается с трудом. - Конечно, хозяин, - учтиво ответила Мари. - Отлично, - Джейк снова попытался улыбнуться. - Тогда... Договорить он не успел. Прямо над головой изобретателя, перекрывая собой все его документы, появилась сияющая золотистого цвета голографическая надпись: "Поступил стереовызов". Уже сразу догадавшись, кто это может быть, Джейк лишь лениво поднял руку: - Принимай, пойду спать после разговора. И всё же налей мне кофе, иначе я усну прямо тут, на столе. - Будет сделано, - сказала Мари, уже разворачивая панель стереофона на столе изобретателя. В прошлый раз, когда Джейк несколько бестактно разбудил его, Стивен смог усвоить для себя одно - этот человек явно встаёт рано и засыпает поздно, а потому выходить с ним на связь можно фактически в любой час суток. Кроме того, кто будет спать в почти два часа дня, кроме отпетых бездельников, к коим Джейк не относился? Так что, Стивен, абсолютно ни в чём не сомневаясь, уверенно установил связь с Джейком и и стал ждать ответа. Его не смутило, что изобретатель ответил на вызов вовсе не сразу - учёные всегда были занятыми людьми. Но как только перед ним возник видеофантом Джейка - с полузакрытыми, воспалёнными глазами, небритый, с грязными, растрёпанными волосами, в мятой футболке и с кружкой в руке, Стивен даже почувствовал себя виноватым перед физиком. - Внимательно слушаю, - проговорил Джейк и весьма шумно отхлебнул из своей кружки. - Я... я разбудил вас? "Да", - ожидал именно такого ответа нейропсихолог от изобретателя. Но Джейк повёл себя совсем иначе. Сделав большой глоток кофе и сморщившись, будто бы он выпил что-то на редкость гадкое, Джейк поставил кружку куда-то в сторону, протёр глаза и покачал головой: - Я сегодня даже и не ложился. Что у вас случилось? "Бедный Джейк", - невольно посочувствовал про себя Стивен изобретателю. Он никогда не симпатизировал Джейку, но сейчас ему в самом деле стало его жалко. Без слов, Джейк был талантлив и трудолюбив, но порой его же хорошие качества играли с ним злую шутку - как сейчас. Нельзя же так издеваться над собой, каким бы талантливым ты ни был! Однако Стивен понимал, что ему не стоит влезать в жизнь Джейка и советовать ему хоть немного отдохнуть. Джейк уже давно не маленький мальчик - сам сможет решить, что ему делать со своей жизнью. Тяжело вздохнув, он посмотрел на Джейка с сочувствием и упрёком во взгляде. - Я просто закончил анализирование тех данных, что вы мне отправляли. Хотелось бы кое-что обсудить. - Боюсь, - сказал Джейк, уже из последних сил борясь с дремотой, - что сегодня я всё же как-либо работать не в состоянии. Вы можете отправить мне это всё в виде файлов, я сам потом посмотрю и свяжусь? - Никаких проблем... - сказал было Стивен, но понял, что вряд ли его кто-либо услышал. Видеофантом Джейка куда-то исчез, а его искусственная помощница своим мягком голосом заявила, что готова начать приём файлов. А сам Джейк тем временем сел на свою кровать и закрыл глаза. Он никогда не думал, что после долгой бессонной ночи для него будет таким удовольствием хотя бы просто сесть и отдохнуть. И куда только делось сейчас желание работать вопреки всему, даже собственной естественной потребности спать? В голове уже появлялись какие-то образы, мало относившиеся к реальности, и с каждой секундой становившиеся всё более чёткими. И сейчас Джейк понимал, что вот сейчас-то он точно поступит вопреки своему упрямству и наконец-то сможет нормально выспаться. А тем временем вместо него в разговор со Стивеном вступила Мари. - Файлы приняты, - сказала она. - Мой хозяин прочтёт их сразу же, как может. - Спасибо. До свидания,- попрощался Стивен. - До свидания, - в свою очередь отреагировала Мари и отключила канал связи, решив дать Джейку возможность выспаться по-нормальному. Мало ли кто ещё решит побеспокоить изобретателя. Алгоритмы, которые сам Джейк заложил в Мари, были способны самосовершенствоваться, путь и крайне медленно. И сегодня она, без сомнения, извлекла для себя урок, решив учитывать наперёд все возможные варианты, как бы ни мала была их вероятность. А Джейк, даже не думая не то, что раздеваться, - просто лечь на кровать, - сидел, уронив голову себе на грудь. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 9 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 9 июля, 2012 Глава двадцать вторая, где мы познакомимся с фантомами немного поближе. Реальность сменила сон как-то на редкость быстро. Перед глазами всё ещё была темнота, так что сказать, какое сейчас время суток - то ли ночь, то ли ранее утро, - Джейк не мог. Однако он понимал, что больше заснуть не сможет, и потому всё же решил попытаться встать с кровати. Открыв глаза, которые почему-то закрывались сами собой так же, как и до сна, изобретатель попробовал было потянуться, чтобы размять затёкшие мышцы, но потерпел даже в этом неудачу. Тело, находившееся в довольно неудобной позе полусидя на кровати, явно затекло, и каждое движение отзывалось довольно неприятным покалывающим ощущением. Но одно лишь однозначно было куда лучше - изобретатель всё ещё чувствовал себя немного сонным, но никак не усталым. - Который час? - по привычке спросил он, вставая с кровати. - Двадцать два часа, пятнадцать минут, пять секунд. "Отлично", - подумал Джейк, наконец-то вставая с кровати. Почему-то он был уверен, что проспит не меньше чем до следующего дня, и сейчас был даже несколько обрадован таким поворотом событий. Больше издеваться над собой, работая всю ночь, Джейк не собирался, а потому решил, что опять отправится спать не меньше чем через три-четыре часа. Этого времени ему должно было вполне хватить на калибровку и создание точной копии запоминающего устройства - чтобы координирующее устройство телепорта "помнило" уже не сто двадцать, а двести сорок площадок. Джейк считал, что этого, пока телепорты не получили своё распространение, должно вполне хватить на весь Город. - Калибрующее устройство подключено, необходимые условия рассчитаны и уже сейчас будут перед вами, - по-быстрому сказала Мари, и уже в тот же миг над столом Джейка появился свежий голографический лист, исписанный ровными красивыми вычислениями где-то на половину. - Молодец, - скупо похвалил её Джейк, уже садясь за стол и, чуть нахмурившись, изучая вычисления. Но Мари всё ещё не собиралась успокаиваться: - И не забудьте о файлах Стивена, хозяин. - Я помню, - отмахнулся от неё Джейк. - Лучше напомни мне о них следующим утром, а разбудишь меня часов в семь. - Поняла. Небрежным взмахом руки Джейк заставил гравикресло несколько отодвинуться от стола. А затем, скрестив руки - верный признак того, что он сейчас что-то планирует, - изобретатель отдал команду: - Всю тепловую энергию с внешнего контура устройства на запоминающие линии. Энергию между двумя внутренними контурами распределить поровну между ними и внешним. Затем все изменения выдать мне в письменном виде на стол. Не успел изобретатель договорить, как на калибрующем устройстве загорелся маленький синил огонёк, а затем раздалось еле слышимое гудение. Довольно улыбнувшись и облизнув губы в попытках избавиться от ставшего каким-то мерзким и даже гнилостным привкуса кофе во рту, Джейк продолжил внимательно смотреть на лежавшие на столе устройства, готовый, если что-то пойдёт не так, прервать калибровку в любой момент. Но изменение характеристик устройства покуда проходило успешно, и это не могло не радовать изобретателя. Фактически с того самого далёкого дня, когда Джейк понял, что ему интересны точные науки, он выработал для себя одно негласное правило касательно их. Все они, особенно, когда берёшься за них всерьёз, требуют крайней сосредоточенности только на одной какой-то задаче. Чуть возьмёшься за другую - и уже всё может пойти наперекосяк. Но опыт работы накапливался с годами, и сейчас, будучи уже зрелым человеком и состоявшимся учёным, Джейк позволял себе иногда работать и над двумя проектами - но только тогда, когда один из них уже заканчивал или же брался за что-то по своим меркам не особо сложное. За неделю Джейк смог увеличить планируемые характеристики устройств памяти в полтора раза, добившись того, что координатор "помнил" аж триста шестьдесят телепортов. Это уже было куда более близко к пятистам, которые Джейк планировал, опираясь на идеальные условия, но дальше изобретатель улучшения проводить не рискнул - боялся, что запоминающие линии не выдержат ещё одной калибровки. А потому, решив, что лучшее - враг хорошего, Джейк собрал координатор обратно и приступил к полной переделке центрального охлаждателя. Внешне от того охлаждателя, который Джейк раньше собрал для объединённых ускорителя и расщепителя, он отличался мало. Те же полупрозрачные трубки, наполненные сияющим сине-белым криогеном и, подобно рёберному каркасу, прикрывающие собой все другие приборы телепорта. По замыслу Джейка, должно хватить шести трубок, благо все те приборы, где риск перегрева был высок, уже давно были снабжены дополнительными охлаждающими устройствами. Но всё же, чтобы снизить вероятность перегрева остальных приборов - да хотя бы той же рабочей панели! - фактически до нуля, Джейк решил всё же несколько переработать главный реактор охлаждателя и покрыть трубки с криогеном плотной, но с высокой теплопроводностью плёнкой - чтобы ни одна из них не разорвалась от напора газа или, что хуже, высоких температур. Генератор, к которому и были подсоединены все трубки с криогеном, отчего всё устройство и в самом деле имело некую схожесть с человеческими рёбрами, представлял собой вытянутое в длину приспособление с одной-единственной сенсорной панелью наверху. Его принцип действия был, с точки зрения Джейка, довольно прост - свободная энергия, на которой и была основана вся работа телепорта, внутри него превращалась в сверххолодные частицы. Установленный там же конденсатор затем переводил их в газообразное состояние, а после этот самый газ и разгонялся по трубкам. Постоянное движение этих частиц и вызывало охлаждение. Этот самый конденсатор, сейчас почти переделанный, стоял на столе Джейка, а прямо над ним же висели расчёты касательно его. Но в данный момент изобретатель работал вовсе не над ним. Оставив в сторону гравикресло и встав недалеко от него - с другого края стола, - Джейк уже который час подряд изучал данные, которые ему прислал Стивен. И чем больше он пытался в них вникнуть, тем больше понимал, что кем-кем, а нейропсихологом он стать бы точно не смог никогда. - Чёрт возьми, - выругался изобретатель. - Почему все эти гуманитарные науки не могут иметь в себе хоть немного логики? Прищурив один глаз, изобретатель слова уставился на голографические листы и принялся размышлять. Стивен, по сути, не прислал ему ничего нового, - те же два листа, что отправил ему Джейк, но с какими-то своими пометками на одном, графиками на другом, и информацией о ретрансляции сознания на третьем. Почти весь первый лист был перечёркнут, а поверх него крупными буквами было написано "Известное". По бокам листа, там, где не было текста, стояли какие-то уточнения и малопонятные Джейку слова. На втором листе тоже часть информации была перечёркнута как явно ненужная, а часть и вовсе стёрта. Зато на месте её красовались неровные графики, нарисованные явно рукой человека, к этому делу не привыкшего. Один по форме напоминал сжатую по вертикали синусоиду, над которой было написано всего одно слово - "Ретранслятор", второй - прямую с подписью "Сознание", идущую параллельно оси абсцисс. Но и синусоида, и прямая где-то ближе к середине абсциссы становились на редкость неровными - то ли у строившего их дрожала рука, то ли так была обозначена какая-то погрешность. Мысленно Джейк склонялся ко второму, ибо и там, и там эта неровность была обведена в круг, а прямо рядом с ней написано неровным почерком: "Вероятность полного отщепления - ?" И на третьем листе красовался какой-то совершенно не понятный Джейку текст о нейроструктурном программировании и ретрансляции сознания, который изобретатель понять так и не смог, как не пытался. Все слова были написаны на понятном ему языке, но в осмысленное предложение они отказывались складываться в упор, и потому в голове возникало что-то вроде той же расколотой картинки, собрать которую было нельзя. - Связывайся со Стивеном, - раздражённо обратился Джейк к своей помощнице, а после - взял голографическую ручку и подвинул к себе листы поудобнее, готовясь вносить поправки. В этот раз Стивен ответил почти сразу. Не успел Джейк подойти к стереофону, как видеофантом нейропсихолога, держащего в руках какое-то устройство, по виду напоминавшее шар со множеством металлических зажимов, возник перед Джейком. - Добрый день, - мягко сказал Стивен, тут же откладывая этот самый шар куда-то в сторону. По правде говоря, Стивен полагал, что Джейк за неделю уже успел забыть о его данных. А, может, он и вовсе не подозревал о их существовании - достаточно было вспомнить, в каком состоянии был его бывший коллега, когда сам Стивен попытался с ним связаться. Хотя сейчас изобретатель выглядел куда лучше - волосы чистые и гладко причёсаны, взгляд привычный, с определённой долей неприязни, лицо гладко выбрито, тонкие губы недовольно поджаты, - Стивен сомневался, а отдавал ли Джейк отчёт самому себе в тот день. Память людей в полусонном состоянии всегда была очень и очень избирательной. - Я по поводу ваших данных, - уже даже без приветствия начал Джейк, но Стивена это даже обрадовало. - Честно говоря, я пытаюсь с ними работать уже где-то дня четыре, если не больше, и мне тут непонятно абсолютно всё. Не дав Стивену время на ответ, Джейк поместил перед глазами нейропсихолога один из присланных ему листов - тот, где и были два графика. - Если не трудно, объясните. - Именно поэтому, - мягко начал Стивен, - я и связался с вами. Понимаете ли, мне прекрасно известно, как тяжело вам работать со всем, связанным с психологией. И я решил, что буду знакомить вас с любым, даже маленьким шагом, который я сделаю. Джейк коротко кивнул, одновременно одобрив решение Стивена и велев ему продолжать. Скрестив руки на груди, Стивен продолжил свои объяснения: - Вы, по сути, не прислали мне ничего из того, чего бы я не знал или над чем не работал. Но кое-что полезное всё же в ваши данные каким-то чудом затесалось. Видите ли, Джейк, ретранслятор сознания - крайне изменчивое и хрупкое устройство, которое я бы запросто мог сравнить с живым организмом. Поскольку он работает с таким хрупким явлением, как сознание, напрямую, то в нём всегда существует и будет существовать некая вероятность, что что-то может пойти совсем не так, как мы рассчитывали. Вы ведь помните, как мы над ним работали, а, Джейк? Джейк снова кивнул, не говоря ни слова. Он прекрасно помнил те до этого самого мига кажущиеся такими далёкими дни, когда он, будучи голограммой, работал ещё в реальном мире. Равно как и прекрасно помнил завершающий этап создания Города, когда и проводилась работа над ретрансляторами сознания. По чертежам, сделанным Гэри Брауном, физики-экспериментаторы собрали прибор в кратчайшие сроки, представляя его принцип работы исключительно с технической точки зрения - как и почти все учёные. Но очень быстро эти представления пришлось отбросить, едва лишь устройство было запущено в тестовом режиме. По сути, тогда изобретатели столкнулись с отчасти той же проблемой, которую Джейк встретил два с половиной месяца назад - ретранслятор не мог перебрасывать в виртуальность всю личность целиком, девая немаленькую часть её словно бы в никуда. Проблему решили тогда с грубым изяществом - просто поставили более мощные сканеры нейронных цепей и устройства памяти поистине огромного объёма, существующие, наверное, лишь в единичном экземпляре и требующие таких же немаленьких энергозатрат. Но проблема нехватки энергии тогда не стояла совершенно - радиация на Земле только усиливалась, а извлекать из неё энергию люди научились уже довольно давно. Незадача была в другом - куда именно "улетает" та самая часть сознания? Будь у разработчиков Города времени побольше - они бы, возможно, попытались это выяснить. Однако сроки поджимали, и они решили просто этого избежать, как одно из многих негативных явлений, возникших при создании Города. "Я - дурак! - несколько самокритично укорил себя Джейк, моментально проведя в своём сознании ещё одну параллель, пусть и не особо сейчас уместную. - Почему я сразу не мог предположить, что мне понадобится мощный сканер для телепорта?" Но на напрасные сожаления у него просто сейчас времени не оставалось, благо Стивен продолжил свой монолог: - Вижу, что вы всё же вспомнили это, Джейк. Так вот, в те дни мы смогли лишь снизить вероятность "исчезновения" части сознания, но никак не убрать её полностью. Помните, как тогда говорили наши математики? Одна миллионная того, что всё же какая-то часть сознания отщепится, всё же будет существовать всегда, но эта вероятность настолько ничтожна, что её можно даже не брать в расчёт. Но мы не знали, какая именно часть сознания будет и составлять этот один случай из миллиона и даже не стали это подсчитывать. - Говорите короче, - сказал Джейк. - С моими бессонными ночами я несколько выбился из своего графика, отстаю от него уже чуть ли не на сутки. - Хорошо, - покорно согласился Стивен. - После отключения Портала ретранслятор сознания, похоже, увеличил эту вероятность в разы, набирая мощь. И отщепилась не какая-то доля разума, а он весь от физического тела. Судя по этому, иного способа перенести полностью разум в виртуальность просто не существует. Джейк прищурился, снова обратив взгляд на голографический лист. - Довольно занятный рассказ. Но всё же, не могли бы вы хотя бы объяснить мне, что это за графики, и погрешности чего вы указали, если это вообще погрешности? Прежде чем ответить, Стивен тяжело вздохнул и посмотрел на Джейка с укоризной: - Я думал, вы слушали меня повнимательнее, Джейк. Первый, - нейропсихолог указал на синусоиду, - это работа самого ретранслятора. А второе - то, что происходит с сознаниями людей при переносе. А это, - с этими словами Стивен по-быстрому указал на то, что Джейк считал погрешностями, - вероятность такого полного отщепления. Как видите, она везде крайне мала, но в тот самый день возросла в разы. Чем ниже опускается график - тем выше эта самая вероятность. Джейк скрестил руки на груди и посмотрел куда-то в сторону потолка. Взгляд зелёных глаз изобретателя сейчас выражал целую гамму чувств - размышления над чем-то, что-то, сильно похожее на бессилие и даже страх, но никак не понимание. И следующие слова изобретателя лишь сильнее убедили Стивена в том, что насчёт последнего он точно не прогадал. - Всё равно слишком запутано на мой взгляд. Объяснить технически это невозможно? Нейропсихолог на миг задумался. Для него такие люди, как Джейк, были подобны каким-то отчасти инопланетянам, или хотя бы тем безумцам, у коих восприятие мира перевёрнуто с ног на голову. С почти абсолютной уверенностью Стивен мог сказать, что почти каждому человеку, обладай он каким угодно складом ума - гуманитарным ли, техническим, - было бы куда проще воспринимать текст, чем сухие формулы. Но Джейк был одним из той редкой породы людей, которые ради собственного удобства могли для обозначения всего в этом мире ввести свои переменные и двигаться дальше только на их основе. - Джейк, - чуть-чуть поджав губы, сказал Стивен, - даже в виртуальном мире не всё можно представить в виде нулей, единиц или формул. Всё же, есть то, что мы пока что не в состоянии познать, и его тоже надо учитывать. Боюсь, что некоторые тонкости сознания имеют именно такую природу... - Хорошо, - не стал возражать изобретатель. - Ладно, я покуда поработаю с тем, что вы мне сказали. До связи. - До связи, - машинально ответил Стивен, несколько ошарашенный таким сведением разговора на нет. Джейк, пусть и начав худо-бедно общаться хоть с кем-то, пусть и исключительно в рабочих целях, остался верен самому себе, - прерывать всё общение с людьми, едва лишь у него появилась хоть какая-то идея, или же когда он просто уставал от чужого общества. Тем временем Джейк довольно резким жестом отодвинул листы с данными о ретрансляции сознания куда-то в сторону стены, а сам снова взял лазер и сел за стол. Для улучшения работы конденсатора ему оставалось сделать всего два шага - несколько расширить распределитель криогена и заставить его молекулы двигаться быстрее. Изобретатель решил, что нейропсихологии ему на сегодня хватит с лихвой, и пора бы вернуться в ту область науки, где он чувствовал себя как рыба в воде. "И как я мог проглядеть такую параллель между Порталом и телепортом? - продолжал он укорять сам себя. - Ведь я бы мог просто попросить Мари записать мне данные о модификациях сканера ретранслятора - и всё, я бы собрал его за два дня!" Конечно, в своей работе Джейк отчасти опирался на имеющиеся у него знания - тот же расщепитель производил "захват" того, что в Городе позиционировалось как физическое тело, почти по той же технологии, что и ретранслятор "захватывал" сознание, а тот же сканер был собран по чертежам тех же сканеров, что имелись почти на всех устройствах, в том числе и на Портале. Но вот кто мешал Джейку заставить Мари считать именно улучшения сканера ретранслятора? Воистину на деле общих черт оказывалось так много, что порой увидеть их было весьма проблематично. "Одну минутку! - попытался притормозить собственный поток мыслей изобретатель, не отрываясь от работы. - Стивен говорил, что такое наблюдалось только раз за все годы существования Города, и именно в тот день я отключил Портал. Ретранслятор - единственное устройство, набирающее мощность медленно из-за своей по сути громоздкости и отчасти недоработанности, все остальные приборы разгоняются где-то максимум за минуту-полторы. Набирают прежнюю мощность, общее... чёрт, и даже уцепиться не за что." В отчаянии Джейк даже отвлёкся от своей работы и повернулся назад - туда, где и лежал разобранный телепорт. За долгие годы работы с одними и теми же явлениями изобретатель не без доли любопытства любил наблюдать за простыми явлениями, которые, перекрещиваясь между собой, могли давать порой совершенно неожиданный результат. Это и была одна из тех причин, по которым Джейк полюбил в своё время точные науки. Заставишь взаимодействовать друг с другом простые явления - получишь сложное. Заставишь взаимодействовать сложные - получишь что-то ещё сложнее, но целостное. Такой своего рода конструктор. И ведь совсем не так давно он уже работал с таким же точно влиянием двух явлений друг на друга!.. - Мощность внешних полей... - протянул Джейк, вспоминая, как он сам создавал охлаждатель для ускорителя и расщепителя под одним корпусом. - То же магнитное поле восстанавливается быстрее, чем мощность ретранслятора, равно как и энергетическое. Похоже, что слабые волны ретранслятора в сочетании с высокой мощью внешних полей отчасти усиливаются и в то же время могут дать совершенно непредсказуемый результат. Минутная гордость за самого себя, заполнившая собой всё сердце Джейка, едва лишь ему стоило понять, что же могло привести к созданию первого в Городе фантома, прошла довольно быстро. Изобретатель не любил особо нахваливать себя, в особенности - за промежуточные шаги. Вся теория о появлении фантомов и виртуалов для него выглядела как отчасти топтание на одном месте - без слов, необходимое, но его количество вполне можно было бы и сократить. Сам Джейк обычно строил куда более зыбкий фундамент для разработки, и иногда доходило даже до того, что мелкие дополнительные вычисления он проводил уже во время создания прототипов, ибо их необходимость выяснялась только тогда. Так же Джейк обычно просто опускал их, как незначительную погрешность. Но в то же время, прекрасно понимая масштабы того, что он затевает, изобретатель был вынужден относительно проекта превращения себя в виртуала, образно говоря, сидеть со связанными руками. Ведь всё полностью прояснится лишь тогда, когда фантом Ребекки будет у него. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 10 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 10 июля, 2012 Глава двадцать третья, где мы поприсутствуем при завершении работы над телепортом. Солнце всё так же светило над Городом каждый день, но теплота его с каждым днём словно бы улетучивалась по капле, а сам его свет становился каким-то белёсым, не таким радостным, как ещё месяц назад. Ночи были всё холоднее и холоднее и длились всё дольше и дольше - ненамного, но уже вполне ощутимо. В чьих-то садах цветы уже медленно начинали отцветать, а яблони, груши и сливы, росшие в Городе едва ли не на каждом шагу, сейчас были сплошь усеяны плодами. Сочная трава под ногами начинала желтеть и кое-где уже даже обнажала землю. Равно как и края некоторых листочков деревьев уже тронула желтизна. Вокруг Портала для вновь прибывших развернули тепловое поле - чтобы люди, не дай бог, не переохладились. Природа Города изображала середину августа довольно правдоподобно. В Городе "плохого" времени года не было никогда - в каждом была своя красота. И люди научились искать её и каждый месяц использовать именно так, как бы хотела того сама природа. Ещё, казалось бы, совсем не так давно беспечно гуляющие по улицам люди сейчас срывали плоды с деревьев - чтобы дома что-нибудь из них приготовить, ходили по магазинам в поисках новых вещей потеплее, проверяли работу стеклоочистителей - в общем, всячески готовились к будущим холодам. Ну и, конечно, любители просто полюбоваться на природу, пусть и почти осеннюю, не делись никуда. Всё так же в парках и скверах звучал весёлый смех и разговоры, а вечером на центральной площади Города, переливающейся тысячами огней, всё так же можно было погулять - если, конечно, не смущали довольно холодные вечера и ночи. И лишь, кажется, одного человека наступление августа не радовало вообще. "Уже тринадцатое августа, - недовольно подумал Джейк, взглянув на голографический календарь. - Значит, у меня осталось только семь дней максимум на корпус". Несмотря на то, что на деле времени до конца августа у него было чуть больше, чем две недели, изобретатель в процессе работы выставил себе новую планку - сдать телепорт уже двадцатого августа, о чём незамедлительно проинформировал Мэра. И нарушить уже этот срок он не мог, благо уже двадцать первого числа должна была состояться презентация, на которой будут присутствовать все, так или иначе имеющие вес в Городе - искусственные интеллекты, учёные, даже члены бывшего правительства Земли, пусть они сейчас и являлись всего-то простыми горожанами. И если субъективное мнение последних о своей персоне Джейка всегда волновало меньше всего, то объективная оценка искусственных интеллектов ему была важна. Изобретатель не мог ударить в грязь лицом хотя бы перед тем же Мэром. Однако сейчас, когда до сдачи изобретения оставалась только неделя, Джейк, глядя на абсолютно не тронутый корпус, всё же боялся не успеть сдать работу в срок. Сейчас он считал, что ещё раньше, когда он только расписывал принцип действия работы будущего телепорта, он допустил одну непоправимую ошибку - потерял слишком много времени. И если бы он в те дни выкладывался так же, как в последние три месяца, то телепорт уже давно был бы сдан и пущен в эксплуатацию. В своих стремлениях нагнать, как ему казалось, упущенное, Джейк в этот раз смог превзойти себя самого. Полностью отложив в сторону изучение явления ретрансляции сознания и всех возникающих при ней ошибок - ведь нейропсихология отчасти была наукой гуманитарной, а для Джейка, обладающего техническим складом ума, потому и представляла особую сложность, - изобретатель бросил все свои силы на доведение телепорта до ума. Собрав и протестировав главных охлаждатель в кратчайшие сроки, он смог убедиться, что уже проделанной работой сократил энергозатраты - то, в чём и состояла сама суть оптимизации, - в два раза. Сразу же после завершения работы над главным охлаждателем Джейк переделал все накопители и распределитель свободной энергии - после этого её рассеивание сократилось едва ли не в три раза. Затем, ещё при разработке решив, что больше четырёх килограммов телепорт весить не должен, Джейк стал все провода менять на беспроводное соединение между устройствами, внешне выглядящее как переливающаяся чем-то молочно-белым и сияющим сенсорная панель толщиной едва ли не меньше ногтя. Крепилась она сверху каждого устройства, по скорости передачи данных, без слов, несколько уступала проводам, но весила в разы их меньше. До последнего Джейк верил, что ему удастся избежать замены проводов на беспроводные передатчики, но едва лишь он узнал, что габариты корпуса из-за нагромождения проводов придётся менять, и сильно, ему ничего не оставалось, кроме как тратить ещё одну с половиной неделю на перенастройку почти всех приборов портала на беспроводное соединение и подключение их же друг к другу ко внутренней сети. Тотальной перенастройки на беспроводной обмен данными избежали лишь хрупкие и существующие едва ли не в единичном экземпляре на весь Город ускоритель с расщепителем и довольно громоздкий центральный охлаждатель, уменьшить габариты которого пока что чисто технически не представлялось возможным. - Мари, сколько дней уйдёт на доработку корпуса? - Примерно три-три с половиной дня на изменение габаритов разъёмов и один день - на окончательную сварку. - Это при идеальных условиях или среднее? - обеспокоенно спросил Джейк, почёсывая подбородок. - Эти расчёты будут верны при том условии, если вы будете работать в том же темпе, что и в последние дни. Джейк шумно выдохнул, позволяя себе расслабиться. Сохранить прежний темп работы он запросто мог, куда сложнее для него было бы ускориться, если бы это потребовалось - ведь он и так все последние месяцы работал на пределе своих сил. А потому, решив не терять зря ни одной минуты, Джейк подвинул к себе нижнюю панель корпуса. Она почти совершенно не изменилась с того самого дня, как Джейк давным-давно создал её из ультратитана. Шестиугольная, с небольшими бортиками, за которыми и должны были находиться приборы, она матово поблёскивала в солнечном свете. Для каждого прибора в ней были вырезаны специальные пазы, крепко держащие их металлическими лапками. Но сейчас все эти миниатюрные лапки торчали наружу - так, чтобы Джейку было удобнее их переделывать, а над каждым пустующим сейчас углублением правильной геометрической формы висела голографическая надпись с названием того прибора, который в ней должен находиться. Такие довольно простые напоминания уже не в первый раз значительно облегчали Джейку жизнь. Изобретатель решил начать с установки самых сложных приборов - ускорителя с расщепителем и сканера. Бросив беглый взгляд на панель и сразу же найдя пазы для них, изобретатель обратился к Мари: - Дай сюда деформатор. Трёхпалый манипулятор моментально спустился с потолка, держа устройство, которым Джейку пока до этого пользоваться не приходилось. Это было довольно массивное устройство, по форме напоминавшее почти прямоугольную арку с толстыми "стенами" и с торчавшим из её центра вниз механическим штырём. На конце этого самого штыря, явно умеющего выдвигаться и убираться внутрь арки, был красный светодиод - верное свидетельство того, что батареи деформатора заряжены полностью. Принцип его работы, на первый взгляд, был весьма прост: воздействуя специальным излучением на молекулы металла, он заставлял их двигаться и тем самым приобретать новые формы. А сканер, встроенный в этот самый штырь, позволял даже запоминать, какие именно и воспроизводить их. Энергозатраты его были едва ли не в два раза больше затрат самого телепорта, при частом использовании он быстро выходил из строя и по сути являлся недоработанным прототипом. Да, когда-то давно Джейк в самом деле хотел бы создать нечто такое, что позволило бы существенно сократить время создания пазов хотя бы в приборах средних размеров, но доработать до конца так и не успел. Не было времени и особой необходимости - куда чаще он мог обойтись всё тем же лазером - для увеличения размера паза, выемки или просто уменьшения его вполне хватало. Но сейчас Джейку требовалось объединить два углубления в одно, и тут без деформатора обойтись было невозможно. - Давай расщепитель, - сказал Джейк, закрепляя арку-деформатор прямо над двумя выемками, где раньше оба этих устройства находились раздельно. Когда-то там, ещё на стадии создания чертежей, Джейк планировал, что нужный прибор можно будет поставить сразу под деформатор - и ставший гибким под излучением металл сам примет нужную форму. Но уже вскоре выяснилось, что для этого будет нужен сканер, в пять раз мощнее имеющихся. Деформатор не различал металлы, искажая и приборы, и корпус, да ещё и придавая последнему неправильную форму. Без сомнения, Джейк успел бы доработать своё изобретение, займись он им серьёзно, но в ту пору он работал и над ещё одним проектом, куда более многообещающим и нужным Городу. А потому, особо не задумываясь на этот счёт, Джейк не стал проводить его оптимизацию, просто поставив деформатору довольно тяжёлые, но мощные батареи. Но размышлять о том, стоило ли всё-таки доводить деформатор до ума, времени не было. Всё тот же трёхпалый манипулятор, изогнувшись перед Джейком который сейчас, подобрав под себя ноги, сидел на полу, теперь протягивал изобретателю блестящий, прямоугольный, металлический корпус со множеством светодиодов, торчащих из него проводов, разъёмов, которые Джейк пока что решил не заваривать, - объединённые в одно устройство ускоритель и расщепитель. - Положи пока рядом со мной. Едва лишь увидев, что механическая рука опустилась к полу ещё ниже, бережно опуская свою ношу на пол. Убедившись, что ускоритель и расщепитель в порядке, Джейк посмотрел на арку-деформатор и снова обратился к Мари: - Он стабилен? - Абсолютно, хозяин, - уверенно ответила та. - Готова запустить его в любой удобный вам момент. Энергоблоки заполнены на сто процентов, вероятность того, что энергии хватит на два изменения поверхности подряд плюс запоминание формы объекта, составляет восемьдесят процентов. Джейк недовольно поморщился. Нет, всё же сразу, как только он закончит своё превращение в виртуала, надо заняться деформатором! Мало ли что может случиться, и это самое устройство понадобится! Да и всё же, если довести его до ума, количество такой ненавистной ему рутины хоть ненамного сократиться. Но, решив, что всё же надо надеяться на лучшее, Джейк внимательно посмотрел на арку, словно гипнотизируя её. - Запускай на выравнивание. Едва лишь Джейк закончил говорить, как торчавший из деформатора штырёк тут же пришёл в движение. Опустившись почти вплотную к порталу, он начал мигать красным светодиодом, показывая то, что заряд батарей уже сейчас начал извлекать. А внутри самой арки с визгом и скрежетом - точно с такими же звуками работали первые созданные людьми роботы, - начало что-то вращаться, набирая мощь. В своё время Джейку пришлось отказаться даже от амортизаторов и глушителя в угоду дополнительным батареям - прежде деформатор требовал замены батарей едва ли не в середине только сканирования. А заставить его брать энергию от солнечного света, которую чаще всего называли просто "свободной", Джейк не смог - некуда было ставить накопитель и стабилизаторы достаточной мощи и объёма. Вокруг себя деформатор развернул почти белое силовое поле - то, на что и шла по сути вся энергия. Но без этого поля обойтись было нельзя - лучи, из-за которых и деформировался металл, были чрезвычайно вредны для людей, а проникать они могли на довольно большие расстояния. Обеспечить полную безопасность в работе можно было только так. И сейчас за этим самым полупрозрачным полем было видно, как матово блестящий металл начинает словно бы огромным пузырём подниматься вверх и выравниваться под действием этого самого излучения. Ультратитан обладал одним довольно полезным свойством - он мог восстанавливать свою первоначальную форму под воздействием определённого излучения, но, судя по всему, металл пробыл в искажённом состоянии довольно долго. Внутренняя поверхность телепорта под силовым полем почти выровнялась, но там, где когда-то и проходили контуры выемок, оставались глубокие складки. Джейк знал, что через несколько минут деформатор разгладит и их, но на это бы потратилось ещё больше энергии, чем планировалось им раньше. - Отключай, - коротко сказал он и, едва лишь силовое поле исчезло, положил ускоритель и расщепитель вверх дном прямо под металлический штырь. - И перенастрой деформатор на запоминание формы. Словно бы послушавшись изобретателя, штырь моментально сверкнул чем-то жёлтым, и тут же три таких же жёлтых луча подряд начали медленно двигаться по блестящему корпусу двух соединённых в одно устройств. Тот сканер, что Джейк собрал для телепорта, работал в разы быстрее, и ему вполне хватало одного луча. В принципе, изобретатель мог бы за чуть больше часа подключить его к деформатору и немного перенастроить, но всё же деформатор не стоил таких затрат, как повторная рекалибровка. Особенно - сейчас. Чуть задержавшись на двух гнёздах для проводов, лучи поползли дальше, уже чуть быстрее, чем до этого. Ещё одним недостатком сканера деформатора был его слабый разгон. Необходимую мощь он набирал лишь спустя где-то минуты три после начала сканирования, а затем его скорость начинала расти в воистину геометрической прогрессии. Равно как и росли энергозатраты. Но вот уже первый луч добрался до конца корпуса, а сразу же за ним - и второй, и третий. Скользнув по корпусу в обратную сторону, оставляя за собой довольно яркий след, они исчезли- так быстро, будто бы их и не было секунду назад. А Джейк, твёрдо решив, что, создавая деформатор, он показал себя как физика далеко не с самой лучшей стороны, и он просто обязан его доработать, встал с пола и подошёл к столу, куда он и переместил все приборы. - Начинай создание нового "гнезда", - проговорил он отвлечённым тоном. - Я подчищу погрешности лазером, и к вечеру постараемся поставить сканер и стабилизаторы. - Принято. Вам понадобится деформатор? Джейк нахмурился, явно пытаясь что-то вспомнить: - Вряд ли. Ничего больше я так серьёзно внешне не изменял. Сказав это, изобретатель осторожно взял сканер, опустил его на пол, положил к себе в карман лазерную отвёртку и снова уселся перед корпусом телепорта. Деформатор сделал свою работу просто прекрасно - в чуть погнутом металле была выдавлена именно та форма, которую Джейк и хотел. Уже взяв лазер, чтобы проделать в пазе отверстие для "лапок"-крепежных устройств, Джейк даже пожалел, что работа над телепортом так быстро, на его взгляд, заканчивается. Он не знал, что испытывают родители, провожающие своих детей во взрослую жизнь, но почему-то ему казалось, что эти чувства схожи с теми, что испытывал он, проводя презентацию своих изобретений. Но сейчас, когда он твёрдо знал, чем ему стоит заниматься дальше, когда ему вовсе не требовалось узнавать хотя бы на тех же презентациях, что нужно Городу и пытаться угодить, по сути, самому себе, ему было даже несколько полегче. Желание творить заново и любопытство перед неизвестным медленно вышли на передний план, заслонив собой всё остальное. Два дня за работой пролетели очень быстро. Больше всего Джейк боялся, что ему придётся всё же выплавлять новый корпус, так как старый не выдержит тех нагрузок, которым он его уже подверг. Однако его опасения были напрасными - ультратитан, смешанный со специальным светопоглощающим веществом, всё же не просто так считался одним из самых прочных и в то же время самых гибких металлов. Да и все изменения касались, по сути, только перемещением тех же крепёжных устройств, чем созданием полностью новых гнёзд для приборов телепорта. На самом деле, Джейку пришлось выплавить только один новый паз - тот самый, в котором теперь были закреплены ускоритель и расщепитель. Ещё одна вещь, которой научился Джейк, работая над созданием абсолютно новых устройств, - по возможности уменьшать габариты корпуса до минимума и при оптимизации стараться все приборы уместить под ним, не особо изменяя даже его форму. Впоследствии при итоговой сборке это может занять дополнительное время, количество которого вполне могло превысить все позволительные сроки.Ну и сам изобретатель никогда не забывал об эстетике - его изящный шестиугольный телепорт, матово бликующий на солнце, не должен был особо выбиваться из общего внешнего вида Города, одновременно технологичного и близкого к природе. Симбиоз эстетики и науки - вот что всегда отличало всё созданное Джейком от работ других. - Координатор успешно установлен, - отчиталась Мари. Джейк посмотрел на то, что сейчас получалось. Почти все устройства за исключением накопителей энергии, главного охлаждателя, который всё равно ставить надо было в последнюю очередь и рабочей панели с батареями были на месте. Вне всякого сомнения, в данный ему самому себе срок в неделю изобретатель успевал и даже шёл несколько впереди. - Панель не будет мешать меню? - Ни капли, - заверила его Мари. - Голограммы могут с лёгкостью проходить сквозь физические объекты. Джейк хотел было выругаться на себя - и как он мог только сомневаться в такой простой вещи? - но в тот вечер у него было слишком хорошее настроение для какой-то пустой злобы. А потому, снова достав лазер, он приготовился несколько подравнять гнёзда, в которых будут крепиться накопители. Но уже буквально через день Джейк понял, что радуется он рановато. Поставить охлаждатель оказалось не такой уж и лёгкой задачей. Его трубки не должны были задевать ничего, а верхняя панель - умещаться нормально. И лишь стоило Джейку избавиться от одного - как тут же возникало второе. И сейчас, уже устав бороться с этим, изобретатель был даже готов плюнуть на всё и просто начинать работу над новым охлаждателем. - На вашем месте, - сказала Мари, - я бы переместила его блок чуть вправо. - Зачем? - недовольно буркнул Джейк, чьи довольно злые блестящие ярко-зелёные глаза, дёргающееся нижнее веко и всклокоченные волосы, клипсу с которых он уже давно снял и положил куда-то в сторону, могли заставить ахнуть от ужаса почти любого. Вот только Мари было сейчас всё равно, как выглядит её хозяин и создатель. Куда больше её волновала его работа. - Потому что тогда, - начала аргументировать свою позицию она, - третья правая трубка с криогеном пройдёт между стабилизаторами, не задевая их. Вручную вы сможете перенаправить первую правую так, чтобы она проходила чуть левее сканера, не вмешиваясь в его работу. И даже если впоследствии рабочая панель телепорта несколько придавит охлаждающее устройство, то проблемы переохлаждения техники не возникнет всё равно. Третья слева трубка пройдёт по нерабочей поверхности корпуса в любом случае. Скрестив пальцы, Джейк принялся обдумывать её снова. В принципе, можно попробовать - хуже не будет. Но, с другой стороны, машинный разум тоже может ошибаться. Вдруг всё же что-то и будет переохлаждаться, постоянно выходя из строя? "Ладно, хуже не будет", - решил Джейк, чуть приподнимаясь с пола и переворачивая корпус набок - чтобы сдвинуть главный блок охлаждателя. - Чуть левее, - говорила ему Мари. - Теперь чуть выше. Нет, слишком высоко. Ниже. Немного вправо. Вот так. Джейк поставил полуразобранный телепорт обратно на пол и снова сел поудобнее. по сути, ничего внешне не изменилось - трубки с криогеном всё так же угрожающе нависали над приборами. Судя по всему, в этот раз Мари, к сожалению, совершила ошибку. Но тут изобретатель попытался присмотреться к той самой третьей правой трубке. На первый взгляд она осталась там же, где и была прежде, но Джейк, уже выучивший структурные особенности своего изобретения наизусть, всё же смог заметить разницу. На какие-то ничтожные два-три миллиметра она всё же отклонилась от "лепестков" одного стабилизатора и сейчас проходила рядом с ними, не задевая второй, - точно так, как Мари и говорила Джейку. - Похоже, и вправду получше. Благодарю, - осторожным, но всё же несколько благодарным тоном сказал он. - Рада помочь, - учтиво ответила Мари. Но Джейк её уже не слышал, вовсю перенаправляя вдруг ставшие такими лёгкими и податливыми трубки с криогеном. Завтра с утра заварить корпус - и уже можно начинать готовиться рассказывать о своём изобретении перед теми, кто управлял Городом, - не важно, втайне ли от большинства или же в открытую. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 10 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 10 июля, 2012 Глава двадцать четвёртая, в которой я расскажу о том, что из себя представляла презентация. "Это была моя последняя бессонная ночь!" - решил для себя Джейк, хотя в глубине души прекрасно понимал, что долго сдержать данное себе же обещание всегда ложиться спать хотя бы в полночь, он не сможет. Уж слишком сильным было его желание создавать что-то новое, и ради него он готов был пожертвовать всем чем угодно - даже собственным сном. Однако если бы все дни в жизни изобретателя были такими, как этот, - он бы мог запросто своё обещание сдержать. Да, это и был тот самый день, когда Джейку предстояло демонстрировать свой телепорт в здании Мэрии. И сейчас изобретатель с некоторым ужасом для себя понимал, что у него не готово к этому абсолютно ничего, кроме, собственно, самого телепорта. В чертежах, которые каждый учёный демонстрировать был просто обязан, мог разобраться только сам изобретатель - часть текста написана машинным шрифтом, другая - его небрежным почерком, что-то зачёркнуто, что-то исправлено, графики, как казалось, ему самому, небрежные и кривоватые, машина может и не прочесть. О порядке листов и вовсе не стоило даже говорить - с точки зрения Джейка они, без слов, были разложены идеально, и в его личной систематизации данных, как ему казалось, разобраться вполне легко. Однако любой другой учёный - да тот же Гэри Браун, талантливейший теоретик, вряд ли понял бы хоть что-то сразу. Да что там говорить - у Джейка не было подготовлено даже самой речи. Нет, он, конечно, мог рассказать о том, как работает его телепорт, но на презентации технические детали будут интересовать мало кого кроме самого Джейка и, пожалуй, того же Гэри. Хотя бы даже бывшее правительство вряд ли понимает хоть что-то в квантовой телепортации. И с чего начинать? Говорить перед толпой, пусть и не самой большой, для Джейка всегда было равносильно пытке, а уж начинать с чего-то речь - тем более. По правде говоря, в такую ситуацию Джейк попадал нечасто. В последний раз он выходил без речи аж чуть ли не полтора года назад - когда представлял обновлённые модели автобусов. Тогда у него тоже просто не нашлось времени. Но Джейк, как презирающий любые оправдания человек, даже сейчас задавал себе простой вопрос - а так ли оно было на самом деле, или то было лишь из-за его лени? Но всё же, решив не заниматься пустыми размышлениями, от которых уж точно не было никакого проку, изобретатель пригладил свои по-прежнему распущенные волосы и посмотрел в стену пустым взглядом: - Напомни мне, во сколько там презентация. - Двадцать часов, ноль минут, - по-быстрому отчиталась Мари. - У вас ещё шесть часов, хозяин. - Прекрасно, - сказал Джейк отнюдь не выражающим никакого удовольствия тоном. - Тогда чёрт с ней, с речью, попробую что-то придумать по ходу дела. Собери все мои чертежи в одну кипу, разложи по номерам и "привяжи" друг к другу. Брать всё, кроме того, что напрямую связано с неудачными образцами. И заодно сделай голографическую копию самого телепорта, его же в активном состоянии, в режиме ожидания и в разрезе. - Поняла! - как-то на редкость бойко сказала Мари, но Джейк опять свою помощницу не слушал. Роясь на столе, он искал свою металлическую клипсу, обычно связывающую его волосы в хвост. Парадокс своего рода, но Джейка вполне устраивала их длина, но в то же время он ненавидел, когда его собственные волосы лезли ему в глаза, мешая работать или хотя бы просто уменьшая его угол обзора, что тоже порядком нервировало. - И пока меня не будет, переплавь старые прототипы, - добавил изобретатель, найдя, наконец, свою клипсу. Немного нервно вертя её в руке, Джейк посмотрел на свой телепорт не без доли снова поднявшейся в его груди радости и вышел в коридор - за собственным же костюмом. Джейк не видел Города уже довольно давно - с того самого дня, как всем остальным изобретателям удалось вытащить его на встречу. Но за это время и сам Город, и жизнь его обитателей изменилась не так уж и сильно. Несмотря на то, что осень стремительно приближалась, ночная жизнь Города явно не собиралась угасать. Всё так же работали цветные фонтаны, вокруг которых так же толпились люди, шпили зданий администрации переливались тысячами огней, отсвечивающими от самих кристалловидных зданий, а люди, одетые уже куда более тепло, чем в начале лета, всё так же гуляли по главной площади шумно переговариваясь. Даже музыка, звучащая из ресторанов, похоже, осталась прежней, мелодичной, но в то же время заунывной. Но самого Джейка это всё, как обычно, не особо заботило. Не обращая ни на кого внимания, изобретатель быстрым шагом пересёк площадь, прошёл мимо нижнего здания администрации и остановился у центрального, одним взмахом руки велев силовому полю, загораживающему вход, исчезнуть. Дождавшись, пока силовое поле полностью растает в воздухе, - тут он всё же не мог поспешить, как бы ни хотел, - Джейк пошёл дальше по такой знакомой ему дороге к ненавистному ему лифту. "Что-то тут не так..." - невольно подумалось Джейку, когда он увидел лифт. Что-то или кто-то будто бы внёс изменения в привычную картину. Вроде бы, всё осталось по-прежнему - платформа лифта осталась той же дисковидной формы, что и раньше, стояла на том же самом месте, что и всегда, и даже осталась того же цвета. Но что-то неуловимо новое было в ней, и что именно - Джейк пока представлял слабо. - Выберите пункт назначения, - произнёс знакомый ему механический голос, а над головой появилось меню выбора этажей - такое же, как и всегда. - Конференц-зал, этаж двести, - уверенно ответил Джейк, думая, подвели это его его же собственные глаза, не видевшие этих мест уже изрядный срок, или всё-таки с лифтом и вправду что-то не то. Знакомая рябь пробежала вокруг всей платформы, разворачивая не видимое глазу силовое поле. Раздалось тихое шипение - верный признак того, что сейчас лифт начнёт двигаться. Помня о плохих амортизаторах в лифтах зданий администрации, Джейк даже сделал шаг назад, совершенно не желая упасть на лифтовую платформу. Но тут всё пошло не так, как привык Джейк. С тем же лёгким шипением лифт оторвался от пола и начал плавно подниматься вверх, постепенно набирая скорость. И даже тогда, когда он разогнался до едва ли не той же скорости, с какой поднимался прежде, изобретатель продолжал стоять твёрдо на его платформе. Похоже, теперь лифтами в мэрии можно было пользоваться, совершенно не боясь упасть из-за плохой амортизации, а скорость его если и изменилась, то совершенно незначительно. Теперь всё было именно так, как того и хотел Джейк всякий раз, когда бывал в мэрии, и это, признаться, даже немного подняло настроение изобретателю. "Даже интересно, кто их переделывал", - подумал Джейк, испытывая искреннее уважение к этому не известному ему изобретателю. А лифт, пролетев где-то уже сто этажей, тем временем начал замедлять свой ход, что тоже приятно порадовало Джейка. Прежде лифт останавливался крайне резко, отчего неподготовленные, естественно, могли оступиться или, что хуже, упасть ещё раз. На взгляд Джейка как изобретателя, постепенный сброс скорости всё же не всегда был лучшим решением - в угоду времени подъёма можно было оставить и прежнюю систему остановки, просто улучшив амортизаторы. Но всё же, преимущества нового лифта перед старым он даже не пытался оспорить - вышло, однозначно, лучше, чем было. - Этаж двести. Конференц-зал. Желаем вам приятного вечера. Привычка чертыхаться после каждой поездки на лифте, кажется, уже полностью сроднилась с самой личностью Джейка - наверное, он выругался бы, даже воспользовавшись любым из лифтов старой модели - тех, что ещё имели тросы, а не основывались на антигравитации. Ужасно медленные механизмы, которые ещё, к тому же, очень быстро перегружались и выходили из строя, но зато в большинстве своём обладающие почти безупречной амортизацией. Но сейчас, сходя с платформы, Джейк понял, что в этот раз ему будет просто не на что выругаться, если он, конечно, не будет придираться. В некоторой нерешительности сойдя с лифтовой платформы, которая тут же с шипением ухнула куда-то вниз, Джейк прошёл в конференц-зал. По своим масштабам он ни капельки не уступал кабинету Мэра, а из-за того, что там не было ни голограмм, ни приборов, ни огромных столов, даже казался значительно его больше. Да и внешне он немного отличался не только от кабинета главы Города, но и от всех других помещений в администрации Города. Светодиоды под высоким потолком сияли мягким тёмно-синим светом, пол тут был покрыт чем-то перламутрово-блестящим, а стены не излучали и не отражали никакого света - чтобы удобнее было представлять голограммы. У противоположной от входа стены как раз и должен был стоять тот, кто проводит презентацию, а зрители сидели за широким полукруглой формы столом, вокруг которого в воздухе висели каплевидной формы блестящие гравикресла. Напротив каждого на столе стояла вода - правила конференций с давних пор почти не изменились. И Джейк даже мог вспомнить, что на всех подобных мероприятиях существовало негласное правило: Мэр и его помощники садятся в центре стола, слева от них - учёные, а справа - члены бывшего правительства Земли. Кто и почему придумал такую систему, Джейк никогда не знал и даже мало на этот счёт задумывался. Всё равно на чужие презентации он предпочитал не ходить никогда - фактически единственный из всех, не считая пары членов правительства и ещё одного учёного, который ещё на Земле имел примерно такую же репутацию, как и Джейк сейчас, - человека замкнутого и необщительного. До начала презентации оставалось где-то минут десять, но на удивление зал был почти пуст. Лишь Мэр и двое его помощников, все как один, вытянувшись по струнке и сделав каменное лицо, сидели в середине стола, а чуть ли не с края его, со стороны учёных, сидел Гэри Браун, несколько небрежно подпирая голову рукой. Завидев Джейка, он резко повернулся на своём гравикресле назад и поднял руку, приветствуя своего коллегу: - О! Здравствуй, Джейк. Что-то ты поздновато сегодня... Но изобретатель даже не думал отвечать ему. Обойдя стол с совершенно противоположной от Гэри стороны, - а то ещё у него хватит ума схватить его за руку и не отпустить, пока не выскажет ему всё! - Джейк встал недалеко от Мэра и, чуть наклонившись, опёрся о стол рукой. - Ты видел лифты? - тем временем без умолку тараторил Гэри. - Признаться честно, твои слова тогда, на встрече, меня даже задели немного. Ну и вот я решил доказать, что хоть что-то да могу, и собрал новый лифт из своего и того, что стоял ещё в старой мэрии! И как он тебе? - Лучше, чем то, что было, - уклончиво ответил Джейк. Но Гэри на этом явно не собирался успокаиваться. Словно бы не замечая недовольного лица Джейка, он даже отшатнулся назад на своём гравикресле: - И это всё, что ты можешь сказать? Я у Мэра спрашивал - ты у нас был главный недовольный лифтами! Так почему... - Добрый вечер, - раздался приятный голос из-за спины Мэра. - Мы не опоздали? - Ничуть, - покачал головой Мэр. - Проходите. "Началось..." - с некоторой долей расстройства и раздражения отметил Джейк, стараясь разглядеть за высокими спинками гравикресел вошедших, что ему из-за собственного невысокого роста было слегка проблематично. Но он почти сразу оставил свои бесплодные попытки заглянуть за кресло Мэра, едва лишь вошедшие начали рассаживаться по своим местам. Высокий, с залысинами, Робин Бенсон, возглавлявший когда-то всё правительство Земли, а сейчас живший так же, как и все люди в Городе, на эту презентацию надел свой лучший костюм бежевого цвета и снежно-белую рубашку. Его первый заместитель - Джейк сейчас всеми силами старался вспомнить его имя, но потерпел неудачу, - по общительности почти не уступавший Гэри и, кажется, большой охотник до женского пола, оделся едва ли не вычурнее своего начальника - его чёрный костюм, похоже, бархатный, отсвечивал при каждом его шаге от светодиодов на потолке, а сам он что-то поспешно говорил ещё двум людям из правительства, выражение лица которых говорило только о том, что от этого болтуна они устали уже давно. Учёные, коих Джейк знал куда лучше, чем правительство, быстро поздоровавшись с Мэром и его помощниками, сели на свои места и уставились на Джейка так, выражая так свою готовность начать его слушать хоть сейчас. Члены бывшего правительства же, которых вместе с Бенсоном и его заместителем было пятеро, несколько поспорив о том, кто где должен сидеть и перекинувшись парой слов с Мэром, явно мало интересовались тем, зачем они пришли сюда. В их глазах была нетерпеливость, что-то вроде жажды наживы, даже какая-то резкость - но не желание ждать. Оторвав взгляд от них, - бывшие сильные мира сего мало волновали Джейка, равно как он и не понимал, зачем их всё ещё приглашают на любые презентации нововведений в Городе, - изобретатель посмотрел в сторону своих коллег. Кроме того самого учёного, появления которого ждать было напрасно, не было начальника отдела математики и второго программиста. На секунду удивившись и в то же время порадовавшись, лишь завидев Стивена, усевшегося прямо рядом с одним из помощников Мэра, Джейк сделал три шага назад - именно с этой позиции его будет хорошо видно всем, дождался, пока Мэр коротко кивнёт ему, а затем, тяжело вздохнув и попытавшись собраться с мыслями, начал несколько издалека. - Похоже, что все, кому это нужно, уже пришли. Тогда начну с несколько не связанной с наукой информации. Мало кому из людей хочется проводить лишнее время в дороге, и уже с давних пор мы старались его сократить, изобретая транспортные средства, движущиеся всё быстрее и быстрее. Но всякий раз мы сталкивались с какими-то мало зависящими от нас ограничениями, довольно сильно это самое время увеличивающие. Тот же автобус, пусть и сверхсовременный, да и находящийся в виртуальном мире, - с этими словами Джейк махнул рукой куда-то в сторону, - не разгонишь до сверхсветовых скоростей из-за ничтожных расстояний, сопротивления воздуха и довольно большого для них пути торможения. И в то же время ситуации, когда надо за мгновение из одной точки попасть в другую, случаются весьма часто. В глубине души Джейк понимал, что сейчас не сказал ничего особо полезного или важного. Однако все, даже члены правительства, сейчас несколько оживились, перешептываясь. Взглянув в их сторону, давая им понять, что их разговор ему всё же мешает, Джейк по-быстрому нажал на кнопку на висевшем у него под рукавом рубашки "браслете", являющемся довольно универсальным переносным хранилищем голографических данных. И тут же конференц-зал озарился огнями многочисленных голограмм - чертежи, расчёты, модели. Подвинув к себе лист на котором не было ничего, кроме текста и довольно некрасивого эскиза какого-то устройства сбоку, изобретатель развернул его к слушателям и продолжил свою речь: - Всем известно такое явление, как квантовая телепортация, обычно называемая просто "телепортацией". В прошлых веках было написано много фантастических книг, где она так или иначе упоминалась, какие-то писатели даже пытались обосновать в своих повестях сам принцип действия её, а учёные прошлого неоднократно пытались что-то такое создать, но, как вы знаете, это ничем удачным не кончалось. Но я решил, что нынешний уровень технологий плюс собственные знания практической квантовой физики позволят мне создать телепорт в одиночку, и почти сразу же после того, как я создал станцию управления погодой, я рассказал Мэру о своём желании попытаться создать нечто такое. Мэр дал мне на это восемь месяцев с возможностью отсрочить сдачу прототипа. И вместо положенных восьми месяцев я затратил на создание полностью рабочей модели только пять. - Во даёт... - от удивления присвистнул Гэри, испытывая к Джейку уважение. Стивен, до этого сидевший спокойно, посмотрел на Джейка с укоризной - видимо, вспомнил состояние изобретателя после его же бессонных ночей. Но Джейк явно не собирался предавать особого значения ничьей реакции. Убрав старую голограмму, он одним движением руки выдвинул перед учёными, искусственными интеллектами и правительством голографическую модель телепорта и часть собственных чертежей, самых, на его взгляд, важных. - Итак, перед вами первая созданная мной модель квантового телепорта. Принцип его действия предельно прост - ускоритель частиц и расщепитель, объединённые мной в одно устройство, - сказав это, Джейк нетерпеливо ткнул пальцем в голограмму телепорта в разрезе, - дробят объекты на элементарные частицы, которые потом на скорости, близкой к световой, направляются к принимающему телепорту и там собираются обратно в объекты. Рассеивание элементарных частиц в вакуумном туннеле составляет примерно одну триллионную, что, естественно, просто ничтожно. Вероятности объединения нескольких объектов в один почти не существует. Телепорт выдерживает примерно до пятидесяти использований подряд, время простоя будет составлять где-то минуту. - Можно спросить? - вскинул голову Гэри. - Энергию откуда берёт? - От солнечного света. Материал корпуса - ультратитан со светопоглощающей оболочкой. Довольно поджав губы, Гэри откинулся назад, явно что-то обдумывая. А Джейк тем временем продолжал рассказывать о своей разработке. - Стабилизаторы энергии выполнены из зеркального ультратитана... - Стойте! - перебил его тот самый помощник Бенсона, одетый в бархатный костюм. - А не эта ли технология была использована в Портале? - Я думал, - раздражённо хмыкнул Джейк, которому меньше всего нравилось, когда его перебивали, - что правительство на деле мало заботят научные разработки, и уж тем более вас меньше всего волнует, как работает Портал. Ну что же, вы правы, там тоже используется зеркальный ультратитан как мощный рассеиватель почти любой энергии, в том числе и свободной. А теперь вы позволите мне досказать краткую характеристику? Пижон-чиновник кивнул, пробормотав себе под нос что-то вроде: "Вот же хам!" Но Джейка, похоже, его мнение о своей персоне волновало меньше всего. - Как работает зеркальный ультратитан, и для чего я его использовал, надеюсь, теперь понятно всем. Теперь немного о самой телепортации в нашей будущей жизни. Естественно, создавать кучу телепортов, способных отправлять только в одно место, было бы глупо. И потому координатор способен "запомнить" примерно четыреста других телепортов. Данные о новых устройствах автоматически передаются в память другим сразу при активации телепорта, а его собственное меню, схожее с тем, которое есть в лифте, можно изменять как угодно. В том числе и давать телепортам их собственные имена. Вопросы? - Они будут стоять только на основных площадках Города? - Не совсем. Самые первые - да, но по моей задумке уже в ближайшем будущем каждый дом сможет обзавестись своим телепортом. Догадываюсь, какой будет следующий вопрос, - многозначительно сказал Джейк, - и потому отвечаю на него сразу: да, будущие хозяева личных телепортов смогут ограничивать круг тех, кто сможет перемещаться к ним по генетическому коду. Ненужным гостям будет показано предупреждение, что сюда отправиться нет возможности. - А есть ли вероятность, - осторожно спросил Мэр, - того, что несколько объектов соединятся в один? Джейк покачал головой: - Уже нет. Сканер настолько мощен, что смешивание частиц разных объектов в принципе невозможно. Гэри, услышав это, даже хлопнул рукой по столу, но никто не придал этому особого значения. Собравшиеся в конференц-зале, услышав этот довольно резкий звук, даже не вздрогнули и вовсе не собирались хотя бы просить Гэри не выражать свои чувства так бурно. Ведь все прекрасно знали, что он - человек крайне эмоциональный, но как талантливому физику-теоретику, ему это вполне можно было простить. - Во даёшь! - с уважением сказал он. - А много потребуется времени на улучшение? Ну там, переделывать что-то, подсоединять... Последние слова Гэри произнёс, несколько морщась, - судя по всему, куда больше удовольствия ему в самом деле составляло заниматься расчётами, чем работать с приборами. И даже одна мысль о том, что кому-то придётся всё заново подключать и переделывать, вызвала у него чувства крайне неприятные. - Нет. Ресурсов телепорта вполне хватит на то, чтобы подключить куда более мощные устройства памяти, сканеры, стабилизаторы - да всё, что угодно, в принципе. - Хорошо сработано, - улыбнувшись, поджал губы Гэри, чьи карие глаза сейчас буквально сияли от энтузиазма. - А твои ускоритель с расщепителем? - Куда уже лучше? - мрачно сказал Джейк, подгоняя к нему лист, где он сам когда-то пытался вычислить их характеристики. - Конечно, можно было бы и на кварки объекты расщеплять, но тогда я бы ещё и с плотностью вакуумного туннеля дольше работал. Да и всё равно это было бы бессмысленно. - Погрешность бы снизилась,- развёл руками Гэри. - Она и так почти отсутствует, - отбивался Джейк. Гэри неожиданно нахмурился. - Ты... ой, то есть, вы же сами знаете, что погрешность не всегда хороша. - Одну триллионную почти для любого случая можно опустить. Вам, как тоже физику, должно быть известно, что экспериментальная физика это позволяет не хуже, чем теоретическая. - Но... - хотел было возмутиться Гэри, как тут сзади раздался несколько резкий и властный голос Робина Бенсона, доселе молчавшего. - Прошу прощения, что прерываю, - начал он, - но у меня тоже вопрос. Вы сказали, что у вас уже готовы образцы. Где они? Джейк смерил его пристальным презрительным взглядом своих изумрудно-зелёных глаз. Он всегда недолюбливал правительство, как и многие учёные до него. Похоже что даже сейчас, имея такую же власть в Городе, как и любой другой его житель, Бенсон так и не растерял каких-то царских замашек, всё ещё считая себя своего рода элитой, стоящей выше простых смертных, коими он считал почти всех людей. - Как вы себе представляете то, как я бы тащил сюда две увесистые, размером с лифт, платформы? - на редкость чётко и каким-то по-странному тихим голосом проговорил он. - У меня нет достаточной мощности левитатора, плюс, я бы в любом случае не стал делать этого. Не хочу привлекать к себе взгляды зевак. - О да, для Джейка общество всегда было проблемой... - проговорил Гэри за спиной у изобретателя. Но Бенсон, как и большинство из находящихся в зале, сделал вид, что не расслышал его замечания. - А тогда куда вы эти образцы, если они и вправду готовы, установите? - Мы с Мэром решили всё это ещё тогда, когда не то что прототипов - чертежей телепорта у меня не было. Первый образец будет установлен уже завтра утром тут, на площади, второй - около Портала. И нет, они не повлияют друг на друга никак, - поспешно добавил Джейк, увидев, что Бенсон опять открывает рот. - Вопрос несколько личного характера! - неожиданно сказал Джордж. - Каков будет ваш следующий проект? Обескураженный несколько Бенсон посмотрел на Джейка ненавидящим взглядом. Возможно, подчиняйся изобретатель ему до сих пор, он бы сделал всё, чтобы Джейка, несмотря на его воистину огромный талант, не приняли бы работать даже учителем физики в не самую хорошую школу. Сколько Джейк знал его, ровно столько у него с ним были разногласия - незначительные, но достаточные для того, чтобы изобретатель понял, как именно глава правительства Земли к нему относится. И Джейк даже не мог понять, было ли тому виной его тёмное прошлое или же Бенсон невзлюбил его по какой-то другой причине. Но, так как сейчас вся власть была в руках искусственных интеллектов, Бенсону ничего не оставалось, кроме как адресовать мысленно Джейку пару крепких словечек, припоминая его строптивость ещё на стадии создания Города. А Джейка тем временем меньше всего заботили мысли политика и его мнение о нём самом. Он задумался, а зачем, собственно, Джордж задал ему такой вопрос. Пытается всё-таки вытянуть правду? На самом деле заинтересован невесть почему в его работе? Не зная ответ на этот вопрос, Джейк осторожно сказал: - В ближайшее время я планирую помочь Стивену Мейсону с доработкой его технологи когнитивного кокона. К слову, Стивен, зайдите ко мне завтра, хорошо? - А зачем... - снова было открыл рот Гэри, но тут Джейк уже отмахнулся от него, как от назойливого насекомого. - Все вопросы по этому поводу задавайте Стивену. Касательно телепорта больше нет вопросов? Тишина воцарилась на несколько мгновений. Все - даже бывшие члены правительства, в чьих взглядах уже читалась явная неприязнь, сидели тихо, словно бы ожидая какой-то реакции от кого-то другого. Кажется, даже стало слышно, как работает лифт где-то позади кресла Мэра. - Вопросов нет, - подвёл черту тот же Мэр, скрестив на столе пальцы. - Превосходно, - ответил Джейк. - Всех желающих завтра приглашаю на установку первого телепорта - она будет центрального здания в шесть утра. А теперь извините, я должен идти. Мало заботясь о том, какое он производит на людей впечатление, уходя так уже не с первой собственной презентации, Джейк обошёл стол, в этот раз - со стороны учёных и, не смотря ни в чью сторону, быстрым шагом направился в сторону лифта. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
LostGhost Опубликовано 10 июля, 2012 Автор Поделиться Опубликовано 10 июля, 2012 Глава двадцать пятая, где мы рассмотрим когнитивный кокон немного поближе. По-быстрому произведя установку телепорта на центральной площади Города, куда из правительства пришли в этот раз только Бенсон и его заместитель, а затем - передав искусственным интеллектам собственные чертежи и позволив Мэру установить второй телепорт у Портала уже без его непосредственного участия, Джейк по-быстрому вернулся домой - к своей новой работе. За последние месяцы он настолько привык, работая, выжимать из себя все соки, что даже день отдыха самому себе для него казался чем-то из ряда вон выходящим, и он даже боялся, что праздность просто собьёт его такой хороший темп работы. И сейчас он планировал серьёзно заняться когнитивным коконом, кейс с которым он к собственному же стыду до этого дня не открывал никогда. Лишь только по привычке вбежав в дом, который даже не успел ещё и опуститься на землю, Джейк моментально отбросил в сторону свою куртку, которую он был вынужден надеть только потому, что с каждым новым днём становилось всё холоднее и холоднее, а этим утром по улицам Города ещё и вился густой чуть влажный туман. А затем он тут же обратился к своей помощнице: - Мари, где кейс, который мне Стивен в своё время принёс? - На балконе, - коротко ответила та. - Кстати, хотела бы вас поздравить с завершением работы над телепортом, хозяин. Услышав это, Джейк даже улыбнулся. Сухая похвала его искусственной помощницы сейчас показалась ему важнее поздравлений всех остальных - его бывших коллег, того же Гэри, сегодняшним утром в порыве чувств ударившего Джейка по спине так, что хребет до сих пор побаливал, сухих похвал членов бывшего правительства, которые были произнесены с такой интонацией, с какой желают только самого худшего в этой жизни. Разве что оценке Мэра он бы порадовался так же, но тот ограничился довольно скупой и абстрактной фразой о том, что всё же Джейку так перенапрягаться не стоило. - Спасибо, - ответил он. - Тот самый кейс положи мне на стол и открой. В душе Джейка, который сам создавал такое, что ещё не так давно было всего лишь фантастикой, сейчас снова поднимался какой-то несколько детский энтузиазм и любопытство. Он никогда не видел этого когнитивного кокона, хотя внешний вид представить пытался, и не раз. Почему-то он казался ему чем-то, по форме напоминающим оружие вроде современной лазерной пушки - изящное, с тонким "дулом", захватывающим как раз неактивированное сознание и способным перенаправлять его куда угодно - будто бы "выстреливая" им. По крайней мере, если бы Джейку доверили конструировать когнитивный кокон, он бы сделал его внешне именно таким. - Кейс открыт и лежит на вашем столе, - прервала его поток мыслей Мари. Мысленно поблагодарив её, Джейк подошёл к столу, не на шутку заинтригованный. Ему сейчас уже было не столь интересно, как должен был бы выглядеть когнитивный кокон - как изобретателю, ему всё же было проще дорабатывать устройство, корпуса не имеющее. И, подойдя к столу и заглянув в открытый кейс, по внутреннему периметру которого висели мини-голограммы с чертежами и пояснениями касательно самого устройства, Джейк, заинтригованный, даже задержал дыхание - и уже через секунду печально вздохнул от разочарования. С точки зрения практичности лежавшее перед ним устройство было просто ужасным, и как его доделывать, - ведь Стивен говорил, что оно доделано не было! - Джейк совершенно не мог себе представить. Настроение, с утра довольно неплохое, сейчас опустилось ниже плинтуса. Обескураженно покачав головой, изобретатель выдавил из себя: - Мари, дай мне, пожалуйста, лазер и копии данных о самых мощных миниатюрных устройствах памяти из тех, что я вообще собирал. Весь остаток вечера после презентации Стивен пытался понять, в самом ли деле позвал его Джейк к себе, или то была лишь игра на публику, блеф, придуманный самим изобретателем для того, чтобы Джордж не понял, что он затевает. И оттого назревал простой вопрос: а идти ли ему к Джейку, или всё же не стоит? Меньше всего нейропсихолог хотел побеспокоить необщительного Джейка зря - кому захочется лишний раз выслушивать грубые слова в свой адрес, пусть до этого изобретатель никогда ему и не грубил? Конечно, не уйди Джейк вчера с презентации раньше всех, Стивен расспросил бы его обо всём, но вчера изобретатель предпочёл покинуть презентацию так быстро, что никто ничего сделать просто не успел. А когда же Стивен попытался связаться с Джейком по стереофону, то выяснилось, что тот опять закрыл свой канал связи. Промаявшись всё утро с мыслями о том, так стоит всё же идти к изобретателю или нет, Стивен решил, что от Джейка не убудет, если он всё-таки встретится с нейропсихологом. Джейк - образованный взрослый человек, уж вряд ли он будет орать, если его и в самом деле побеспокоят зря. Хотя сейчас, идя уже по знакомому маршруту к дому изобретателя, он всё ещё испытывал навязчивое желание повернуться назад и уйти обратно. Плотная белая дымка тумана не собиралась исчезать, несмотря на то, что утро уже было далеко не раннее. Небо было затянуто серо-белыми облаками, через которые солнечный свет совершенно не пробивался, центральная площадь Города, обычно всегда сияющая белым светом, сейчас выглядела какой-то неприветливой и серой, а где-то там, вдалеке, сияли разноцветные огни голограмм шпилей администрации, - только им пробить туман было по силам. Трава под ногами, и без того пожухлая, сейчас и вовсе казалась какой-то жалкой и серой. Белая пелена тумана словно бы высосала все краски из Города. Будь сейчас на месте Стивена какой-нибудь творческий человек, да ещё и романтично настроенный, он бы, однозначно, только порадовался бы такому туману - плотному, чистому, такому, какой был только в старину. Но нейропсихолога этот туман совсем не радовал, поскольку в нём не было видно почти ничего. Он даже не был чётко уверен, а на правильном ли он пути, или всё это ему только кажется. Если на главной площади можно было понять хоть что-то, благодаря тем же шпилям зданий администрации, то стоило ему отойти от неё ненамного - как он снова едва ли не заблудился. "Может, стоило всё же подождать, пока Джейк откроет свой канал связи и предложить ему встретиться на площади?" - несколько раздражённо подумал Стивен, про себя проклиная привычку Джейка всё время затворничать и прятаться от людей. Но вот, увидев впереди чей-то каплевидный дом и подумав, что всё же так близко к главной площади живёт мало кто, Стивен быстрым шагом подошёл к нему и поднял свою руку. - Доступ запрещён, - мягко прозвучал знакомый женский голос, по которому Стивен сразу узнал электронную помощницу Джейка. - Меня пригласили,- несколько растерянно ответил нейропсихолог. - Я Стивен Мейсон, и вы, Джейк, сами звали меня сюда на презентации. - Принято. Ожидайте. "Похоже, что и вправду меня никто на самом деле не звал... - подумал Стивен. - И всё же было бы лучше, если бы сам Джейк сказал мне об этом!" Расплывчатые намёки, к коим Стивен причислил его вчерашнее высказывание, были совершенно не в характере Джейка. Как и любой другой человек, обладающий техническим складом ума, Джейк всегда высказывался предельно точно и ясно. И неужели толпа настолько сильно на него давит, что он не мог задержаться хотя бы на какие-то минут пять?.. Но не успел он закончить свою мысль, как каплевидный, бликующий даже в тумане дом начал опускаться с тихим гулом. - Доступ разрешён, - прокомментировала помощница Джейка. - Проходите. Услышав это, Стивен даже испытал облегчение. Значит, изобретатель в самом деле ждал его. Дождавшись, пока дом опустится, а вход в него откроется с привычным уже всем смешным визгом, Стивен уже было поставил одну ногу на пол, но тут у него над головой прозвучал знакомый голос: - Почему вас не было на установке телепорта? Моментально вскочив в коридор, Стивен поднял голову и тут же столкнулся взглядом со взглядом Джейка, стоявшего, облокотившись на один из своих массивных приборов. В руке у изобретателя был небольшой лазер, сам Джейк стоял несколько вальяжно, а в его глазах читалась уже так хорошо известная Стивену неприветливость. - Ну... - протянул нейропсихолог, решив не напоминать изобретателю, что всё же стоило и поздороваться, - вы провели её слишком рано, а я вчера устал. Извините, если что... Закрыв глаза, Джейк покачал головой - так, будто бы он до этого уже час что-то кому-то пытался объяснить, но безуспешно: - Да мне-то всё равно, интересует вас этот телепорт или нет. Просто там бы бы запросто могли пересечься и сразу бы пришли сюда. - А, - сказал Стивен. - Так что случилось? Вместо ответа Джейк махнул рукой в сторону своей комнаты, дверь в которую, как обычно, была открыта. И, едва лишь отойдя от той железки, на которую он опирался, изобретатель начал вводить Стивена в курс дела: - Вынужден признать: я был настолько занят с телепортом, что времени на когнитивный кокон у меня просто не было. Получив ваш кейс, я просто отложил его в сторону и решил, что займусь им позже. И вот уже вчера вечером, вернувшись с презентации, я стал его, так сказать, дорабатывать. Последнее слово Джейк произнёс с какими-то странными нотками в голосе - чуть хитроватыми и в то же время раздражёнными, совершенно не свойственными ему. Толком не поняв, что тот имел в виду, Стивен вопросительно посмотрел на изобретателя: - С ним... с ним что-то не так? - Ну как сказать... - каким-то совершенно не свойственным ему загадочным тоном произнёс Джейк, - вроде бы, я ничего не могу такого сказать насчёт его принципа работы - я сам его не испытывал, а мои приборы говорят, что он к запуску вполне готов. Однако, его дизайн и принцип запуска... это да. - А что именно не так с дизайном? - спросил Стивен, у которого прототип когнитивного кокона сейчас вполне отчётливо стоял перед глазами. - Как по мне, так самая подходящая форма... - С одной стороны - да, - сказал Джейк, уже проходя в комнату. - Оригинальный, я бы сказал, подход. Но с точки зрения практичности это просто безобразно. Не говоря ни слова, Джейк подошёл к столу и двумя руками поднял с него довольно массивное на вид устройство, по форме напоминавшее довольно большую, но в то же время изящную, сделанную из какого-то чёрного тусклого металла перчатку с длинными чуть заострёнными пальцами. На конце каждого из них крепился выключенный сейчас светодиодный сенсор. От каждого пальца сверху шёл довольно толстый прочный чёрный провод, подсоединяющийся к металлический коробке на тыльной стороне перчатки. По её бокам крепились ещё две коробки из серебристого металла, несколько резко контрастирующие с её же чернотой. Словно желая продемонстрировать Стивену когнитивный кокон полностью, Джейк быстро просунул одну руку внутрь перчатки, доходившей ему аж до локтя, и принялся закреплять её на себе упругими железными обручами, расположенными на внутренней стороне руки. Уже из собственного прежнего печального опыта Джейк знал, что они сидят удобно только вначале - дальше металл начинает врезаться в кожу едва ли не до крови. Стивен в самом деле не соврал, называя когнитивный кокон лишь прототипом, - доработки здесь и вправду требовало всё. Но лишь стоило Джейку закрепить последний обруч на руке, как сразу же всю перчатку пронизали тонкие линии зелёного света. Это устройство запускалось, лишь будучи надёжно закреплённым на руке человека - и больше никак. - Довольно симпатичная задумка, - сказал Джейк, пытаясь пошевелить пальцами, что требовало немалых усилий из-за плохих шарниров, - но, боюсь, бессмысленная. При такой специфичной форме легко сделать что-то не так... - Простите, что перебиваю, - встрял в его речь Стивен, внимательно рассматривая когнитивный кокон, - но что именно вас не устраивает? Джейк тяжело вздохнул, попытался скрестить руки на груди, но, естественно, потерпел в этом неудачу. Вместо этого опустив руку с когнитивным коконом вниз, он, прищурившись, начал перечислять по порядку все недостатки: - Во-первых, сам принцип запуска. Нет никакого смысла надевать такую тяжёлую вещь именно человеку, потому что современные манипуляторы в гибкости пальцам вполне не уступают. А эти сенсорные панели внутри лишь расходуют энергию зря. Энергоблоки тут, к слову, слабые, я решил заменить их, устройства памяти - тоже, - с этими словами Джейк выразительно постучал пальцем свободной руки по серебристым прямоугольникам, - так как старые никуда не годились. И вовсе не обязательно было "захватывать" сознание с пяти точек одновременно, а потом перенаправлять в один общий накопитель - вполне можно было обойтись и одним каналом, просто поставив охлаждатель помощнее. И эти провода, - Джейк снова поднял руку, повертев ей перед носом когнитивного психолога, - совершенно не нужны, они только быстро перегреваются и могут "разорвать" сознание ещё раз. Я поставлю свои образцы, но на деле тут бы и беспроводного маршрутизатора хватило. Стивен посмотрел на Джейка, чувствуя себя отчасти виноватым перед коллегой за то, что предоставил ему столь "сырое" устройство. До этого самого момента он не думал, насколько сильно когнитивный кокон нуждался в доработке. На его взгляд, чуть более мощных устройств памяти вместо тех, что уже были, хватило бы вполне, ну и несколько изменить шарниры пальцев тоже бы не помешало. Джейк же нашёл проблемы куда серьёзнее этих. По безрадостному тону изобретателя Стивен прекрасно понял всё, что тот не высказал, похоже, только из-за элементарной вежливости. - По-хорошему, - продолжил изобретатель, - мне понадобится два-три месяца на доработку. Но сами понимаете, такого срока у нас нет, потому я просто несколько улучшу имеющееся. Договаривая последнее, Джейк уже отточенным движением расстегнул металлические обручи, удерживающие его руку в когнитивном коконе. Сняв довольно тяжёлую металлическую перчатку, издалека напоминавшую какой-то кибернетический имплант из старых фантастических повестей, и положив её на стол, Джейк уселся в своё гравикресло. И, уже начиная разговор, Джейк бросил быстрый взгляд на два ярко-красных следа, оставленных когнитивным коконом на его руке. - Ладно, не буду перегружать вас техническими деталями, а лучше перейдём к тому, зачем я вас, собственно, и звал. Я правильно понял, что нужно произвести своего рода, хм, хватательное движение, если я хочу этого фантома на свои же носители перенести? Услышав это, Стивен даже улыбнулся. - Нет, Джейк. Его записывающие устройства находятся на кончиках пальцев, так что вам надо будет просто сложить их вместе и направить на фантом. И кстати, будьте осторожны с новыми устройствами памяти - он может их просто распознать неправильно. - Я уже понял, - мрачно хмыкнул Джейк, - когда он вчера ночью у меня чуть не взорвался при подключении даже самого первого. Потому пока что из всех восьми новых работают только два, и я планирую уже сегодня подключение продолжить. А ещё мне интересно, что там именно с нашим фантомом творится. Стивен посмотрел на Джейка резко помрачневшим взглядом: - Я запомнил ваши слова насчёт его траектории и стал просить Джорджа раз в два дня мне её сообщать. Честно говоря, меня это очень сильно печалит, потому что с каждым разом этот его знак бесконечности выходит всё более и более кривым. - Рисунок есть? - Конечно, - сказал Стивен, лёгким взмахом руки разворачивая перед Джейком голограмму. Сосредоточенно нахмурившись, изобретатель посмотрел на то, что показывал ему Стивен. Рисунок нейропсихолога сильно отличался от того, что сделал Джейк несколько месяцев назад. Фантом всё ещё двигался по траектории знака бесконечности, однако, теперь этот знак был с куда более выщербленными краями, чем раньше и явно уже. Последнее, судя по всеми, Джейка обрадовало меньше всего. - Вы замечаете, что уже скоро он будет ходить по линии? - Да, - мрачно сказал Стивен. Не было никаких сомнений: фантом настолько сильно повреждён, что уже начинает "забывать" выписанную ему траекторию. Чем проще она - тем сам фантом слабее и примитивнее. И уже, похоже, скоро, через месяц-другой наступит тот самый день, когда он просто остановится в одной точке и исчезнет. И восстановить его будет невозможно. Джейк явно в этот момент подумал об этом же, поскольку, оторвавшись от рисунка, посмотрел на Стивена всё тем же мрачным взглядом: - Именно потому, что он скоро просто разрушится, я хочу получить его как можно быстрее. Идея такова: я сейчас вместе с вами дорабатываю когнитивный кокон за ближайшие два дня, а затем кто-то из нас отправится к Порталу. Хотя я не знаю, можно ли пользоваться моим же телепортом, имея при себе чьё-то неактивированное сознание. - Не переживайте, - заверил его Стивен. - Когнитивный кокон записывает на себя сознание как просто данные. Джейк бросил беглый взгляд в сторону стола: - Неплохо. Тогда что, приступаем к работе, или нам лучше будет работать у вас? - Не думаю, - пожал плечами Стивен. - Все данные здесь, других просто никогда не было, а ваше оборудование всё же получше моего. "Прекрасно", - мрачно подумал Джейк, переворачивая когнитивный кокон на ладонь и начиная раскрывать лазером крышку его генератора. Он слабо представлял, как именно он сейчас будет работать в команде хоть с кем-то, но обстоятельства изменить он уже был не в силах. Без помощи специалиста в нейропсихологии он, будучи физиком, вряд ли справится с прямым улучшением такой хрупкой технологии, как когнитивный кокон. Конечно, сейчас Джейк довольно сильно переживал и за состояние фантома и за то, удастся ли ему улучшить когнитивный кокон без ущерба для него, и уж тем более - за то, ради чего он это и затевал. Только сейчас, стоя уже на пороге, возможно, нового витка в технологиях, изобретатель осознавал весь масштаб его затеи с виртуалами. И сейчас, когда его затея наконец-то начала двигаться с места, Джейк всеми силами старался не показать Стивену, что у него от всего этого даже трясутся руки. Цитата Ссылка на комментарий Поделиться на другие сайты Больше кнопок...
Рекомендуемые сообщения
Присоединяйтесь к обсуждению
Вы можете написать сейчас и зарегистрироваться позже. Если у вас есть аккаунт, авторизуйтесь, чтобы опубликовать от имени своего аккаунта.